Множество крохотных созданий, размером с детский кулак медленно скользили в толще воды, испуская пульсирующее зеленовато-голубоватое свечение.
— Э-э… Я бы их лучше не трогал! — предупредил я девушку.
— Ядовитые? — испуганно спросила она.
— Не слишком. Но кто знает, как отреагирует твой организм.
— Поплыли обратно! Ты их видишь? А где наш костёр? — спросила Валерия про девчонок.
Я видел и наш костёр, и раскрашенные Динины ладошки, которые та периодически поднимала над головой, обозначая местоположение ожидающих нас ребят.
❖ ❖ ❖
— Мы уже все извелись! Почему так долго? Нашли медуз? — затараторила Катя.
— Нашли, нашли! Поплыли! Их там сотни, если не тысячи!
— Ты серьёзно? Или это дурацкая шутка? — не поверила моим словам Саша.
А Дина, не сказав ни слова, легла на воду и неумело погребла светящимися в темноте ладошками.
— Вот ты Фома неверующая, Сашка! Говорю же, своими глазами их видел! Держитесь рядом! Поплыли!
Теперь мы отплывали всё дальше от берега уже все вместе. Боря был удивительно молчалив. Не психовал, не нервничал. Но держался немного в стороне.
Я плыл впереди, то и дело останавливаясь, чтобы внезапно не заплыть во владения медуз. Думаю, они не обрадуются, если я начну молотить руками по воде рядом с ними.
Увидев, наконец, знакомое свечение в толще воды, я предупредил остальных:
— Дальше без резких движений. И лучше медуз не трогать! Для вашей же безопасности! Дин, ты как?
— Я в порядке, — тяжело вдыхая и выдыхая ртом воздух, ответила синевласка.
А когда немного отдышалась, достала из-под лифа купальника свой маркер и принялась светить им на ладони прямо под водой. Но медузы почти сразу стали реагировать на «фонарик». Попадая в его луч, они будто светились ярче и начинали хаотично двигаться.
Дина как следует «зарядила» свои ладошки. И мы стали удивлённо наблюдать, как она управляет светящимися животными. Они словно слушались её воли!
— Замри! — сказала вдруг Дина и, хихикнув, отправила медуз прямо в меня.
Крохотные создания подплыли так близко, что я мог заметить их свет на моей коже! И сейчас боялся лишний раз пошевелиться, чтобы не быть ими ужаленным.
— Как ты это делаешь? — поинтересовалась Александра.
— Они реагируют на свет! — просто объяснила всё Дина. — И, наверное, на тепло.
Я знал, что у некоторых видов медуз есть глаза. Не такие, конечно, как у людей. Но эти животные, и в самом деле, могли видеть. Так что теория Дины вполне могла оказаться правдой. Вот только Борис так не думал.
— Ведьма! — крикнул он издалека и то ли в шутку, то ли всерьёз добавил: — Я боюсь тебя!
— Плыви к нам, Борь! Не дури! Тебе же оттуда не видно! — предложил я.
— Не-е! На хер, на хер! От их яда может случиться анафилактический шок. А до берега плыть метров сто, не меньше!
Вообще-то, скорее, метров двести, а то и все двести пятьдесят! Но я не стал переубеждать парня. Нет так нет.
К моему удивлению, эти медузы вели себя спокойно, двигались очень плавно. И не похоже, что вообще хоть как-то реагировали на наше присутствие рядом.
— А мы правда теперь будем жить дольше? — спросила впечатлительная Катюха.
Я ждал от неё этого вопроса!
Не знаю, зачем Рея это сказала. Наверное, просто шутила, думая, что мы не решимся пойти искать светящихся медуз. А если даже решимся, то не найдём. Но мы нашли! И теперь я не хотел расстраивать Катю, лишая её надежды на чудо.
— Только если станем приезжать сюда каждый год все вместе! — объяснил я.
— Я согласна! — первой ответила Катя.
А следом за ней мою безумную идею поддержали Саша, Лера и, конечно же, Дина.
— Ай! — неожиданно вскрикнула Сашка.
— Что⁈ — тут же спросил я.
— Они меня, кажется, жалят! Ай!
— Все медленно отплываем!
— Ох, чёрт! Мой маркер! — озираясь по сторонам, жалобно произнесла синевласка.
— Дин, не делай резких движений! — предупредил я, медленно подплывая к девушке. — Забудь про него! Давай на берег! Только спокойно, мы никуда не спешим. Помнишь?
❖ ❖ ❖
— Ты как? — тяжело дыша, спросил я Сашу, когда мы, наконец, выбрались на мелководье.
Я продолжал идти по воде, таща на руках выбившуюся из сил Дину.
— Нормально. Мути́т просто. Щас… — Саша остановилась и упёрлась ладошками в колени.
— Тебя тошнит? — спросил я.
— Не знаю…
Катя с Лерой подхватили Сашу под локти. Выйдя на берег, Боря любезно раздал девушкам полотенца. Я поставил Дину на ноги. И все вместе мы поспешили в наш палаточный лагерь.
— А Сашка, похоже, будет жить дольше всех нас! — заметила Катя. — Медузы её выбрали!
Но как бы смешно или глупо ни звучали эти слова, никто из нас не стал с ними спорить.
❖ ❖ ❖
Вторую половину пути Саша «ехала» на моих руках. Она ослабла, стала вялой, и у неё резко поднялась температура. Я не сомневался, что Сашка не шутила, когда говорила о том, что её жалят. Не зря ведь я предупреждал, что трогать медуз не стоит.
— С ней всё будет в порядке⁈ — волновалась Катюха, пока я рылся в аптечке в поисках антигистаминного препарата.
— Нет повода переживать! Яд этих медуз несмертелен, — успокоил я девушек.
Вылез из палатки и снял кипящий котелок с треноги. Долго же нас не было, раз он успел опустеть на целую треть! Я налил в кружку воды, разбавил её. Отнёс Саше и помог ей принять таблетки.
— Давайте готовиться ко сну, — предложил я, глядя на лежащую без чувств девушку.
Плотно укрытая двумя пледами, она дремала и едва заметно подрагивала от озноба. Но скоро уже таблетки подействуют, и ей станет легче.
— У нас всего три спальника. А нас шестеро! Что будем делать? — спросила Катюха.
— Два отдай Дине и Боре. Застелите матрасы сухими пледами, — решил я и стал расстёгивать молнию третьего спального мешка. — А этим спальником, он широкий, мы укроемся.
И хотя на улице стояло начало июля, спать ночью в палатке будет прохладно. Так что укрываться чем-то обязательно надо.
— Да, хорошо, — согласилась со мной Катя и всучила Дине два спальных мешка.
— А журавлики? Я всегда делала их перед сном! Но сегодня… И Саша ещё… — вспомнила о нашем уговоре Валерия, но, бросив взгляд на укрытую пледами подругу, кажется, была готова отказаться от затеи с оригами.
— Мы их сделаем! Прямо сейчас! — решительно ответила Катя и кинулась искать в рюкзаке аккуратно уложенные в прозрачный файлик листы белой бумаги.
Через три минуты, сидя в большой палатке, мы все складывали бумажных журавликов под светом фонариков наших смартфонов. Все, кроме Саши, которая спала, и Бориса, что сейчас в одиночестве негромко бренчал у костра на гитаре.
Катя и Лера повторили вслух один и тот же вопрос, а Дина стеснительно косилась то на них, то на меня. Сегодня её журавлик получился безупречным.
— Я хочу посидеть с тобой у костра, — неразборчиво пробубнила Саша и зашевелилась.
— С кем? — переспросил я и потрогал рукой лоб девушки.
Жар уже прошёл. Саша медленно приходила в себя.
— С тобой, конечно! — ответила она и, открыв глаза, удивлённо уставилась на четыре лежащих перед ней птички, а затем приняла сидячее положение. — Кать, дай мне тоже листочек!
— Ну ты и напугала меня, Сашка! — радостно воскликнула Катя и крепко обняла свою сестру.
Глава 20Обещанный массаж
Саша скинула с плеч тёплый плед, взяла в руки белый лист и приготовилась делать журавлика.
— Сегодня был необыкновенный день! И если вдруг эти медузы и в самом деле продлевают жизнь человека, — рассуждала вслух Саша, — то я бы хотела прожить её, проведя каждый день рядом с тобой, Тём!
— Взаимно! — прошептал я, крепко обнял Сашку и долго не отпускал.
— Ой, это так мило! — сказала синевласка и поползла на коленках к выходу. — Пойду тоже обнимусь…
Катя с Лерой хихикнули, проводили Дину взглядами и тоже полезли обниматься. Пришлось сгрести всех трёх моих девушек в охапку и подержать так с минуту, пока Сашка не начала требовать позволить ей всё же доделать журавлика.
И когда тот был готов, Валерия засунула всех птичек в прозрачный пакет и подвесила его под потолком палатки, чтобы наши оригами случайно не помялись и не испортились.
— Утром каждый напишет на одном из журавликов короткое послание о любви, — напомнила Лера. — А сейчас уже ночь, птички легли спать. И нам с вами тоже пора, котятки!
— А это тебя так медузы покоцали? — держа сестру за руки, спросила Катюха.
На руках и груди Саши остались ожоги в виде хорошо заметных красноватых пятнышек.
— Надо чем-нибудь обработать! — засуетилась Валерия. — Ой, Тём! И у тебя на груди такие же! Ты в порядке?
— Я? Даже не заметил… — сказал я и взглянул на свою грудь под светом Лериного фонарика. — Да, в порядке. Если не ошибаюсь, ожоги медуз обрабатывают уксусом. У нас есть уксус?
— В домике есть… — обречённо ответила Катя.
— А я слышала, что можно ещё лимонной кислотой, — поделилась информацией Саша.
— У нас есть свежий лимон! Лимон подойдёт⁈ — моментально оживилась Катюха.
Она подскочила и выпрыгнула из палатки, а через мгновение вернулась с мокрым, жёлтым лимоном и ножом в руках.
Лера достала ватные диски. Катя срезала с фрукта толстую шкурку и выдавила из него сок. А потом принялась заботливо обрабатывать ожоги на коже сестры. Валерия же занялась мной.
— Будешь аппетитно пахнуть лимончиком! — приговаривала она, тщательно протирая пятна на моей груди.
— Буду кислым-кислым! — зачем-то ляпнул я и поспешил сменить тему: — Неплохо бы смыть с себя соль. Или уже ладно… — раздумывал я о том, стоит ли идти к ручью, чтобы ополоснуться в пресной воде.
И почти сразу в голове родилась идея. У нас же есть десять литров чистой воды и котелок кипятка! Её можно разбавить до тёплой прямо в умывальнике. Сполоснуть хотя бы голову! Всё лучше, чем купание в холодном ручье. Да и девчонки, уверен, не откажутся.