Зря она это. Моего рыжего почти друга лучше не раздражать.
Вот ведь странность… Гномы желали мне смерти, ну так и Ривер всерьез собирался дать мне умереть во время оборота, и если бы не удача Рана, так бы и случилось. Но к нему я испытываю жалость и даже симпатию, а к ним лишь отвращение.
– Соня, придержи-ка ее. – Дракон пихнул Мелу прямо мне в руки. – Там второй в окно удрать пытается.
Разум не успел толком оценить ситуацию, а пальчики уже украсились когтями и намертво вцепились в добычу. Она разок аккуратно дернулась, проверяя крепость захвата, но приобрести несколько лишних дырок на теле желанием не горела, а потому мы спокойно дождались возвращения дракона.
Без особых видимых усилий Ривер тащил Милохора за шкирку.
– Сами отдадите кулон или мне вас допросить с пристрастием? – равнодушно произнес телепат.
Первый вариант даже ему был предпочтительнее. Лень, да и домой нам еще лететь.
Если, конечно, Алмазы портал не организуют.
Отличная идея, по-моему.
– Неблагодарная, – горестно простонала гномка. – Мы ее вырастили, выучили, а она!.. Вся в мать!
Драконица среагировала раньше меня остальной. Так теперь всегда случается в особо нервные минуты. Один выверенный удар локтем – и Мела заткнулась.
– Ес-с-сли бы вы не с-с-сас-сунули ее непонятно куда, в этом бы не было необходимос-с-сти!
Ривер одобрительно хмыкнул и посмотрел на меня почти с восхищением.
Вспышка моей злобности стала для гнома последней каплей.
– В кабинете у светильника дно двойное, – пробормотал он. – Кулон в нем.
– Соня, проверь, – велел дракон. – Только осторожно.
Угрозы драконья суть вообще не чувствовала. Если честно, нам уже было немного стыдно за эту выходку. Но… столько лет она меня доставала, вот драконица и отомстила за вверенную ей человеческую половину. Как она почему-то считала, бестолковую и совершенно беспомощную. И правда-правда была уверена, что я без нее пропаду! Ох… Видимо, не суждено мне научиться воспринимать нас как единое целое.
Устроив гномку на стоящем неподалеку стуле, я отправилась искать, где тут у них кабинет.
Светильник просто сломала. Было слишком страшно не обнаружить там искомого, чтобы разбираться, как открывается тайник.
Пока возилась с ним, в дом вошли алмазные маги.
Ну вот, теперь точно ничего плохого уже не случится! По крайней мере, сегодня.
– Все, что нашла, тащи сюда, – поторопил дракон.
Соблазна открыть кулон самой и не было. Мало ли что пойдет не так? Под присмотром магов оно надежнее.
Мгновение спустя я с находкой вернулась в холл. Гномы уже были скованы магическими браслетами и готовы к отправке в заключение. Учитывая, что милосердие к врагам у адамасов не в почете, а у деда на эту парочку большой зуб, участь их будет незавидна.
При моем появлении Алмазы едва заметно поклонились.
– Сейчас или в академии? – Право решать, когда освободить пленницу из кулона, дракон отдал мне.
Повертев в руках магическую тюрьму, я протянула ее ближайшему магу. Могли возникнуть проблемы с доставкой нас в пополненном количестве в Адаманту, но ждать не было сил. Душу терзал страх – вдруг мамы нет в кулоне? Лучше проверить это сейчас, пока гномы под рукой и еще можно в случае неудачи отдать их на растерзание телепату.
Маг кивнул в знак того, что одобряет мое решение, и сделал нам знак расступиться.
Свободного пространства в холле был недостаток, так что почти всем пришлось выметаться на улицу.
Я поежилась от холода и обхватила себя за плечи. Нет уж, домой точно порталом!
Дальше стало вообще не до ощущений. Маг скрутил с кулона нижнее крепление – и полутемный холл озарился мягким светом. В поисках хоть какой-то опоры в опять сделавшемся зыбким мире я вцепилась в рукав дракона, но он раздраженно стряхнул мою руку. Обидеться толком не успела, потому что в центре сияющего пятна уже обозначился силуэт.
Женщина была очень похожа на меня, выглядела совершенно невредимой и улыбалась.
Не похоже, чтобы ее долго и изощренно мучили.
– Мама?
Я привстала на носочки, чтобы меня было видно за плечами мужчин.
Освобожденная пленница камня изумленно моргнула… и ее улыбка погасла. На красивом лице медленно проступало понимание, но она еще сопротивлялась.
– Где я? Что происходит? Куда пропал мой муж?! Он только что был рядом. Мы укладывали спать маленькую дочку…
Пробиться в пределы ее видимости все же получилось, хотя драконице пришлось поработать локтями.
– Мама, я уже не маленькая, мне девятнадцать. И мой отец умер, ты ведь знаешь. – Наше сходство должно было доказать правдивость моих слов.
– Так понимаю, Милохор в кулоне ее не мучил, наоборот, отправил в идеальную счастливую жизнь? – решил все окончательно прояснить Ривер.
Гном угрюмо кивнул.
– Придется доставить наследницу к лорду Бриллианту, – принял решение главный из трех присутствующих Алмазов.
Чем дальше, тем более потерянной и несчастной выглядела мама.
– Стойте! А где гарантия, что я была в кулоне, а не сейчас нахожусь в нем? – Отпускать свою счастливую нереальность она не хотела.
– Отлично, ты в кулоне, и мы все – плод твоего воображения. – Истерящих женщин дракон не любил и в непосредственной близости от них становился еще более невыносимым и грубым, чем обычно. – И кто же тебя сюда засунул?
Адамаса всхлипнула. По бледной щеке скатилась крупная капля.
А в следующий момент женщина рванулась к магу, у которого остался пустой кулон.
– Верните меня обратно! Я хочу к ним!
Потребовалось три разных портала. Одним самый опытный Алмаз с кое-как утихомиренной Асторьей отправился к переходу в Алусвилль, а оттуда уже к Бриллианту. Вторым еще один Алмаз повел гномов к ректору. Я не очень поняла, почему именно к нему. Вроде бы как он располагает ближайшей доступной камерой. Ну и третий доставил меня к воротам академии.
Ривер почему-то решил лететь.
По дороге в Адаманту внутренняя драконица изрядно достала меня выяснением очень важного для нее вопроса: это наша мама или только моя? Ответа у меня не было. Саму бы кто сейчас успокоил и утешил!
Словно провидение подслушало эти мысли – у ворот замка стоял Веоран. Не просто стоял, колдовал что-то, но я ни на миг не усомнилась – это предлог, на самом же деле он меня ждет.
Портал блеснул и погас.
Маг тут же бросил свое дело и шагнул мне навстречу.
Недовольный… или просто вконец измотанный.
В носу неприятно защипало, глаза кольнули слезы… я шагнула вперед, всхлипнула и оказалась прижатой носом к груди Веорана. Его руки сомкнулись вокруг меня. Мир стал чуточку менее пугающим и холодным.
Алмаз, подрядившийся доставить внучку своего господина в академию, деликатно кашлянул за спиной. Потом еще раз – все с тем же никаким эффектом. И в конце концов махнул на нас рукой и скрылся в переливающихся бликах очередного портала.
– Я собирался ругать тебя, а теперь стою и обнимаю, как последний дурак, – с непонятной интонацией произнес профессор, не прекращая успокаивающе поглаживать меня по спине.
– Ты не дурак, – всхлипнула я.
Шевельнувшаяся в глубинах души драконица подозрительно уточнила, а точно ли нам нужен этот маг. Он же… ну… у него же ни дракона, ни хвоста с крыльями нет! Как так-то?!
Тем более что рядом бродит симпатичный и еще не прибранный к рукам огнедышащий. И в человеческом облике он вроде бы ничего. А я…
А я посоветовала этой свахе угомониться и теснее прижалась к Рану.
– Тогда объясни мне, почему к гномам ты отправилась с Орциусом, а не со мной? – Ран отстранился и требовательно заглянул мне в глаза.
Потому что ты еле жив, а он здоров, как дракон!!!
Хотелось кричать от бессилия, но я заговорила тихо:
– Прости. Больше так не буду. Просто… я очень боюсь за тебя.
Более довольным харз Аадор не стал, но стянул с себя куртку и набросил мне на плечи. Потом обнял и повел домой.
– Хия меня сдала, да? – Подавшись к нему, я потерлась макушкой о сильное плечо.
– У нее не было выбора, я ее пытал, – с серьезным видом заявил профессор.
Учитывая, что эта предательница – призрак и боли чувствовать не может, стало даже любопытно.
Пока шли, я успела рассказать, что научилась летать, только теперь страшно болит все тело, особенно спина, про маму, как гном держал ее в камне, но не мучил, а делал счастливой, что драконица страшно боится, что Асторья не полюбит ее… и я тоже боюсь. Ран внимал, а под конец эмоционального монолога вклинился с обещанием, что все будет хорошо. Даже замечательно. И это были не просто слова, мы-то знаем.
Дома Веоран самолично разогревал ужин и накрывал на стол. Рита наказала и заблаговременно втык дала, так что в этот раз он ничего не сжег и не попытался наколдовать еду.
Кое-как уместившись на стуле с ногами, я наблюдала за ним, и сердце щемило от нежности. Я не могу его потерять! Просто не могу. И нечего там скептически фыркать, никакой дракон мне его не заменит!
– А что, если теперь я отдам удачу обратно тебе? – спросила неуверенно, когда Ран ставил передо мной тарелку.
Есть совсем не хотелось. Но то мне, а вот чешуйчатой половине…
– Слишком просто, – хохотнул маг. – Это так не работает.
– Но ты же сумел! – Драконье упрямство мне тоже передалось.
Веоран занял место напротив и смерил меня долгим глубоким взглядом.
– Таково было дополнительное условие, – не слишком понятно объяснил он. – Специфика магии ведьм. Там всегда есть дополнительное условие, на котором замыкается все колдовство. Какая-нибудь оговорка, если позволить сбыться которой, все пойдет наперекосяк.
Вкус еды окончательно перестал ощущаться, хотя драконица упрямо продолжала нас кормить.
– Как это? – Мне же было интереснее вытрясти из мага побольше информации.
– В моем случае – я должен был добровольно отдать свою удачу другому. – Он опять невесело рассмеялся. – Раньше это казалось бредом. Я же эгоист, Соня! Самовлюбленный болван. Но когда смотрел, как ты корчишься от боли… В общем, я не жалею ни о чем. И ты не жалей.