— Ну это вряд ли, помощник капитана Нарест. По завершению этой, Нерим собирается устроить ещё одну экспедицию.
— Хм… К этому времени, я так полагаю, у него будет новый помощник капитана… Так, Ману? — хмуро спросил старик.
— Вполне может быть, — пожал плечами Ману. — Если мне сразу не предоставят капитанский чин за мои заслуги.
— Даже не надейся, — презрительно хмыкнул старик, но при этом в глазах у него появились несколько неуверенные нотки. Ему сложно было поверить, что стоявший перед ним мальчишка может стать капитаном собственного корабля, и всё же вспоминая его достижения, вспоминая все те разы, когда он выручал их судно, «Бродягу», когда он, к великому удивлению самого Нареста, проявил способности Римуса, что было почти неслыханно за пределами Цитадели Белых Крыльев… Всё это вселяло определённую тревогу в сердце старого моряка…
Неужели этот мальчишка действительно станет капитаном, когда они вернутся? Двадцать лет… На десять лет младше юного мастера Нерима… Невозможно! Нарест попросту не мог смириться с таким развитием событий. И тем не менее…
…Нужно будет попросить господина Нерима, чтобы он написал мальчишке как можно более дурной рапорт, решил он про себя.
— Ну… — меж тем потянулся Ману. — Спокойной ночи, Нарест.
— Хотелось бы, — буркнул старик.
Ману усмехнулся и спустился на жилую палубу. Он прошёл через длинный коридор, по сторонам которого размещались спальные койки, выслушал пожелания спокойной ночи от прочих матросов, спустился по узкой лесенке и оказался на офицерской палубе. Дойдя до своей каюты, он открыл дверь, запертую на ключ, как того требовал корабельный устав, и оказался в не очень просторной и не совсем ухоженной, но и не грязной комнате.
Слева к стене был приставлен стол, на котором лежали всевозможные книги и карты. Справа — кровать. Ману некоторое время корпел над своими записями, после чего разделся и свалился на матрас.
Прежде чем потушить свечку, притянутую силой мысли, Ману достал из-под подушки простенький медный кулон, открыл его и провёл пальцем по спрятанной внутри пряди голубых волос…
Скоро экспедиция закончится…
Скоро он впервые за пять лет вернётся домой. Вернётся не просто нищим мальчишкой, но состоятельным человеком… То есть эльфом, который сможет позволить себе купить весь свой родной остров… Или его половину… Или треть… В зависимости от того, насколько его гонорар за последние пять лет сгрызёт инфляция.
Ману вздохнул, щелчком закрыл кулон, спрятал его под подушу и закрыл глаза.
Свечка потухла.
В каюте сгустился мрак и повисла тишина…
Едва различимый шум за дверью тоже стал постепенно затихать, отдалённые разговоры сходили на нет, и вскоре единственным звуком на палубе стало едва различимое колебание волн за корабельной обшивкой.
Тогда же глаза Ману медленно приоткрылись и засияли перламутром…
Глава 72. На корабле
Ману приподнялся, присел, прищурился. В его глазах засверкал мелькающий свет.
Ту же картину можно было наблюдать во всех прочих каютах. В просторной капитанской спальне Нерим тоже приподнялся и открыл перламутровые глаза, и старик Нарест, и все остальные матросы — все они пребывали в этой загадочной позе… У некоторых из них шевелились губы, другие щурились. Их лица то и дело принимали разнообразные выражения. Казалось, все они общаются с одним, двумя, тремя, а иной раз и целой дюжиной незримых собеседников… Всё это продолжалось ровно десять минут. Затем перламутровые глаза погасли, и матросы единовременно возвратились ко сну.
На судне снова воцарилась сонная тишина, нарушаемая только сопением спящих эльфов…
…
…
…
На следующий день все матросы и офицеры встали точно по расписанию, — кто не встал, того разбудили палкой, — и приступили к своим делам. Среди команды наблюдалось оживление. Пятилетняя экспедиция действительно подходила к своему завершению. Всего через неделю они должны были вернуться в Срединный бассейн; они шли к своей цели на всех парах. Иной раз матросы, забавы ради, сами дули на паруса. Они хотели поскорее вернуться, чтобы увидеть своих родных и близких, выпить чего-то кроме корабельного рома, который за последние годы, как ни приятен был этот напиток любому матросу, успел совершенно надоесть, и больше никогда не пить чертовый лимонный сок, который хотя и помогал от цинги по заверению врача, был совершенно омерзительным.
Когда на корме показался Ману, матросы стали почтительно, хотя и несколько весело и небрежно его приветствовать и просить, в шутку, чтобы он использовал свои силы Римуса и сразу перенёс их корабль в родные бухты. Ману извиняюще помотал головой; тем не менее, он действительно приподнял с помощью телекинеза снасти, развернул паруса и решил другие дела, которыми обыкновенно занимались матросы, и которые, однако, не требовали от него никаких особенных усилий… Причём несмотря на то, что с точки зрения других офицеров это была подёнщина, которой не престало заниматься благородному эльфу, ни они сами, ни матросы не презирали Ману за эту работу; первые — потому что не имели права презирать эльфа, обладающего даром Великого Белого Духа; вторые — потому что видели, что Ману помогает не для того, чтобы быть у них на хорошем счету, но потому что хочет и даже находит в этом определённое удовольствие.
Удовольствие и правду было; Ману не мог, как Нерим или старик Нарест, который вообще напоминал медведя в своей берлоге, просто сидеть у себя в каюте. Это навевало ему дурные воспоминания, пропитанные запахом больницы.
Когда развернули парус, и корабль пришёл в движение, Ману присел на корме, небрежно свесил ноги, развернул подзорную трубу и стал разглядывать морской горизонт. Время от времени он поднимался, переходил на другой борт и смотрел в другую сторону. Этим делом он мог заниматься часами. Однажды матрос даже пошутил, что офицер Ману напоминал собачку, которая держит караул. Вскоре данному матросу потребовался визит у корабельного хирурга…
Но вообще замечание было верным, и Ману, если бы его услышал, улыбнулся.
Шло время. Солнце медленно поднималось на горизонте. Время от времени Ману поднимал руку и корректировал маршрут. Он обладал необычайно острым зрением и видел дальше всех остальных матросов…
На самом деле данное дарование, как и способности Римуса, Ману обнаружил в себе всего несколько лет назад. Прежде, до Великой войны за Небесный остров, он был самым обыкновенным эльфом, и только по завершению оной и пленения в орочем лагере Ману стал замечать в себе необычайные силы.
Острое зрение и способности Римуса были только верхушкой айсберга.
Его раны закрывались с невероятной быстротой.
Сила его в несколько раз превышала оную заурядного эльфа… Ему даже приходилось скрывать данную особенность, маскируя её способностью телекинеза.
Он мог производить в уме даже самые сложные расчёты.
Ману жалел, что на корабле почти не было книг по эльфийской биологии. Впрочем, он сильно сомневался, что происходящие с ним перемены можно было объяснить обыкновенным половым созреванием.
Иной раз он вспоминал тему, которую долгое время считал для себя запретной. Демона, который перенёс его в этот мир. Ману старался о нём не думать, — каждый раз эти мысли вызывали в нём смутное беспокойство… Он до сих пор не понимал, в чём заключались условия подписанного им контракта. Он его даже не читал, настолько отчаянным было его тогдашнее положение, и теперь лёгкий холодок пробегал у него по спине, когда он, невольно, пытался предположить, что именно отдал рогатому монстру за свою новую жизнь…
Кстати говоря, что вообще это было за создание? Ману думал, что найдёт ответы здесь, в этом мире, однако ни в одной книге он не видел упоминаний ни демонов вообще, ни рогатого козла по имени Аколипт в частности. Откуда он взялся? Может, на самом деле было больше одного… Вернее двух, если считать Землю, миров?..
Размышляя о таких вещах, Ману продолжал водить подзорной трубой вдоль пенистого горизонта. Вдруг взгляд его замер. Сосредоточился. Ману подкрутил своё устройство, нахмурился и достал записную книжку в кожаном переплёте. Затем спросил громким голосом:
— Мы ведь сейчас на… Широте семнадцать и девять, долготе пять и один?..
Матросы переглянулись.
Один из них ответил:
— Верно, господин…
— Тогда мне срочно нужно поговорить с капитаном…
Глава 73. Кукла
Самопроизвольное образование новых островов — одна из причин, почему каждая карта морей, которые находились за пределами Срединного бассейна, имела приписку в нижнем правом углу: «Приблизительно».
Случалось, что острова перемещались сами собой и на проверку оказывались спинами гигантских монстров, китов или черепах, или с некоторой периодичностью поднимались из-под воды (либо наоборот, падали с неба) или просто появлялись из ниоткуда.
Другими словами, в данном явлении не было ничего необычного, и матросы не испытывали особенного страха, но лишь лёгкую горечь и раздражение, когда капитан Нерим приказал им спустить шлюпки и приготовиться к высадке, чтобы изучить таинственный остров.
С другой стороны, утешали себя матросы, уж это точно будет их последняя остановка перед возвращением домой.
— А может и вообще последняя, — мрачно произнёс старик Нарест.
Ману усмехнулся и покачал головой:
— С чего же, помощник? Бродячие острова встречаются повсеместно в этих водах. За последние пять лет мы сами видели и навестили парочку.
— Не «парочку», а три штуки, один из которых попытался нас съесть, другой задавить, а от третьего мы едва унесли ноги, такую бешеную он устроил за нами погоню.
— Тем более, Нарест, — с улыбкой сказал Нерим, одетый в синий фрак с золотистыми пуговицами и серебристым воротничком. — После стольких ненастий должен нам попасться хотя бы один обыкновенный странствующий остров. Ты разве не знаешь, что молния не бьёт в одно и то же место дважды?
— При всём уважении, господин, — мрачным и почтительным тоном ответил Нарест. — Если молния ударила уже три раза, следует проверить, нет ли у нас в руках громоотвода…