Ивергаст Бриллиант жестом пригласил меня пройти в дом, будто бы он был его хозяином.
Опасливый взгляд, который он напоследок бросил на плющ, от меня не укрылся.
– Боишься меня, – без особого недовольства заключил глава вида Алмазов.
– Просто я еще не привыкла, что у меня столько родни.
Вопрос с чаем решился без моего участия. Из кухни выпорхнула Рита, ее глаза счастливо зажглись при виде меня… но тут она увидела, кто стоит рядом, и с объятиями и радостными приветствиями лезть не стала. Зато изобразила реверанс и предложила гостю чай с пирогом. Дед посмотрел на нее как на вошь, которая попыталась перепрыгнуть на него с какого-нибудь нищего, и холодно отказался.
– Что не мешает тебе обниматься с Рубином и целовать его в щеку, – продолжил он прерванный разговор.
Оказывается, за мной следят.
Ну… не такая уж и новость.
Но обязанности свои могли бы выполнять и лучше! Тогда этой ситуации с Ирном и поврежденных жизненных нитей Веорана могло бы и не быть.
– С ним проще, – не стала отпираться я.
Дед в восторг от такого заявления не пришел, но развивать тему разумно не стал.
– На самом деле я хотел поговорить с тобой о другом. – Мы прошли в гостиную и устроились на мягком диванчике. – Думаю, помолвку с харз Аадором следует разорвать. О магии не волнуйся, сила Алмазов подчиняется в первую очередь мне.
В первый момент я опешила.
Хорошо все-таки, что меня воспитывали гномы… Вот и старый интриган вазой по макушке не получил, хотя напрашивался! И дело не в сдержанности, просто вазу жалко, дорогая ведь. Ран, помнится, говорил, что она одна такая.
– Почему? – уточнила, когда смогла худо-бедно взять себя в руки.
– Он полукровка. – Бриллиант, похоже, решил, что мы на верном пути. – А ты однажды можешь стать леди Бриллиант и править всеми Алмазными землями. Поэтому рядом должен быть достойный спутник.
Спутник… Звучит так холодно и отстраненно. О чувствах речь вообще не идет.
За прошедшие годы кое-кто ни капельки не поумнел. И любимые грабли до сих пор с собой носит.
– Достойного должно определять не происхождение, а поступки, – тихо заметила я, хотя драконица так и рвалась накостылять кому-то по шее в целях прояснения в мозгах. – И вообще… а вдруг я его люблю?
Дед задумчиво пожевал губами.
– Ну…
– Поверь, я знаю, что ты хочешь как лучше, – твердо продолжила я. – Но, как показывает предыдущий опыт, получается у тебя из рук вон плохо. И выводов из своих ошибок ты не делаешь. Так что уж прости, но я бы не доверила тебе даже личную жизнь своего хомячка.
Лицо лорда перестало быть таким уж холодным, а потом и вовсе забавно вытянулось.
– Отчего же, позволь узнать?
– Даже там ты умудришься напортачить, – пояснила вежливо, но неизменно жестко. – Да о чем мы говорим, если твоя жена готова была добровольно войти в убийственную пентаграмму, лишь бы только избавиться от твоего драгоценного общества!
Недовольство на породистом лице смешалось с восхищением.
– Знаешь… никто раньше не осмеливался мне такого сказать, – пробормотал Ивергаст Бриллиант.
– Наверное, я недостаточно тебя боюсь, – пожала плечами я. – А еще смертельно устала, переживаю за маму и хочу принять ванну.
Безукоризненно воспитанный аристократ намеки понимал. Он тут же встал и засобирался откланяться.
– Ладно, увидимся позже. Возможно, даже с Асторьей. Тебе что-нибудь нужно?
Да! Спаси Веорана! Но он все равно не сможет, а сказать это вслух я не имею права, потому что каждое мое слово будет использовано против харз Аадора. Поэтому я просто покачала головой и вяло улыбнулась.
– У нас с Ализет все не так плохо, – попробовал оправдаться дед, уже направляясь к выходу.
– Угу. Все еще хуже, просто ты дальше своего носа ничего не замечаешь, – не оценила его отговорку я. – Так что в мою личную жизнь не лезь. Только мне позволено в ней портачить. А кандидатам в женихи, которых ты наверняка уже присмотрел, передай, что они могут поискать выгодную невесту в другом месте.
Дед удрученно покачал головой, но давить не стал, только поцеловал в щеку, прощаясь.
– Вся в мать. Такая же упрямая!
Но к внукам обычно относятся более терпимо, чем к детям, так что у нас есть шанс избежать крупного конфликта.
Глава 13
Усталость не помешала мне дождаться возвращения Веорана. Я даже ванну не приняла, так и сидела в гостиной на диване, гипнотизируя взглядом арку, ведущую в холл. Ожидание частично скрасила Рита, которая, стоило Бриллианту уйти, устроилась рядом и заставила в подробностях рассказать о пережитых приключениях. Потом попыталась накормить, но не преуспела, зато напоила молоком с медом. Какое-никакое, а занятие, и время прошло быстрее.
Ран появился часа через два. Слишком быстро, чтобы съездить в гномьи земли и обратно. Видимо, Алмазы добирались порталом. Не дракон же их всех вез.
Внимание прогулялось по бледному лицу мага и остановилось на клинке в ножнах, прикрепленных к поясу. На рукавах потертой куртки и в голенищах сапог были сделаны крепления для небольших кинжалов и дротиков. Значит, с магией у него совсем плохо. В обычном состоянии Ран не очень-то жалует оружие.
– Следовало догадаться, что так долго общество Бриллианта ты не выдержишь, – криво усмехнулся маг, избавляясь от ножен… а потом и от всего остального тяжелого и звенящего.
Для адамаса с его уровнем дара унизительно нуждаться в помощи каких-то железяк, пусть и созданных талантливейшими оружейниками и артефакторами из редчайших, особым образом добытых и заговоренных металлов.
– Дед сам ушел. – Я нервно улыбнулась, встала и шагнула ему навстречу. – Он переживает, хотя и не признается.
– Еще бы этот сухарь признался, – хмыкнул Ран.
Старших адамасов Веоран по-прежнему еле выносил. И, надо признать, было за что.
– Представляешь, дед предложил мне сменить жениха на более выгодного, – пожаловалась я.
– Ожидаемо. – Ран стянул куртку, бросил ее прямо на пол и повел плечами, разминая их. – А ты что?
– Сказала, что тебя люблю, – призналась честно и отчего-то покраснела. – А что еще мне было сказать?!
Харз Аадор посмотрел на меня как-то странно и вымученно улыбнулся.
– Надо было соглашаться. Глядишь, и подобрали бы кого-нибудь приличного.
– Дурак! – Я чуть не расплакалась.
Ран качнулся вперед, собственническим жестом коснулся пальцами моей щеки.
– Кулон не нашли. – Я это еще с первого момента, как его увидела, поняла. Потому и не спрашивала. Слишком больно, когда рушатся надежды. – Гнома тоже, дом был совершенно пустой. Зато твоя няня передавала тебе приглашение в гости. Алмазы прочесывают провинцию, но сдается мне, Милохор Гвун прочно залег на дно.
Надо быть сильной. Вдох-выдох… Вот так. Не плачем.
Убедившись, что я не бьюсь в истерике, Ран еще раз пообещал, что, если маму возможно найти, ее обязательно найдут, и стал подниматься к себе. Он выглядел из рук вон плохо и… запах гнилого мяса стал сильнее. Страшно даже представить, чего ему стоила эта вылазка.
И все ради меня.
Не уверена, что вообще стою всего этого.
Лестница была пройдена до середины, когда Веоран остановился и облокотился на перила.
– Соня? – Его взгляд пробирал до мурашек.
– А?
– Я тоже тебя люблю.
Теперь щеки вообще запылали.
– Да я вообще не это имела в виду!
То есть не совсем это. Или это, но… Ох-х-х!
– А я – это, – не пошел на попятную маг. – Понятия не имею, сколько времени у меня осталось, но его точно уже нельзя терять. Я люблю тебя, Ассони Деркволд. Безумно, бесконечно люблю. Может, даже с того момента, как почувствовал в обратившейся ко мне за помощью гномке кровь своего вида. Я тогда запретил тебе в меня влюбляться, а сам с тех пор больше не думал ни о ком. Или, скорее всего, чуть позже, когда ты очаровала всех, сотню раз сбила меня с толку своей рассудительностью, оказалась замечательным другом и несколько раз чуть не погибла. Это все не важно, мое сокровище. Пока я жив, я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.
Разве может?
Или у него бред?
Узнать это возможности не представилось. Ран, пошатываясь, продолжил свой путь и скоро совсем скрылся из виду.
Ночью драконица в очередной раз решила показать, как хорошо им было с Ривером, и подсунула мне сны. Но усталость оказалась настолько сильна, что сознание никак не могло зацепиться за конкретный образ. В итоге я то парила в воздухе, ощущая рядом движения мощных крыльев, то гуляла по лесу рука об руку с невероятно красивым красноволосым мужчиной, а на голове у меня был венок из бледно-розовых цветов. Вот только волосы были медово-рыжие и совершенно не мои. Это помогло отделить наведенное от настоящего и выкарабкаться из пучины сна.
Ругала драконью часть себя я как-то без энтузиазма. Не потому, что не хотелось, просто… Стоило выпасть в темноту реальности, внутри все сжалось от страха за мага. Драконьей половине это не нравилось, ей хотелось думать только об огромном красном звере, но человеческая составляющая оказалась сильнее.
Кое-кому придется смириться.
Как бы этой страдалице объяснить, что мы – уже не Виолетта, а Ривер больше не наш дракон?
Мысли сделали круг и опять вернулись к Веорану.
Спасти его не получится. Если отбросить туманящие разум эмоции, я четко это понимала, и потому становилось дурно. В ту лекцию Ран упоминал, что ни один адамас, побывав вблизи рахайл, не сумел сохранить дар. Большинство вообще не выжили. А у него сейчас вообще мерзкая расстановка сил… Удача ведь правда дама своевольная и ненавидит, когда ее пытаются удержать на цепи. И, вырвавшись на свободу, мстит обидчику. Вот Ран, хоть ни в чем и не виноват, теперь расплачивается.
Да даже если появится призрачный шанс, провидение повернет все так, что он рассыплется прахом! У мага теперь везение в обратную сторону работает.
Ненавижу чувствовать себя беспомощной!
Жизнь только-только налаживаться стала. Я не могу его потерять!