Минут через пятнадцать мне нестерпимо захотелось кофе. Я доделал работу до точки, подобрал со стола грязную кружку и спустился на кухню. Достал из холодильника открытую банку сгущёнки, поставил её на стол и принялся отмывать кружку над раковиной.
На плите в кастрюле кипела вода. Внутри неё, судя по запаху, варилась картошка. А у плиты в фартуке на полуголое тело стояла синевласка, лицо которой буквально светилось от счастья.
— Ты почти вовремя! — воскликнула она. Приподняв брови, я бросил на Дину вопросительный взгляд. И тогда она объяснила: — Подожди минут десять. Скоро будут готовы блины!
Помешивая ложкой жидкое тесто, к плите подошла Катерина:
— Теперь готово! Вот такая консистенция должна быть.
Она высоко подняла полную ложку и, повернув её, вылила тесто обратно в глубокую миску, которую прижимала к груди. Жёлтые капли полетели в разные стороны и попали на грудь и шею обеих девушек. Они весело захихикали и стали убирать капельки теста друг с друга, а я лишь сглотнул и, набрав в чайник свежей воды, щёлкнул по его выключателю.
Не сдержался и, пока греется чайник, приобнял обеих девушек сразу.
— И что у нас за праздник? С Леркой ты приготовила брауни. С Катей собираешься делать блины.
— Пользуюсь моментом. Тебе сказать правду? — искренне поинтересовалась Дина и посмотрела в мои глаза.
— Лучше соври! — пошутил я.
— Мы просто хотели тебя порадовать! — смущённо ответила синевласка, и её щёки налились румянцем.
— Моя же ты прелесть! — Я легонько щёлкнул Динку по носу и, не сводя с неё глаз, попросил: — А если сказать по правде?
— Правда в том, что это наш хитрый план! — загадочно сказала Катюха и подняла глаза к потолку.
— Угу. Хотите откормить меня, чтобы я от вас не сбежал? Если продолжите в том же духе, к концу лета я перестану помещаться в дверной проём! — Я изобразил притворное недовольство.
— Нет! Я просто тренируюсь! — поспешила оправдаться синевласка. — Не переживай! Буду есть их вместе с тобой!
Усмехнувшись, я чмокнул девчонок в щёки и ущипнул за филейную часть. Они одновременной ойкнули, а я отошёл. Налил себе кофе и отправился обратно наверх.
Минут через пять сюда поднялась Дина с плоской тарелкой, на которой лежали четыре сложенных треугольниками аппетитных блина. Сверху они были политы сгущёнкой.
Вдохнув сладкий аромат горячих блинов, девушка поставила тарелку на столик рядом с моей кружкой и наклонилась ко мне.
— Угощайся! — прошептала она и замерла в нерешительности, будто хотела добавить что-то ещё.
Глядя на её приоткрытые губы, я так и не дождался других слов. Отвернулся от ноутбука и распрямил спину.
— Ты меня балуешь! — сказал я, глядя на смущённую Динку. — Но мне очень приятно! Ладно, буду должен! — добавил я, стараясь избавиться от обоюдной неловкости, но, кажется, сделал только хуже.
Дотянувшись до Дины рукой, я прижал её к себе и, словно кот, потёрся головой о грудь. А затем оттянул пальцем край фартука, поцеловал торчащую из-под топика горошину соска. И повторил то же с другой стороны.
— Спасибо! Они так аппетитно пахнут! — произнёс я, и Динка прикусила край нижней губы.
Потеребив ладошками мои волосы, она хихикнула, выпуталась из объятий и, прихрамывая, опять убежала на кухню. Провожая её взглядом, я напомнил, чтобы она берегла свою ногу, и уставился на блины и стекающее с них сгущённое молоко.
М-да… Так недолго и растолстеть!
❖ ❖ ❖
С кухни потянуло ароматом картофельной запеканки. А на втором этаже снова появилась синевласка, на этот раз с ведром воды и тряпкой в руках. Фартук она уже сняла и поэтому сейчас оставалась в своём красном нижнем белье и топике. Бросив на меня взгляд, она прошла к окну и начала уборку с дальнего конца комнаты.
Протерев в спальне полы, Дина с особой тщательностью принялась мыть пятачок у лестницы. При этом она стояла на четвереньках, будто специально повернувшись ко мне задом. И хотя я и пытался продолжать работу за ноутбуком, одним глазом всё равно поглядывал в сторону девушки, усердно намывающей ламинат.
Закончив с полами, она спустилась, но тут же вернулась, чтобы вытереть пыль. Быстро прошлась влажной тряпочкой по всем поверхностям и опять скрылась на лестнице. С каждым разом становилось заметнее, как Динка старается не наступать на больную ногу. И если она продолжит бегать туда-сюда в том же темпе, мне придётся вновь перебинтовывать её стопу!
Едва ушла Дина, сюда поднялась Катя. Пошуршала в ящиках и начала куда-то собираться. Надев лёгкое платье, она подошла ко мне. Внимательно посмотрела в экран ноута, а потом заговорила:
— У нас кончился клей и цветная бумага. Я быстро сгоняю в магазин. Ты не мог бы через шесть минут выключить духовку и достать из неё запеканку?
— Хорошо. Сделаю! — ответил я и посмотрел на часы в углу экрана.
Катерина чмокнула меня в щёку и, обдав сладким ароматом духов, ускакала вниз по лестнице.
Через несколько минут я, наконец, закончил работу и сохранил готовый видеоролик. Поднялся из-за стола, потянулся и, подхватив кружку и пустую тарелку, отправился на кухню. Проходя мимо двери ванной комнаты, я услышал шум воды. Похоже, после уборки в домике Динка решила принять душ.
Я вымыл свою кружку. Подошёл к плите и стал ждать, когда будет нужно выключить духовку. Доносящиеся из душа приглушённые звуки стихли. И когда истекли положенные шесть минут, я повернул ручку на панели плиты. Открыл дверцу, выпуская разогретый воздух, и с помощью прихватки вытащил оттуда противень с запеканкой. Вдохнул поглубже и прямо почувствовал, как во рту собирается слюна. Ох и вкуснятина!
Ещё раз убедившись, что всё выключил, я направился в спальню. Но в этот момент дверь санузла приоткрылась.
— Тём? — услышал я голос Дины и заглянул внутрь.
— Да. Ты в порядке?
Прикрывая грудь полотенцем, она стояла на одной ноге и продолжала обтирать мокрые плечи. В отражении зеркала я увидел капли, стекающие по спине девушки. Однако белые трусики уже были на ней.
— Не совсем… — виновато ответила Динка и посмотрела на свою больную ногу. — Мне очень надо наверх. Ты просил звать, если понадобится помощь…
Всё-таки добегалась!
Я вздохнул, улыбнулся и, пошире открыв дверь, вошёл в ванную. Молча помог синевласке вытереться. Затем повесил её полотенце, подхватил девушку на руки и вышел с ней в коридор. Не спеша поднялся по лестнице, дошёл до ближайшей кровати и аккуратно уложил Динку на мягкий матрац.
Но она не торопилась отпускать меня, продолжая держаться руками за мою шею. И тогда я присел рядом у её ног.
— Спасибо! — прошептала она и прижалась прохладным коленом к моим рёбрам.
Руки девушки медленно сползли с моих плеч. А потом её ладошка коснулась моей щеки.
— Всегда пожалуйста! — медленно проговорил я, глядя на призывно торчащий розовый сосок. Прямо на моих глазах грудь Дины покрылась гусиной кожей. — Тебе холодно? Может, выключить кондиционер?
— Нет, не надо, — тихо ответила она и крепче сжала мою руку, словно боясь, что я уйду.
День назад я не мог бы себе этого позволить. Но после всего, что случилось вчера вечером, между нами не осталось абсолютно никаких преград. Робко проявляя временами инициативу, Динка ничего от меня не требовала, а больше ждала. И сейчас она жаждет моего внимания, моих ласк, прикосновений.
Продолжая смотреть на светлую кожу, покрытую мурашками, я медленно поднимал взгляд. Чувствовал, как всё быстрее бьётся сердце синевласки. Наши глаза встретились, и я наклонился ниже. Погладил тыльной стороной пальцев щеку Дины, провёл подушечкой большого пальца по её раскрытым, слегка подрагивающим губам. А затем впился в них поцелуем.
Девушка ответила страстно, горячо. Её язык проник в мой рот. И я чуть не потерял контроль над собой!
— Я хочу тебя! — тяжело дыша, прошептала она. — Ты сводишь меня с ума!
Подняв ноги Дины, я влез на кровать, развёл их в стороны и вновь опустил. Поудобнее расположился между ними и, нависнув над девушкой, принялся осыпать поцелуями её лицо, шею, ключицы. Моя ладонь сжимала небольшую упругую грудь, а губы настойчиво двигались ниже. В какой-то момент они обхватили возбуждённый сосок, и я стал играть с ним языком.
Дина тихо простонала и погрузила пальцы в мои волосы. Оставив в покое её грудь, я опустился ещё ниже. Поиграл с ямкой пупка и начал водить кончиком носа по линии живота над резинкой трусиков. Потом резко опустился и прижался губами к их мягкой ластовице.
Мои большие пальцы подцепили с боков тонкую ткань и не спеша потянули её на себя. Кончик моего носа уткнулся в ложбинку на увлажнившейся ткани и, вдавливая её глубже, прошёлся снизу вверх. Трусики сползли на сведённые вместе бёдра, и моему взору открылись сомкнутые половые губки. Идеально гладкие, без единого волоска!
Не имея сил отказать себе в удовольствии, я лизнул их. Затем сделал это ещё раз. Динка вздрогнула, снова простонала, и сама стала торопливо избавляться от нижнего белья. Я помог ей, и она опустила свои ноги. С улыбкой взглянув на её лицо, я коснулся клитора кончиком языка. Девушка резко опустила свою голову на подушку, и из её груди вырвался новый, более громкий стон.
— Да! Умх… Скоро придёт Катя! Может, не?.. А-ах! — только и успела прошептать Дина, когда я начал настойчиво ласкать её языком.
Её руки надавили сильнее на мою голову, прижимая её к промежности. Я подключил к ласкам большой палец, и Динка выгнулась. Он кружил вокруг входа во влагалище, иногда погружаясь в него на одну фалангу. А язык ласкал бугорок клитора, играл с ним, скользил между складочек.
По ногам Дины прошла волна дрожи. Мои губы прижались к самому чувствительному месту, палец нырнул внутрь, и я почувствовал, как его сжало. Девушка вздрогнула всем телом и мелко затряслась от оргазма. И пока его волны не отпустили её, я продолжал двигать пальцем и нежно ласкать языком клитор.
Когда Динка, наконец, расслабилась, я вынул скользкий палец из влагалища и стал поглаживать им нежные половые губы, мокрые от слюны и естественной смазки. Лёжа с закрытыми глазами, Дина часто дышала ртом и улыбалась.