После Эльт колдовал с моими волосами, а Дей наложила на лицо какую-то жуткую маску, без которой я просто не могла пойти на свидание. То, что у нас с красноволосым никакое не свидание, а обычный договор, почему-то никого уже не волновало.
– Привет, – еще раз поздоровался Кейдан, когда я, наконец, вышла из спальни, – мило! – с кислой миной оценил мой внешний вид, – то, что нужно, – тут же исправился он.
– А, может, лучше форму? – уточнила я. Сам-то берк щеголял красной мантией и праздничным одеянием маргов. Мой жемчужно-серый наряд, застегнутый под самое горло, был более чем скромным. И даже кокетливые рукава-фонарики не умоляли его строгости. Этакая провинциалочка, особенно на фоне щеголеватого парня.
– Нет! – слишком поспешно, явно опасаясь провести еще час под дверью, заявил Кейдан, – все идеально. Пойдем? – протянул руку.
– Здесь это ни к чему, – проигнорировав приглашение, направилась к выходу.
– Мама ждет нас в кофейне, – сообщил красноволосый, останавливая для нас экипаж, – дядя умчался по делам. Так что, все к лучшему. Лири, надень, пожалуйста, – парень вытащил из-за пазухи красивый плетеный браслет из черненого металла.
– Что это? Мне не нужны от тебя подарки.
– Это не подарок, – берк зло сверкнул зелеными глазищами, явно оскорбившись моей реакцией, – а подтверждение нашей помолвки.
– А без него никак?
Тяжело вздохнув, оборотень сдвинул манжет, показывая, что на нем такой же браслет, мужской вариант.
– Обязательно.
– Давай! – требовательно протянула руку. Но оборотень сам застегнул украшение на моем запястье. Сделал это настолько аккуратно, что ни разу не прикоснулся ко мне.
– Его должен надеть жених, – упредил он возмущение.
Кивнув, что поняла, подняла украшение повыше, чтобы рукав платья скрыл его от посторонних глаз.
А что? Некоторые тоже напоказ не выставляют.
– Окна в кофейне выходят на улицу. Не удивляйся, если я подам руку и приобниму. – Предупредил берк, когда экипаж остановился у ворот. Кейдан вышел первым и, как и обещал, помог спуститься. Меня словно молнией ударило от его прикосновения, а от взгляда, полного нежности, мурашки пошли по коже.
– Не переигрывай, – пользуясь тем, что стояла на ступеньке экипажа и я была одного роста с оборотнем, шепнула ему на ухо.
– И не думал, – ответил этот нахал, ухватил за талию, на миг притянул к себе и неуловимо коснулся губами щеки.
Меня обдало жаром. Но, что удивительно, ни клыков, ни когтей не появилось. Лохматая предательница внутри меня заурчала от удовольствия.
Что это значит? – я совершенно растерялась от неожиданного открытия.
А Кейдан, не давая опомниться, поставил меня на землю и, крепко прижимая к себе, повел внутрь заведения.
– Сыночек! Так, это правда! – навстречу из-за столика поднялась красивейшая женщина. И пусть в красных, как и у парня, прядях уже серебрилась седина, а в уголках глаз лучились морщинки, она все еще была невероятно притягательна. – Девочка, дай я тебя обниму!
Я пискнуть не успела, как оказалась в радушных объятиях, испытав еще одно потрясение. Меня окутало теплыми потоками искренней радости и любви, которые получаешь только от самых близких людей. Я будто вернулась в детство. От накативших чувств, комок стал в горле. Растерянно моргая, я озиралась и не понимала, что происходит. Почему так приятны прикосновения этих мягких рук? Почему сердце заходится, глядя в эти добрые зеленые глаза? Почему хочется прижаться к совершенно чужой женщине и тихо млеть от ее материнской заботы? А еще, с какой стати тянет выговориться? Откуда это желание поделиться с ней своими тревогами?
– Кей, она же совсем ребенок, – пожурила волчица сына, – где ты ее нашел? Какой клан? Странно, но я чувствую в ней родственную кровь.
– Мама, ты совсем засмущала Лири! Ты даже представить вас, как положено, не дала.
– Ох, и правда! – спохватилась женщина, – пойдемте за столик. Я заказала сладостей. Лири, ты ведь любишь сладкое? Шоколад?
– Что? – я дернулась, вспомнив, как грубые пальцы размазывали эту сладость по губам, – нет, не люблю.
– Хм, ладно. А пирожные? Тут готовят потрясающие пирожные. Попробуй, тебе понравится.
– Спасибо, – вежливо отстранившись, выдавила улыбку, – что-то не хочется, я не голодна.
Воспоминания вернули мне самообладание.
Это всего лишь игра. Для этой женщины я никто. И, вообще, я – некромантка. Черная. – Потоки силы, повинуясь мне, забурлили в теле, смывая чужое тепло и принося привычное спокойствие.
– Лири? – мою ладонь накрыла мужская, – что случилось? Ты побледнела.
– Нет. Все в порядке. Перенервничала немного. Ты, кажется, хотел нас познакомить?
– Конечно! Лири, позволь представить тебе мою маму Самаэль Барр.
– Можешь звать меня мама или Сэми, как тебе больше нравится, – перебила женщина. Она явно почувствовала резкую смену моего настроения и сейчас снова пыталась наладить контакт.
– Мама, это моя невеста Ликирия Ридлит. Недавно она вошла в род Лерая ди Стрелама, как его ученица и наследница.
Упс, какая наследница? О чем он? – вопросительно уставилась на красноволосого.
Потом! – также взглядом ответил женишок.
– Хочешь сказать, – тон Самаэль посуровел, – девочка воспитывалась вне клана? А ее отец…
За всей внешней мягкостью, женщина была истинной волчицей, готовой загрызть любого за собственного детеныша. Я сразу поняла, что мать Кейдана приготовилась нападать. Ей было прекрасно известно, кто такой Париус Ридлит. Что же, я ее понимаю. Однако ж отказываться от того, кому обязана жизнью, не собиралась.
– Мой отец Париус Ридлит и я горжусь этим, – гордо расправив плечи, с вызовом посмотрела на Самаэль, – мне прекрасно известно кто он и как к нему относятся окружающие. У меня нет права осуждать его за те поступки, что он совершил. Одно скажу: лучшего отца просто быть не может. Сколько я его знала, он всегда помогал тем, кто просил о помощи. Папа погиб, пытаясь остановить лича, пробудившегося на деревенском кладбище.
– Кто твоя мать? – поджав губу, спросила берканка, – ни одна из нас по доброй воле…
– Мама! – пришел на помощь Кейдан, – что за допрос ты устроила?
– Всего лишь интересуюсь, из какой семьи твоя невеста, – невинно пожала плечами женщина, – мы все же станем родственниками.
– Не переживайте, у меня никого не осталось. Я сирота, – резко ответила я.
– Почему же, а клан Стрелам? Они теперь твои самые близкие, хм, демоны.
– Лишь до тех пор, пока действует контракт.
– Ликирия, ты любишь моего сына? – спросила волчица в лоб.
Я побледнела.
– Мама!
– Нет, Кейдан, я хочу знать. Ты мог выбрать любую берканку. Самые родовитые кланы отдали бы тебе лучшую. И не надо ссылаться на Кира! Он импульсивен, и даже жесток. Но ты его единственный наследник. Рано или поздно, Кироп восстановил бы тебя в правах. Так что я хочу услышать короткий и четкий ответ: да или нет?
Нет. Это, ни в какие рамки! Мама переживает? У нее плохо со здоровьем? Бред! Она всех нас переживет. Ни врать, ни унижаться я не собиралась.
– Все! – я поднялась из-за стола, – пора заканчивать с этим представлением.
– Ли-ри, не надо, – взгляд Кейдана умолял не делать глупостей, но меня уже было не остановить.
– Я разрываю договор! – это красноволосому, – забирай дхаргов браслет!
Дернула украшение с руки и тихо взвыла, когда содрала им кожу до крови. Свободно скользящий по запястью ободок, никак не хотел сниматься.
– Да что такое! – не обращая внимания на боль, судорожными движениями пыталась освободиться от подарочка.
– Кей! – с придыханием произнесла изумленная женщина, – что же ты сразу не сказал? Лири, девочка моя, не нужно так делать. Видишь, уже кровь потекла. – Самаэль взяла меня за руку и усадила рядом с собой. Белоснежным платком, выуженным из сумочки, промокнула ранки на коже. – Дочка. Да, – на мой изумленный взгляд ответила она, – теперь я буду называть тебя только так. Ты уж прости, что накинулась с вопросами. Переживаю я. Сыночка столько времени не видела, а он уже совсем взрослым стал. И даже счастье, половинку свою нашел. Кто бы мог подумать! Я так рада, так рада.
Теперь я понимала в происходящем еще меньше. Все эти моментальные преображения Самаэль, смена настроения и прочие странности выбивались за рамки нормального. Поэтому я предпочла тихо помалкивать, внутренне предвкушая момент, как огребет за все мои страдания красноволосый.
– Нам пора, – Некрон, как я обрадовалась, когда Кейдан произнес эти слова. Сэми уже планировала нашу свадьбу и придумывала имена внукам, а еще порывалась пройтись по магазинам, чтобы приодеть «любимую девочку». Хорошо, что в академии был строгий режим, нарушение которого кралось суровым взысканием.
– Как, уже? – расстроилась мамочка, – Лири, ты же будешь завтра на приеме? Конечно, Стрелам не может пропустить такое событие. Нужно будет обязательно представить тебя Киропу! – мечтательно произнесла она, – эх, если бы меня предупредили! Мы бы такую помолвку вам организовали! Не хуже императорской.
– Не нужно, – я запаниковала, – мне не нравится эта идея.
– Да, мама, – в кои-то веки поддержал меня Кейдан, – мы не хотим шумихи. Нам доучиться нужно, к тому же у Лири контракт.
– Ой, не смеши! – отмахнулась Самаэль, – выкупим мы твой контракт. Год ладно, как-нибудь потерпим, пока ты диплом не получишь, а потом и свадьбу сыграем.
– Стоп. а мой диплом? – вмешалась я.
– Лири, ну, зачем он нужен? Тебе о семье нужно думать, о детках. Они у вас красивые будут. Хм, – Семи подцепила витой локон в моей прическе, – это натуральный цвет? А зверь такого же оттенка?
– Я не знаю, но…
– Мама, остановись. Свадьбы пока не будет. Ликирии нужно учиться, – разъяснил красноволосый, – у нее еще не было оборота.
– Как? Как не будет свадьбы? Почему не было оборота?
– Все вопросы потом! – Кейдан чмокнул Самаэль в щеку, затем подхватил меня в охапку, буквально вырвав их цепких ручек волчицы, и вытащил на улицу.