– Ох уж эти бабы, – покачал головой Кристофер.
Мы с Киссаэлой переглянулись, а Макс наконец вернул способность здраво соображать.
– Вы кушайте, кушайте, – спохватился староста.
– Я так понимаю это ваша дочь? – Беря ложку в руки спросила Эла.
Пф… кто бы сомневался. А чего ж это Макс молчит? Или язык отсох от красоты такой?
– Верно. Люсинда, или просто Люська. И в кого она такая уродилась? Восемнадцатый год пошел. Начали с Квиткой, это жена моя, думать за кого ее замуж отдавать. Женихов много, сами ее видели, да и работница она хорошая, жена ее всему научила. В храм ходит исправно, молитвы читает, священнику каждый день исповедается. Решили принять предложение кузнеца нашего, – вот тут уже интересно. – У него сын на год старше, парень молодой, красивый, работящий, под стать нашей Люське. А она возьми, да и упрись «не выйду!», есть мол у меня возлюбленный с ним и буду. Думали кто-то путятишний, а оно… Тьху! Соседский парнишка Тимур, нашего священника сыночек. Так еще и Томми второй день как мертвяки с собой утащили.
Вот почему-то я ее понимала, тоже по принуждению замуж выходить не хотела. Мне ее аж жалко стало. Но ненадолго…
– А чем вам этот Тимур не понравился? – Спросила я.
– Дык, ведь ведьмак он! Черный. Темными делами занимается, – Кристофер перекрестился. – Не удивлюсь, если это он людей по ночам изводит.
Макс нахмурился.
– А с чего вы взяли, что он ведьмак? Видели, как он колдует?
Староста почесал затылок.
– Своими глазами не видел, – признался он. – А вот кума моя, Вольда, говорит, что видела, как он ночью в ворона обратился и улетел куда-то. На кладбище небось…
Я скривилась. Не люблю такие вот сплетни. Парень небось один раз с этой Вольдой не поздоровался, а она тут же стала гадости рассказывать. Староста меж тем продолжал.
– Да вы на него только посмотрите! Нет у нас в деревне никого такого темного. Все как один светлые. А он как дитя ночи черный. И мать его, упокой Самирья ее душу, светлой, доброй была, а отец его святейший человек. Вы в любой деревне по соседству спросите, все нашего священника знают и уважают. И за что ему такое наказание?
Ну с этими ребятами мы еще пообщаемся.
– Когда впервые начались нападения? – Макс сама серьезность.
– Да сегодня аккурат четвертая неделя пошла, – староста задумался. – А ведь точно! Как раз три недели как приходил к нам Тимур свататься! А я его взашей и выгнал. Вот тогда он от обиды людей губить и стал. Как пить дать он!
Не ну это уже ни в какие ворота, я хотела было ответить старосте, но меня перебила Эла.
– Давайте не будем делать поспешных выводов.
Дипломатичная наша.
– Как часто они приходят к вам? Вы пробовали как-то рассчитать их приход? – Снова начал разговор Макс.
– Да как их поймешь? Первую неделю приходили два раза. На следующей – через день. Потом затишье и опять понеслось. Походят два дня подряд, на три пропадут. Мужики то посты ставили. Как только они на горизонте появляются, они тревогу поднимают, и мы значится всей деревней встаем и назад возвращаем их, – рассказывал староста.
– А как быстро вы замечали пропажу людей?
– Ну обычно наутро. Пару раз сразу по приходу домой мужики не заставали кого-то из своих. Мы то, когда эти упыри идут всех баб и детей дома запираем. А сами то…
– То есть выходит, что к зомби пропавшие выходили сами? – Удивилась я.
– Ну…– староста почесал макушку. – Выходит значит, что так. Вот, кстати, жених то нашей Люськи давеча тоже пропал. Говорит жена кузнеца, что вышел вслед за отцом, мол на подмогу, да ток к нам он так и не пришел. Эх, жалко парня, хороший он у них.
Я недоверчиво уставилась на мужчину. Это что ж выходит, что наши пропавшие сами добровольно уходили на прикормку? Хотя прекрасно знают, что по деревне гуляют мертвяки? М-да, бесстрашные люди здесь живут, однако.
– Если я не ошибаюсь, то пропало семь человек и…
– Пять, – перебил эльфа мужичок.
– Сколько? Но у нас есть сведенья, что…
– Смольку, пивовара нашего, и Грынду, пьяницу местного, нашли то. Правда мертвыми. Схарчили мертвяки их.
Мы с эльфом переглянулись. А вот это уже интересно. Почему-то этих индивидуумов оставили, а остальных забрали с собой? Я вспомнила досье, что показывал нам кот. Всего там значилось девять пропавших. Три девчушки, четыре молодых парня и два взрослых мужика. Мужиков оставили на месте, а ребят забрали. Что в принципе не характерно для зомби. Видимо они действуют по указке нашего неизвестного некроманта и ему зачем-то понадобились молодые люди. То, что те двое несчастных просто попали не в то время и не в то место было очевидно.
Дальше пошел разговор, который честно говоря я слушала в пол уха, занятая своими мыслями. Количество пропавших наводило меня какую-то мысль, но она упорно у порхала от меня не желая зацепится и предстать перед моими очами во сей красе. Рррр… Бесит. А зомби как говорил староста, приходили со стороны границы, аккурат с леса выходили. Кладбища в лесу отродясь не было и откуда эти экземпляры взялись неизвестно. Приходят они всегда с той стороны в количестве от десяти штук. Никогда не приходят в одно и тоже время. А с их уходом оказывалось что кто-то из местных уже пропал и ни какие собаки никакие амулеты не могли помочь их найти.
В течении этого рассказа мы успели съесть все предложенные вкусности и теперь лениво слушали потерпевшего. По окончанию его тирады мы клятвенно уверили, что несомненно разберёмся с этим горем и распрощавшись уже было направились к выходу как вдруг со двора, послышался душераздирающий крик. Не сговариваясь все бросились на улицу.
Возле крыльца дома сидела на земле и плакала Квитка, уговаривая дочь одуматься. Сама же Люсинда стояла на краю крыши с представленным к груди ножом. История набирала обороты. Хотя более чем глупого способа самоубийства я и представить не могла.
Вышедший с дома староста бросился к жене, поднимая голову к дочери.
– Ты чего удумала, глупая? – Голос старосты сорвался на хрип. Он испугался за своего единственного ребенка.
– Вы не оставили мне выбора! Я не смогу жить без Тимура! – Закричала девушка.
Она немного сместилась в право, нога соскользнула, и девушка пошатнулась. Квитка закричала еще громко, а Кристофер закрыл глаза. Я приготовилась в любой момент бросить воздушную сетку, но девушка удержала равновесие.
– Не глупи, дочка. Спускайся! Не сошелся свет на твоем Тимуре. Еще другого полюбишь! – Этими словами Кристофер лишь ухудшил ситуацию.
– Нет! Мне больше никто не нужен! Лучше умереть, чем жить без него…
Кристофер хотел еще что-то сказать, но его заткнули.
– Люсинда, не делай этого. Меня зовут Киссаэла. Давай ты спустишься, и мы поговорим?
Провидица мило улыбнулась девушке.
– Мне не о чем с вами разговаривать!
Вот же упертая. Дура! Я хотела просто снять ее с крыши, но моя магия просто прошла сквозь тело девушки. Не поняла… я сделала еще одну попытку и тут что-то на ее шее вспыхнуло, присмотревшись углядела на шее смертницы медальон.
– Что у нее за амулет? Откуда у нее антимагический блокатор?
– Я не знаю, – совсем побелевший, одними губами прошептал Кристофер.
– Его ей подарил Тимур, – сквозь слезы проговорила Квитка.
Интересно… И откуда у деревенского простачка такая интересная вещица? Такой амулет стоит уйму денег и вряд ли у сына священника они есть.
– Я попробую подняться к ней, – шепотом обратился ко мне Макс.
– Только осторожно! Учти если она упадет, я не смогу ее поймать. У нее на шее блокатор.
Макс кивнул и тут же исчез из виду, обходя дом, с другой стороны.
– Эла, отвлеки ее, – прошептала я провидице, та в ответ кивнула.
– Люсинда, я не думаю, что твоя проблема не имеет решения. Спускайся и вместе поищем выход!
– Нет! У меня его нет!
Вот глупышка! За ее спиной уже маячил Макс, он потихоньку подкрадался сзади. Я уже было перевела дыхание, как вдруг крыша под ногами эльфа затрещала и Люсинда обернулась.
– Нет! Не подходите ко мне! – Заверещала она не своим голосом и надавила на нож, острее вошла в тело, платье стало темнеть от крови.
Квитка потеряла сознание. Как раз вовремя!
– Занесите жену в дом! – Гаркнула я на старосту.
Мужчина послушно взял женщину на руки и двинулся дом. Как раз в этот момент во двор вошли Амадей и Пульвитиара. Лекарь понял все без слов и скрылся следом за старостой.
– Люсинда, прекрати! Еще одно движение и нож войдет в сердце, – протянул руки к девушке Макс.
Не стой она на краю крыши он бы уже схватил ее, но одно неверное движение, и она полетит вниз.
– Не трогай меня!
Пульвитиара и я уже приготовились ловить это глупое создание, когда на сцене появился еще один герой.
Когда староста говорил, что Тимур черный как дитя ночи, я ему не поверила. При первой нашей встрече, когда он убегал отсюда, я его не разглядела, а сейчас он стоял перед моими очами во всей своей красе. Черные как вороное крыло волосы, темная загорелая кожа, черные бездонные глаза, жесткие скулы. Он был красив и в тоже время отталкивающий. Да в такого парня просто невозможно не влюбиться. Высокий с широкими плечами, атлетическим телосложением, он выражал уверенность и силу.
– Люсинда, нет!
– Тимур?
Девушка обернулась и оступившись начала падать вниз, против всех законов природы загоняя нож себе в грудь. Макс схватил ее за руку в последний момент. По двору пронесся полон боли и отчаяния крик. Тимур подлетел к любимой быстрее нас с ведьмой вдвое. Он протянул к ней руки и Макс отпустил ее, секунда и Люсинда очутилась в объятиях Тимура. Это все описывается долго, а на самом деле прошло всего пара секунд.
– Любимая, зачем ты это сделала? – Слезы бежали по щекам парня.
– Амадей! – Пульвитиара наклонилась к девушке ища пульс.
Лекарь тут же выскочил из дома, следом выбежал Кристофер.
– Она жива, – сделала отчет лекарю ведьма.
Амадей кивнул, молча взял из рук парня Люсинду и понес ее в дом. Кристофер прислонился лбом к дверному косяку и тихо плакал.