Америка. Исчадие рая — страница 46 из 65

едних, в том числе право голоса, устраивая террористические акты, убийства чернокожих, а также белых, защищающих их интересы. В начале 1870-х годов Конгресс США принял ряд постановлений, в результате чего куклуксклановцев стали активно преследовать по федеральному закону, что помогло свести действие клана почти на нет. В свою очередь, сам клан стал трансформироваться в настоящую организацию по типу масонской ложи, со своей иерархией, членством и внутренним уставом. В 1920—1930-е годы около пятнадцати процентов белого мужского населения, достигшего совершеннолетия, то есть четыре-пять миллионов американцев, были членами клана. Спектр его целей расширялся, он стал бороться не только с чернокожими, но и с американскими католиками, либералами и иммигрантами.

В годы «сухого закона» в США клан активно боролся за его выполнение и даже сильное ужесточение. Клан начал проникать в другие страны, в первую очередь в Канаду. В 1950-е годы ку-клус-клан активно противостоял развитию гражданского общества среди афро-американцев и других этнических и религиозных меньшинств. Специалисты полагают, что сейчас в Америке имеется более трех тысяч членов клана. За годы жизни в США я ни разу не сталкивался с какими-либо проявлениями их деятельности, однако в моей коллекции есть несколько металлических круглых значков членов ку-клукс-клана начала XX века, купленных мною на одном из антикварных аукционов под Вашингтоном, и несколько постеров правоохранительных органов США, обещающих награду за поимку ряда лидеров этой организации. Такие предметы можно время от времени встретить на распродажах исторических реликвий. В моей коллекции они соседствуют с нацистскими артефактами.

Армия США в течение длительного времени была сильным источником расовой вражды и дискриминации. Большую часть ее истории черные и белые военнослужащие были разделены по разным подразделениям. Существовала система сегрегации. Белые подразделения не только имели большие преимущества, но и командование относилось к ним с особой осторожностью. В результате и в Первую, и во Вторую мировую войну подразделения чернокожих военнослужащих несли гораздо большие потери. Для офицеров-афроамериканцев существовал неофициальный потолок карьерного роста, поэтому Бенджамин Дэвис стал первым чернокожим бригадным генералом армии США только в 1940 году. Интересно, что его сын Бенджамин Дэвис-младший тоже стал первым чернокожим генералом, но в ВВС Америки. В составе армии США во Второй мировой войне участвовали 125 тыс. чернокожих военнослужащих, многие погибли. Но даже после победы над нацизмом отношение к чернокожим ветеранам войны в Америке было далеким от равноправия. Проявления расизма носили вполне официальный характер. В моей коллекции американского антиквариата есть немало свидетельств того времени — от знаменитых табличек наподобие «Вода — только для белых» и «Вода для черных» до автобусных надписей «Только для белых» и «Места для цветных — на задних рядах».

Начало коренным переменам в армии положил президент Гарри Трумэн, который сам никогда особо не отличался расовой толерантностью. В один день его представления о расизме были полностью перевернуты. В сентябре 1946 года Трумэн встретился в Белом доме с представителями черной общественности, и гости рассказали ему о случаях расовых преступлений в течение последних месяцев. Все они были ужасны, но один особенно потряс президента. Черный ветеран войны Исаак Вудард, одетый к тому же в свою военную форму с наградами на груди, был ссажен с автобуса в городке Бейтсберг, штат Южная Каролина, и местный белый полицейский выбил ему оба глаза своей дубинкой. Как вспоминают свидетели, было ясно видно, что президент, который с безграничным уважением относился к армии и военной форме, был шокирован. Его пробирала дрожь возмущения, на глазах выступили слезы. «Мой Бог! — воскликнул он. — Я и не представлял, что такие ужасные вещи все еще происходят! Мы должны немедленно действовать!» Трумэн создал специальную комиссию по разбору расовых отношений, поставив во главе ее президента General Electric Чарльза Вильсона.

В феврале 1948 года Трумэн предложил Конгрессу программу по защите негритянского населения, куда вошли законы против суда Линча, восстановление деятельности Комитета по честному найму на работу, ликвидация дискриминации в транспорте, защита права голоса и т. д. Трумэн стал первым президентом, выступившим с речью в Гарлеме. В июле 1948 года он отменил сегрегацию в рядах военнослужащих — черные военные получали те же возможности продвижения по службе, что и белые. Военным законом запрещалось делать расистские высказывания — так были заложены основы политической корректности. Поразительно, но американцам удалось превратить свою армию из важнейшего источника расизма в стране в один из наиболее толерантных в этническом отношении институтов современной Америки. Сегодня это одна из самых этнически пестрых структур США, эффективная школа расовой совместимости.

Однако надо сказать, что расистские настроения, на мой взгляд, гораздо сильнее присутствуют в этнических диаспорах и районах недавних иммигрантов, которые только сталкиваются с реалиями Америки. Так, я смог заметить, что приезжие из Азии или Восточной Европы наиболее часто отрицательно относятся к чернокожим американцам. Я почти не встречал русских в Америке, которые бы не сказали какой-нибудь гадости про черных американцев, будь то студенты из России, иммигранты из района Брайтон-Бич или представители интеллигенции из Вашингтона. Даже некоторые работники российских официальных представительств в США частенько пользуются словом «негр», намеренно или неосознанно, возможно, даже не понимая, что в США использовать его неприлично. Я до сих пор не могу понять, является ли это следствием плохого знания ими страны и непонимания сути деликатных моментов ее истории и американской политкорректности, которую многие недавно переехавшие в США люди также воспринимают с заметной иронией и скепсисом? Или такое отношение есть зеркальный результат патриотического и межнационального воспитания в специфических условиях Советского Союза? Или, наконец, это отражение реалий современной России, когда уровень взаимной этнической толерантности меняется на глазах и не в лучшую сторону?

Страна, удобная для людей среднего достатка

Чтобы закончить с этим аспектом жизни новых российских и нероссийских иммигрантов в США или сотрудников здешних учреждений, приехавших из постсоветских стран, могу еще честно сказать, что многократно сталкивался с крайне критическими, а то и непорядочными замечаниями в адрес американцев в целом. Какие, мол, они тупые, толстые, малообразованные или примитивные, и вообще — чего можно от них ожидать? Причем чем меньше времени человек провел в США, тем более насмешливо он отзывается о жителях этой страны. И тому есть объяснение. Ведь все переезжают сюда не только со своим скарбом, но и со своими привычками, годами выработанными способами решения житейских проблем, логикой поведения в другой социальной среде. Америка даже многим из тех, кто сам очень хотел сюда приехать, поначалу кажется чужой, непонятной страной с людьми, которые все делают не так. Многие из приезжих сразу же пытаются переучить американцев на свой, как им кажется, наиболее рациональный и эффективный лад, а когда те не воспринимают «науку», начинают обвинять американцев в тупости.

Конечно, постепенно время все расставляет по местам. Чем дольше вновь прибывшие живут тут, чем лучше они понимают и узнают Америку, чем ближе и детальней с ней знакомятся, тем количество такого рода поверхностных и неглубоких впечатлений резко уменьшается. Постепенно приходит понимание рациональности устройства американской жизни и его удобства для людей. Это действительно очень комфортная для жизни страна, причем именно для подавляющего большинства, а не только для очень богатых индивидуумов. Тем как раз в США не очень удобно по сравнению с некоторыми другими странами — слишком много правовых и политических ограничений и житейских условностей, которые заставляют придерживать стремление демонстративно жить в соответствии с размерами своего капитала.

Как я уже сказал, Америка — страна, удобная для жизни именно среднего класса, то есть большинства. Тем, кто гораздо богаче или гораздо беднее среднего уровня, здесь не очень комфортно — не знаю, считать это плюсом или минусом Америки. Но понимание и осознание этих удобств и простоты приходит к недавним иммигрантам не сразу. Тем более, как я писал в своей предыдущей книге, главное для них — постараться максимально полно и быстро включиться в американскую систему жизнедеятельности, а это требует от приезжающих сюда некоторых усилий, времени, денежных расходов, не говоря уже о необходимости серьезной перестройки менталитета, о чем многие просто не думают заранее. Я не устаю повторять, что Америка — замечательное место для жизни, работы и воспитания детей, но это не эквивалент более богатой и благоустроенной России. Она совсем другая, и ее главные отличия от России лежат отнюдь не в материальной сфере. К этим отличиям надо быть готовым и не судить ни о чем свысока или наивно, не понимая еще реалий этой большой и своеобразно устроенной страны.

Справедливости ради надо сказать, что я часто вижу такое же отношение к России со стороны тех американцев, у кого не было времени или желания узнать ее поближе, получше и поглубже. Они легко делают выглядящие весьма глубокомысленно выводы, смотрят на россиян снисходительно, а то и пренебрежительно, не будучи способны понять и оценить даже сам масштаб российской истории и культуры. Об этом я тоже писал в предыдущей книге. Видимо, этот феномен носит взаимный характер: годы холодной войны создали иллюзию знания друг друга, но в реальности не принесли этого знания ни той, ни другой стороне. Будем надеяться, что и здесь все постепенно встанет на свои законные места, — другими словами, нужно еще историческое время и человеческие усилия. Конечно, у всех этот процесс протекает с разной скоростью. Мне, например, понадобилось пять или шесть лет на первоначальное знакомство с Америкой. Еще больше ушло на то, чтобы начать разбираться в хитросплетениях здешней жизни, культуры и менталитета. Хотя и сегодня, как я уже неоднократно писал, я постоянно открываю в Америке что-то новое для себя и не стесняюсь признать, что чег