Заговорщицки подмигнула веточке плюща на руке и постучала каблуками к двери.
Заложив руки за спину, маг дожидался меня в холле, и ничто не выдавало его нетерпения. Харз Аадор выглядел заметно посвежевшим, и коричневый костюм ему шел.
При виде меня маг одобрительно сверкнул глазами и уже открыл было рот, чтобы поторопить Риту, но служанка как раз вынырнула из кухни. Она удерживала корзинку на согнутой руке и на ходу застегивала плащ.
– Копуши, – для порядка проворчал Веоран и направился к двери.
Мы – за ним, но…
– А порталом нельзя? – Снова мокнуть и мерзнуть не хотелось.
Рита над ухом тягостно вздохнула. Похоже, нельзя.
– На территории Алмазной академии они запрещены, – пояснил Веоран, будто бы не испытывая по этому поводу никакого недовольства.
Придуриваться ему не было смысла, а посему, наверное, оно так и было. Надо же, я-то привыкла считать, что такие, как он, зависимы от своей магии и шагу без нее ступить не могут…
До таверны шли молча, ежась и кутаясь в плащи. С неба лило, где-то вдали полыхало и грохотало, под ногами противно чавкало – тут даже в самой расчудесной компании станет не до разговоров. Чуть повеселее стало, когда к нам присоединились близнецы. Неугомонная парочка тут же принялась заигрывать с Ритой, то угрожая сманить ее к себе служанкой и всерьез обсуждая, что с ней потом делать, то приглашая присоединиться к нам за ужином. Девушка жутко смутилась и поспешила удрать за Веорана, по пути чуть не шмякнулась в грязь. Ран ее удержал, цыкнул на друзей, и до ворот мы шли уже молча.
Там маг отправил смущенную служанку домой порталом, Сапфиры тем временем организовали переход для нас.
Большая вывеска над входом «У Хризолита» подсвечивалась двумя фонарями, что давало возможность разобрать буквы. Изнутри доносились музыка и голоса посетителей.
Народу было много, но заранее заказанный стол нас дождался. А еда, насчет которой близнецы распорядились также заранее, была уже на подходе. Об этом сообщил сам хозяин, провожая к столу.
Чей-то взгляд, направленный на меня, заставил интуицию заинтересованно шевельнуться. Я встрепенулась и обвела глазами зал. А что, очень даже уютно… Массивная мебель, но до того искусно сделанная, что могла показаться дорогой. На стульях и лавках лежали подушечки, чтобы сидеть было удобно. Ламп было много, но свет из них лился слегка затемненный, теплый, коричневатый. И для украшения тут использовали настоящие цветы в горшках – толстые мясистые листья, а среди них, будто в гнезде, спрятался золотистый слабо мерцающий бутон. По залу с заставленными едой или грязной посудой подносами сновали служанки, и было в их лицах что-то неуловимо общее с хозяином…
– Заметила? – перехватив мой взгляд, шепнул Веоран.
– Но пока до конца не поняла, что именно, – призналась честно.
Засела внутри какая-то догадка, но ухватить ее за хвост и вытащить наружу пока не получалось.
– Они тоже адамасы, – помог маг.
– А?!
– Хозяин и обслуга.
Мои глаза изумленно расширились. Адамасы… Редкие, уникально одаренные существа держат таверну или работают в ней подавальщицами? Пусть не где-нибудь, а в самой Адаманте, но… как так-то?!
– Низшие, – сполна насладившись моим выражением лица, объяснил все-таки Ран. – Как полугномка ты наверняка знаешь, что камни бывают драгоценные и полудрагоценные.
Точно. Я медленно кивнула.
И из первых-то не каждый на самом деле чего-то стоит – попадаются мутные, слишком большие или слишком маленькие. Тогда что уж говорить о вторых? То есть они красивые, конечно. Я как-то купила себе на ярмарке бусы из розового кварца. Но они не идут ни в какое сравнение, например, с маминым ожерельем, припрятанным в потайном кармане сумки.
Мужчины давали распоряжения насчет напитков, а я тем временем скользнула взглядом дальше. В противоположном от нашего стола конце зала, на небольшом помосте пел менестрель. Проникновенно так, и голос красивый, мелодия затейливая… Заслушалась бы, наверное, но внимание отвлекла девица с подносом в бордовом форменном платье. Я невольно проследила за ней до стола… и обмерла.
Там сидел уже знакомый мне тип с рубиновыми волосами и совершенным лицом. Не только лицом.
Еще и сон недавний почему-то вспомнился. Про драконов.
Спину окатило волной жара.
– Садись уже. – Веоран отодвинул мне стул.
Но я медлила. Тело словно одеревенело, и заставить его подчиняться пока не получалось.
– Он тоже адамас? – спросила шепотом. Может, сейчас маги развеют нелепые домыслы и я наконец успокоюсь? – Из рубинов?
Харз Аадор глянул в ту же сторону, куда смотрела и я.
– Вроде нет.
– Это дракон. – Наши перешептывания привлекли внимание близнецов.
– Ривер Орциус. – Жеанд повернул голову вслед за братом. – Весьма примечательная персона.
– Кто бы мог подумать, что он однажды еще объявится в Адаманте… – чуть слышно пробормотал Арман.
Почувствовав на себе пристальное внимание, дракон коротко глянул в нашу сторону.
И так и замер, во все глаза уставившись на меня. Как тогда, на улице.
Стало сильно не по себе. Какой тут ужин, мне теперь кусок в горло не полезет!
– А давайте пойдем в другое место? – попросила жалобно.
– Поздно уже, наверняка свободных столов нигде нет, – отмахнулся Веоран и, нажав на плечи обеими руками, почти силком заставил меня опуститься на стул. – К тому же ужин почти готов.
– Или ты мечтаешь схватить воспаление легких, бродя по городу под дождем и выискивая, где можно нормально поесть? – поддразнил зеленоглазый Сапфир.
Поддаваться «моей блажи» они, конечно, не собирались.
Выбора не было, пришлось устраиваться на стуле поудобнее.
Я протянула руку, выбрала в плетеной корзинке соленый сухарик, разгрызла его. Это помогло вернуться в реальность.
Ладно, просто не буду смотреть на дракона. Может, он побоится адамасов и не станет подходить?
– Вы его знаете? – Я неопределенно качнула головой назад, туда, где сидел мужчина с яркой шевелюрой.
Не смотреть оказалось проще, чем не думать. Впрочем, один раз я свое правило все же нарушила и оглянулась на секундочку. К Риверу со смесью благоговения и страха на лице как раз подошел хозяин, самолично сгрузил с подноса большую тарелку с чем-то мясным и картошкой и кувшин явно с горячительным. В ближайшее время дракону точно будет не до меня.
– Наслышаны. – Жеанд, не стесняясь, поглядывал на дракона.
– И чего его принесло? – проворчал Веоран, недовольный, что кому-то другому, постороннему, достается столько внимания.
Нам как раз тоже подали еду и легкое золотистое вино.
– Да объясните нормально, что в нем такого особенного! – не выдержала я.
Голод был давно забыт, и рыба, приготовленная на углях с какими-то овощами, даже вялого интереса не вызывала. Впрочем, я все равно принялась ее ковырять, желая занять чем-то нервно дрожащие руки.
– Ривер Орциус – глава крупнейшего в наших краях драконьего клана, – поделился знаниями Арман. – Когда-то в его руках была сосредоточена власть, почти как у лорда Бриллианта.
Личность, упомянутая синеглазым адамасом, была мне не знакома, но знаний хватило, чтобы сделать некоторые выводы. Алмазы – самый сильный и многочисленный род, это я в академии поняла. Их правитель именовался лордом Бриллиантом. Помнится, я даже видела портрет в одном из учебников.
– Но его клан его безответственную морду уже лет двадцать не видел, – скривился Веоран.
– Больше. – Жеанд прожевал, проглотил и перехватил нить рассказа: – После того как умерла его невеста, он покинул Алый удел, даже сокровищницу оставил. А она у него, говорят, была больше, чем у иного адамаса.
– Разнообразнее так точно, – фыркнул его близнец.
Сердце дрожало и сжималось. Бедный дракон!
Одного не понимаю… как я могу быть похожей на нее?!
– Это случилось в Адаманте? – спросила тихо-тихо.
Есть расхотелось окончательно, и я отодвинула от себя почти не тронутый ужин.
– Ага, – подтвердил синеглазый Сапфир. – Как раз тогда клан, из которого она была родом, воевал с каким-то отсталым народцем. Победили, конечно, но противники напоследок принесли заразу – черную хворь. Единственная из известных, которая опасна для драконов. Виолетта помогала выхаживать больных и сама заразилась.
– Ривер перенес ее в Адаманту, но даже ректор-основатель не сумел помочь, – печально закончил его близнец.
Грустная история подпортила настроение всем, но мужчинам это не помешало умять рыбу и влить в себя по несколько бокалов ароматного напитка.
– Дурак, – снова подал голос Веоран. – Имея деньги и власть, можно получить любую девку. А сокровищница – это навсегда. Не понимаю, почему он все бросил?
Близнецы промолчали. Не то тоже не понимали, не то не желали объяснять очевидное.
Вскоре мелодия сменилась на более веселую, начались танцы. Адамасы воодушевились, повставали со своих мест и зашарили взглядами по соседним столам в поисках подходящих партнерш. Обо мне тоже не забыли и попытались привлечь к веселью, но я сослалась на стертые ноги и осталась сидеть.
Стоит ли упоминать, что установка «не смотреть на дракона» была нарушена неоднократно?
Он расправился с ужином и с отрешенным лицом откинулся на спинку стула. Лишь изредка прожигал меня таким взглядом, что внутри все переворачивалось и завязывалось узлами. Пару раз к нему подходили женщины и пытались заигрывать, но дракон обращал на них внимания не больше, чем на зудящего неподалеку комара.
Почему я никак не могу перестать думать о нем? Допустим, где-то под гномьим воспитанием я все-таки девушка впечатлительная и прониклась его историей. Еще и Веоран своим циничным замечанием масла в огонь подлил. А тогда, на улице? И этот сон потом… Может, все дело в боли, затаившейся в черных глазах? Ему плохо, очень. А еще в том, что он принял меня за эту свою Виолетту.
Последнее стоило бы прояснить.
Страх снова обжег кожу, но я красочно представила очередной реалистичный сон и заставила себя встать. Ран танцевал с женщиной в алом платье и цветами в волосах, близнецы увивались за одной из служанок. Обо мне на время забыли. Что ж, почему бы и не сейчас?