Впрочем, меня тоже воспитывали гномы.
Надо выбираться отсюда. Срочно притом, потому что в противном случае меня если не Ирн, то вон те расчудесные камешки точно угробят. Но как?! Тело онемело, и даже привстать толком не получается. Точно магия.
Убежать… да хоть бы уползти не попытаешься.
А что еще я могу?
Подумала и… Хм, вообще-то кое-что могу.
Ну-ка, дракоша, давай мы с тобой обернемся и накостыляем этому гаду по шее! Ради такого дела я даже шипастым монстриком готова стать.
Вторая ипостась была, в общем-то, не против…
Однако стоило нам попытаться, как я взвыла от боли и из глаз хлынули слезы. Но это ничего, я что угодно готова была вытерпеть, вот только у нас не получилось. А самое обидное – что гад наблюдал за попытками и посмеивался. Вряд ли он понимал, что именно я пытаюсь сделать. Наверное, думал, что пыжусь колдовать.
«Толку от тебя совсем никакого нет, – мысленно обругала я засевшую внутри драконицу. – Только и можешь, что жизнь осложнять».
Да, грубо. А кто в минуты отчаяния мил и справедлив?
Та, что раньше была частичкой Виолетты, обиделась. Но пусто и грустно стало мне… Впервые я ощутила ее мысли и чувства как свои собственные.
«Хоть что-то ты можешь?» – вопросила внутрь себя уже гораздо мягче.
Согласие скорее почувствовала.
А потом она… то есть я… мы вместе потянулись куда-то. К кому-то. Далеко-далеко. Зато с полной уверенностью, что он поможет.
Надо только выиграть время. Дождаться.
Последнее становилось особенно затруднительно, учитывая, что гном уже вернулся ко мне. В пухлых пальцах поблескивал жезл, наподобие того, который достался мне в наследство от истории с разбойниками.
– Неспроста твои жены скоропостижно умирали, – пробормотала я.
Занять бы его болтовней.
Вот только обсуждать нам вроде и нечего…
– Умная девочка, – хмыкнул мой несостоявшийся муж. Ох, лучше бы несостоявшийся убийца! – Только страшненькая. Не нашей крови. Даже хорошо, что не пришлось свадьбу играть.
Хоть в чем-то наши мнения совпадают.
Я лихорадочно соображала и к тому времени, когда гном склонился надо мной, успела выдумать следующий вопрос:
– Надеяться, что тебе все сойдет с рук, глупо, не находишь? Несколько ну совершенно неподозрительно умерших жен вдовца совершенно не красят.
Слухи по гномьим землям еще после первой поползли, но Ирн был богат, деловит и происходил из старинного рода, поэтому повторять сплетни при нем, а тем более бросать в лицо обвинения никто не осмеливался. Только сестра одной из бедняжек, но ею скорее двигало горе. В том смысле, что доказательств так никаких и не всплыло.
– Да не убивал я их, – отмахнулся негодяй. Камни на его игрушке загадочно вспыхнули. Синие сапфиры. – Всего лишь привязал к своим шахтам. Это адамасы могут по своему велению камешки создавать и не бедствовать, а простым смертным приходится как-то изворачиваться. Одно плохо, такая магия за считаные дни вытягивает всю жизнь до капли из гномок. Зато камни правда появляются и свойства у них особенные.
И, задумчиво оглядев меня, добавил:
– Но ты-то не гномка, значит, дольше протянешь.
Радость-то какая!
Псих. Даже хуже, чем дракон. Тот хотя бы свои злодеяния из любви и от боли творил, а этот – от корысти. Нет ему оправдания.
Камни снова полыхнули. Похоже, меня прямо сейчас привязывали к чему-то там.
Вот только… я совсем ничего не почувствовала.
– Может, давай я тебе наколдую алмазы и разбежимся? – попробовала ухватиться за соломинку.
– Ты не умеешь, – с легкостью раскусил обман Ирн. – А другие адамасы ни за что этого не сделают. Они почему-то возомнили, что истинные богатства должны принадлежать только им, а остальным пускай достаются жалкие крохи! К тому же мне нужны камни с особыми свойствами, которые можно получить, только отдав за их появление чью-то жизнь.
Мерзавец!
Борясь с бессильной злостью, я заметалась взглядом по сторонам и в конце концов остановилась на своде пещеры. Наросты сияли спокойным ровным светом. Что-то неправильно. Если вспомнить лекцию Веорана, они должны бы сейчас полыхать, питаясь от меня. И чувствую я себя подозрительно хорошо… Точнее, все лучше и лучше, потому что магия, которой воздействовал на меня Ирн в экипаже, постепенно сходит на нет. Уже и одной рукой пошевелить могу.
Но знать об этом врагу совершенно не обязательно.
Может, дело в том, что я дракон? Поэтому опасные для адамасов рахайлы на меня никак не влияют.
Гном направил на меня усыпанный сапфирами жезл, выборочно нажал на некоторые камни, на один капнул моей кровью из проколотого ради такого дела пальца. Он настолько увлекся, что даже не заметил, как я вздрогнула. Чувствительность-то уже и ко второй руке почти полностью вернулась!
Осталось только сообразить, что с этим счастьем делать.
Ошибиться нельзя, потому как, чувствую, попытка будет только одна.
Кстати, оно снова никак не подействовало. Только наросты вверху замигали… но быстро все прекратилось.
За невозможностью тянуть силу из меня прожорливые камешки питались из жезла.
– Дед тебя уничтожит. – Я больше не пыталась договориться или потянуть время, просто решила немного потрепать нервы гаду.
– Я тебя умоляю, – снова отмахнулся гном. – Они даже убийцу, который убивает их лучших наследников, вычислить не в состоянии. Кстати, твою пропажу наверняка спишут на него.
Разумно.
Даже обидно стало. Такой умный гном… Обязательно ему было оказаться мерзавцем?
Ирн встал, но что он собрался делать, я так и не узнала.
У входа в пещеру полыхнуло и послышался жуткий грохот. Собственно, когда он стих, и стало понятно, где находится этот самый вход. Видимо, раньше он был задвинут каменной плитой.
Короткая вспышка радости была изрядно разбавлена паникой. Они явились меня спасать всей толпой… Впереди размашисто шел дракон, время от времени бросая через плечо неодобрительные взгляды не то на Хию, которая рвалась его обогнать, не то на Веорана, который увязался следом. Дальше дружной толпой двигались дядя, близнецы и трое смутно знакомых Алмазов – помнится, я их на приеме у Аадоров видела. Хорошо, всем, кто подвергался риску, хотя бы достало ума остановиться у входа и не сунуться в пещеру.
Я думала, будет как в прошлый раз: дракон дыхнет – и о мерзопакостном гноме можно будет забыть навсегда. Но вышло иначе.
Сапфиры одновременно совершили несложный пасс, их глаза сверкнули ярче драгоценных камней… камни на жезле, который прижимал к груди Ирн, тут же отозвались заполошным мерцанием. А миг спустя совсем погасли, превратились в черные оплывшие куски чего-то гадкого на вид. Видимо, они были «особенные», из шахт, напитанных жизнями невинных жертв. Сам жезл завибрировал и осыпался пеплом к ногам хозяина.
– Глупо было использовать наши камни против нашей же подруги, – снисходительно усмехнулся Арман.
Никогда бы не подумала, что лицо этого весельчака может быть таким холодным, а глаза – колючими.
– Прости, Соня, с пополнением коллекции в этот раз не срослось, – добавил Жеанд. – Его было никак не перенастроить.
– Но мы тебе другой подарим, не расстраивайся, – заверил Арман, посмотрел на меня и сразу как-то потеплел взглядом.
Я медленно села.
Внутри, под ледяной корочкой страха, словно ссадина появилась. На редкость гадостное ощущение… Но жизни прямо сейчас не мешает, значит, можно будет с ним разобраться потом.
– Как вы нас нашли?! – Гном пятился, неверяще глядя на свои грязные пальцы.
– Это все, что тебя сейчас интересует? – приподнял рыжие брови дракон.
– Он хотел вытянуть из меня жизнь, чтобы напитать свои шахты силой, там тогда камни какие-то особенные получаются, – наябедничала я. – А предыдущих жен таким образом вообще убил.
Продолжая отступать к глухой стене, Ирн бормотал что-то невнятное, но его никто особо не слушал.
От него вообще временно отвлеклись, заинтересовавшись моими словами.
А зря…
Воспользовавшись моментом, гном успел сунуть руку в карман, вытащить оттуда крупный изумруд и швырнуть его… ну почему именно в меня?! Дальнейшие события разворачивались одновременно. Я изумленно отпрянула. Драконица внутри, наоборот, вскинулась, зарычала, и отражением ее злости у меня на коже проступили золотистые искры. Ран метнулся вперед, заклинанием отбил камень. Тот почернел, скукожился, в точности как было с сапфирами от жезла, и закатился в угол. А драконьи пальцы, увенчанные когтями, тем временем сжались на запястье гнома, послышался сочный хруст…
– Ты в порядке? – Бледный как смерть Веоран опустился на корточки рядом со мной.
Да… Только изнутри бьет какая-то странная дрожь. И что получится встать, не уверена.
– Тебе нельзя здесь быть! – Но сказала… почти прокричала я совсем другое: – Немедленно выйди из пещеры!
Маг криво усмехнулся, подхватил меня на руки, пошатнулся, выровнялся и нетвердо пошел к выходу, где нас ждали остальные адамасы.
– Как прикажете, моя госпожа, – прошептал Ран и, приподняв меня повыше, потерся носом о мою щеку.
Его близость, ощущение его тела давали тепло и чувство безопасности.
– Разве можно было так рисковать? – Я коснулась кончиками пальцев его щеки и сама поразилась, каким собственническим вышло это движение.
– Да что мне сделается, я же везунчик, – подмигнул харз Аадор.
А я думала, он не любит, когда о нем так говорят…
Но сосредоточиться на этой мысли помешали близнецы, которые обступили нас и привычно принялись подкалывать:
– Сдается нам, ее сокровищницы будем наполнять не мы…
– Я вам наполню, – тут же среагировал Ран.
– А я добавлю! – включился в защиту моей чести дядя.
Хорошо все-таки иметь большую, любящую семью. Пусть даже не слишком дружную. Они и сокровищницу наполнят, и о чести и репутации позаботятся. Но поскольку все это стало в некотором роде обычным и привычным, меня прямо сейчас больше волновало, что там с гномом.
Ирн как раз уперся в стену… и никаких путей к бегству там точно не было.