Эта гильдия принадлежала главе клана Рубинов, и конечно, такая сделка была очень выгодной, амулеты и артефакты станут дешевле, значит, их будут больше покупать. А доход шел в казну герцога де Модано, налоги королю он платил уже из него. Но Уинхилд не собирался в угоду интересам семьи портить себе долгую жизнь нелюбимой женой.
— Нет, папа, — спокойно ответил маркиз. — Я не буду делать предложение леди Дорине. Договаривайся с ее отцом по-другому. И потом я уже выбрал себе невесту, — улыбнулся Уин. — Проси брата, пусть он женится на графине.
— Он мал еще, и колледж не окончил! И он не наследник. — Борсах нахмурился и выпрямился. — Что значит, ты выбрал себе невесту?! — В его рокочущем голосе зазвучали раздраженные нотки. — Когда это успел, интересно, и почему со мной не обсудил?!
— Я давно совершеннолетний, папа. — Уин сохранял спокойствие. — И как дальше строить мою жизнь, буду решать сам. Дела клана идут вполне хорошо, чтобы обойтись без брака по расчету, — добавил он. — А когда выбрал, — по губам маркиза скользнула нежная улыбка, взгляд стал на несколько мгновений отсутствующим, — давно, пап. Это леди Эона де Гиларо. И сегодня я собираюсь сделать ей предложение.
— Не посмеешь, — отрубил герцог де Модано. — Аметисты не тот род, с которым я бы хотел породниться! Добычи камней из шахт барона едва хватает для поставок в лавки Ахарры, и ты хочешь привести в наш дом его дочь?! Не позволю. — Борсах сверлил взглядом по-прежнему невозмутимого сына. — Женишься на графине де Гедбер, и точка.
— Не дождешься, — отрывисто произнес Уинхилд и встал. — За Эоной отдают целую шахту, если тебя так волнует приданое, и она приносит неплохой доход, я проверил, когда еще в столице был. Эни не нищенка, если ты на это намекаешь. — Рубиновые глаза Уина сузились, в них мелькнул опасный огонек. — Я пошел, — бросил он и направился к двери кабинета.
— Далеко не уйдешь, — фыркнул герцог и шевельнул пальцами, крупный темно-бордовый рубин в печатке на его пальце ярко блеснул. — Пока не одумаешься, посидишь дома. А я приглашу графиню с отцом.
Молодой лорд хлопнул дверью, изнутри поднялась волна глухого раздражения на упрямого отца, а замечание Рассветного превратило это раздражение в откровенную злость. «Уин, у нас проблемы. Герцог внес изменения в охранный контур особняка. — В голосе дракона слышались виноватые нотки. — Я не осилю, его магия в разы сильнее моих возможностей». Маркиз сощурился, скрипнул зубами, но все же попытался открыть входную дверь — она не поддалась. Уинхилд выругался и со всей силы стукнул кулаком по дереву, потом отошел, окинул критическим взглядом…
— Не смей портить мебель в моем доме, — раздался позади голос герцога. — Молниями и огненными шарами будешь швыряться на границе, куда я тебя ушлю, если не одумаешься. И лишу возможности выпускать твоего зверя, — с отчетливой угрозой добавил Борсах. — Забудь свою подружку, Уин, — чуть тише продолжил глава клана, скрестив руки на груди. — Детство закончилось, сын, начинается взрослая жизнь. Пусть она выходит за своего графа… Постой! — В темных глазах Борсаха вдруг мелькнуло понимание. — А не ты ли расстроил эту свадьбу?! — воскликнул герцог с изрядным недовольством. — Боги, Уинхилд, где была твоя голова? И как тебя отпустили со службы?!
Маркиз глянул на отца исподлобья и ничего не сказал, только с кончиков пальцев сорвалось несколько ярко-красных искорок. Ярость требовала выхода, душила, но устраивать погром в доме было бы совсем уж детской выходкой. Следовало подняться к себе и в одиночестве и тишине комнаты успокоиться, подумать, как выкрутиться из ситуации. Найти выход из ловушки, куда загнал его отец, и в первую очередь придумать способ выйти из дома. Уин стремительным шагом прошел мимо герцога к лестнице и бегом поднялся на второй этаж.
— Уинхилд! — окликнул требовательно отец, но маркиз не обернулся. — Ты все равно встретишься сегодня с Гедберами!
В ответ он услышал лишь громкий хлопок дверью. Борсах пожал плечами и засунул руки в карманы, посмотрев вслед непокорному сыну.
— Никто не запрещает тебе потом иметь сколько угодно любовниц, — негромко хмыкнул лорд Рубин-старший. — В том числе и твою ненаглядную Эону. Будто не знаешь, что это в порядке вещей после браков по расчету, — чуть тише добавил герцог и отправился обратно в кабинет — писать приглашение графам де Гедберам.
…Уинхилд мерил шагами комнату, заложив руки за спину, хмурясь и кусая губы. Он напряженно размышлял. Магия не выпустит его из дома, пока отец не снимет ограничений с охранного контура, а он это сделает, только когда Уин подчинится. Маркиз тихо выругался, Рассветный отозвался глухим ворчанием. «Придется соглашаться, — угрюмо произнес зверь. — Чтобы хотя бы из дома выйти. Эни все поймет…»
— Конечно, поймет, я же сказал, что приду утром! — буркнул Уинхилд, остановившись у окна и глядя на улицу невидящим взглядом. — Она ждет меня, понимаешь?! А я торчу здесь! — Кулак молодого мужчины с силой опустился на стену. — Ты понимаешь, что отец не поверит моим словам? Он наверняка заставит закрепить обещание с помощью магии! И я не смогу отказаться от этой свадьбы. — Уинхилд прищурился и скрипнул зубами.
«Ты хочешь выйти из дома? — рыкнул Рас. — Решай проблемы по мере поступления! Обещания можно ведь дать по-разному, — усмехнулся дракон. — А пока ты мечешься и злишься, время уходит, Уин». Маркиз прикрыл глаза, глубоко вздохнул, унимая клокочущие эмоции.
— Ты прав, — тихо произнес он. — Прости, я расклеился. Конечно, мы справимся. — Уинхилд скупо улыбнулся. — В конце концов, свадьба не завтра случится. И сначала с Эоной надо поговорить.
Предвидя, что отец потребует клятвы подчинения или чего-то подобного, маркиз де Модано, перед тем как выйти из комнаты, тщательно обдумал варианты ответа. Отец хочет, чтобы он сделал предложение этой леди Дорине? Что ж, предложение еще не значит свадьба. За время до назначенной даты Уин придумает, как обойти клятву или по-другому избавиться от навязанной невесты. Приняв решение, он спустился вниз, вернувшись в кабинет — герцог наверняка там. Уинхилд не ошибся. Он зашел, даже не став стучаться, остановился у стола и оперся на него ладонями, уставившись на отца тяжелым взглядом.
— Я с ней встречусь, — тихим, ровным голосом произнес он, в глубине рубиновых глаз рдел багровый огонек. — Как ты хочешь. И предложение сделаю. Но говорить с леди буду наедине. — Уин замолчал.
— Да пожалуйста. — Герцог дернул плечом и достал из ящика стола небольшую рубиновую сферу на золотой-подставке в виде драконьей лапы. — А теперь повтори это все, положив сюда руку, — подтолкнул он родовой артефакт к сыну.
«Осторожнее, Уин, — предупредил Рассветный. — Не перехитри сам себя». Маркиз уверенно положил ладонь на гладкий шар темно-розового цвета. «Не переживай, — мысленно усмехнулся Уинхилд. — Сферу можно использовать только раз в день, а в этот дом я больше не вернусь».
— Обещаю сделать предложение леди Дорине де Гедбер и, если препятствий не возникнет, жениться, — быстро проговорил Уин, пока отец не перебил его.
Сфера тут же окуталась мягким розовым светом, внутри засверкали искорки, и на губах маркиза появилась довольная улыбка. Он убрал руку, насмешливо глянув на отца.
— Доволен? — Темно-рыжая бровь поднялась.
Герцог прищурился, смерив сына подозрительным взглядом.
— Что еще за препятствия? — негромко уточнил он. — Что ты придумал, Уинхилд?
Маркиз выпрямился, хрустнул сплетенными пальцами.
— У меня, знаешь ли, есть определенные требования к той, которая собирается занять место моей жены, — лениво ответил он. — И если они не будут строго соблюдаться, никакой свадьбы не будет. И ты ничего не сможешь сделать, обещание я дал, как ты хотел. А вот требования я сообщу госпоже графине, поскольку они касаются только ее, — закончил Уин. — Снимай ограничения с контура, папа. Мне же надо будет выгуливать леди Дорину, — с иронией добавил он. — Ухаживать вроде как за ней, как там полагается по правилам?
Борсах пожевал губами, побарабанил пальцами по столу.
— Не смей к барону в гости соваться, — предупреждающе произнес он.
— Снова под домашний арест посадишь? — Улыбка пропала с лица Уинхилда. — Хватит на сегодня обещаний, папа, я сделал, что ты хотел.
— Выпущу после визита графа, — отрубил герцог. — Иди готовься, я отослал им приглашение, скоро должны прийти.
Вот чего-чего, а наряжаться Уинхилд точно не собирался. А продумать условия для госпожи графини стоило. Как и узнать побольше о младшей графине, старшей дочери лорда Граната, и вообще об этом роде, считавшемся вторым после Рубинов по знатности и богатству. И не от самой леди Дорины, она вряд ли скажет всю правду. Хорошо, за время службы он сдружился с начальником Службы расследований Ахарры, пусть и только по переписке, его и можно попросить о любезности. Он точно не откажет будущему сослуживцу. Да, Уин собирался принять предложение, оно устраивало маркиза со всех сторон. И скучать не придется, и дополнительный доход опять же. Зависеть полностью от семейной казны Уинхилд не хотел. Пока у него имелись сбережения, накопленные почти за два года службы на границе, где ему полагалось жалованье, но стоило подумать о будущем. Ну и, конечно, как у наследника клана, у маркиза в собственности имелось несколько рубиновых шахт. Так что осталось дело за малым — избавиться от навязанного брака и заставить отца принять его выбор.
Граф с дочерью пришли быстро, и Уин подозревал, они ждали приглашения отца. Он стоял и наблюдал, как из элегантного экипажа вышел сначала невысокий юркий мужчина с намечающейся лысиной в светло-русых с рыжеватым отливом волосах. Одетый в бархатный, отделанный золотой вышивкой камзол, конечно, цвета родового камня. Немного вычурно, на вкус Уинхилда, он лично предпочитал наряды поскромнее. Граф де Гедбер протянул руку, и вслед за ним вышла его дочь, младшая графиня Дорина. Алый шелк платья подчеркивал белизну кожи, золотистые локоны уложены в замысловатую прическу, украшенную шпильками с гранатами, длинные перчатки закрывали руки до самых локтей. В руках леди держала сложенный зонтик — видимо, опасалась солнечны