Правило это рекомендует также скромность в одежде. Одежда должна возбуждать наши ожидания и не слишком скоро удовлетворять их. Поэтому тело, руки и ноги должны быть прикрыты и только кое-где должны намеками сквозить через одежду.
Лицо же может оставаться открытым и тем не менее будет постоянно вызывать наш интерес без помощи маски либо вуали, потому что громадное многообразие сменяющихся обстоятельств заставляет наш глаз и сознание непрерывно наблюдать за бесчисленной сменой выражений, на которые лицо способно. Как скоро надоедает невыразительное лицо, даже если оно красиво! Тело же, не обладая этими преимуществами лица, скоро пресытило бы глаз и, будучи постоянно выставленным напоказ, оказывало бы не больше воздействия, чем мраморная статуя. Но когда оно искусно одето и задрапировано, глаз за каждой складкой видит то, что сам представляет себе. Так, рыболов – если мне позволено будет такое сравнение – предпочитает не видеть рыбу, которую ловит, до тех пор, пока она не будет окончательно поймана.
Рис. 21 табл. 1
Глава VIIО линиях
Следует вспомнить, что в предисловии читателю рекомендовалось считать поверхность предметов оболочкой, состоящей из большого количества тесно примыкающих друг к другу линий, что теперь и следует иметь в виду, для того чтобы лучше понять не только эту главу, но и все последующие главы о композиции.
Постоянное употребление линий при изображении предметов на бумаге как математиками, так и художниками создало установившееся представление, будто бы эти линии существуют и на самих предметах. Исходя из этой предпосылки, мы сначала скажем вообще, что прямая и округлая линии, в различных комбинациях и вариантах, могут ограничить и описать любой видимый предмет, и они производят, благодаря этому, такое бесконечное разнообразие форм, которое делает необходимым распределить эти линии и разбить их на определенные группы, оставив промежуточные формы и связи дальнейшим наблюдениям самого читателя.
Во-первых (рис. 23 табл. 1), существуют предметы, состоящие либо только из прямых линий, такие, как куб, либо только из округлых линий, как шар, либо из тех и других, как цилиндр, конус и т. д.
Рис. 23 табл. 1
Во-вторых (рис. 24 табл. 1), существуют такие предметы, которые состоят из прямых линий, округлых линий и из линий частично прямых, частично округлых, как, например, капители колонн, вазы и т. п.
В-третьих (рис. 25 табл. 1), предметы, состоящие из всех уже упомянутых линий с добавлением волнообразной линии, линии, которая в большей мере создает красоту, чем любая из упомянутых; ее можно обнаружить в цветах и других служащих украшением формах, почему мы и будем называть ее линией красоты.
В-четвертых (рис. 26 табл. 1), предметы, состоящие из всех упомянутых выше линий, к которым добавлена змеевидная линия, как, например, в человеческой фигуре, – линия, обладающая свойством придавать красоте наивысшее очарование. Заметьте, что наиболее изящные формы имеют наименьшее количество прямых линий.
Следует заметить, что прямые линии отличаются друг от друга только длиной и поэтому наименее декоративны.
Изогнутые линии, в связи с тем, что могут отличаться друг от друга степенью своей изогнутости, так же как и длиной, на этом основании приобретают декоративность.
Рис. 24 табл. 1
Рис. 25 табл. 1
Рис. 26 табл. 1
Соединение прямых и изогнутых линий, представляя собой сложные линии, многообразнее просто изогнутых линий и потому еще более декоративно.
Волнообразная линия, как линия красоты, еще более многообразна и состоит из двух изогнутых, противопоставленных линий, а потому становится еще красивее и приятнее; даже рука, изображая такую линию на бумаге, делает живое движение пером или карандашом.
И наконец, змеевидная линия, изгибаясь и извиваясь одновременно в разных направлениях, доставляет удовольствие глазу, заставляя его следить за бесконечностью своего многообразия, если мне позволено будет употребить такое выражение. Благодаря тому что эта линия имеет так много различных поворотов, о ней можно сказать (несмотря на то что это одна линия), что она несет в себе различное содержание. Поэтому все ее многообразие не может быть выражено на бумаге одной непрерывной линией без помощи нашего воображения либо без помощи какой-нибудь фигуры. Смотрите рисунок 26 таблицы 1, где этот тип соразмерной, извилистой линии, которая впоследствии будет называться точной змеевидной линией или линией привлекательности, представлен красивой проволокой, обвивающейся вокруг изящной многообразной фигуры конуса.
Глава VIIIИз каких частей и каким образом составляются изящные фигуры
До сих пор мы старались дать как можно более широкое представление о силе многообразия, показав, в частности, что линии, которые сами по себе наиболее многообразны, больше всего способствуют созданию красоты; теперь мы покажем, как можно соединять линии, чтобы создавать красивые фигуры или композиции.
Для того чтобы сделать это по возможности более ясным, мы приведем несколько наиболее простых и знакомых примеров и заставим их служить ключом нашему воображению. Я говорю, главным образом, о воображении, так как предлагаемый метод не всегда должен осуществляться на практике и применяться в каждом случае, потому что это едва ли возможно, а в некоторых случаях это попросту явилось бы нелепой потерей времени… Однако есть случаи, в которых необходимо тщательно следовать этому методу, как, например, в архитектуре.
Лично я глубоко убежден, как бы это ни казалось поразительным некоторым читателям, что, следуя этому способу компоновки, можно создать совершенно новый гармонический архитектурный ордер, что едва ли можно с уверенностью сделать без помощи этого метода. Я склонен верить этому потому еще, что при более внимательном рассмотрении четыре ордера древних [1], которые так прочно установились благодаря своей красоте и верным пропорциям, прекрасно согласуются со схемой, которую мы сейчас изложим.
Этот способ составления изящных форм может быть достигнут отбором многообразных линий по принципу их очертаний и размеров, а затем варьированием их положений по отношению друг к другу самыми различными путями, какие только можно выдумать. В то же самое время (если объектом нашей композиции является сплошная фигура) содержимое или пространство, которое будет заключено в эти линии, должно быть соответствующим образом продумано и сделано многообразным, насколько это возможно и уместно. Одним словом, можно сказать, что искусство хорошо компоновать – это искусство хорошо разнообразить. Нельзя ожидать, чтобы это положение сразу же было превосходно понято, однако я уверен, что оно станет достаточно ясным с помощью приводимых ниже примеров.
Рисунок 29 таблицы 1 представляет собой простую изящную форму колокола; эта оболочка, как мы можем назвать ее, состоит из волнообразных линий, ограничивающих или заключающих внутри себя многообразное пространство, отмеченное пунктиром. Здесь вы видите, что многообразие пространства внутри соответствует красоте его внешней формы, и если бы это пространство или содержимое было еще более разнообразно, внешняя форма его была бы еще более красивой.
Рис. 29 табл. 1
В качестве доказательства рассмотрите композицию из большего количества частей и путь, которым эти части могут быть скомпонованы при определенном способе варьирования их. Вот, например, посмотрим, как одна половина розетки подсвечника А (рис. 30 табл. 1) может быть сделана более многообразной, подобно его второй половине В. Вначале найдем удобную и соответствующую вышину подсвечника, как на рисунке 31 таблицы 1, затем определим требуемую величину розетки, как на рисунке 32, после чего, в целях придания ей лучшей формы, изменим каждое расстояние или длину деления, чтобы они отличались от длины розетки, а также сохраним различные расстояния между делениями, что и отмечено пунктиром на линии (а). Иными словами, отодвинем любые две точки, обозначающие расстояние, от любых двух ближайших точек, следя за тем, чтобы одно расстояние или одна часть всегда были больше всех других, и вы тотчас же убедитесь, что без этого условия многообразие не будет завершенным.
Подобным же образом начнем изменять расстояния по горизонтали (держась всегда в границах соответствия) – и по их положению, и по длине, так, как это сделано на противоположной стороне той же самой фигуры (в). Соединим все эти расстояния одной сплошной оболочкой, употребив несколько изогнутых и прямых линий, сохраняя в целях разнообразия их различную длину (с); применим их, как показано (d) в том же рисунке, и мы получим подсвечник (рис. 33 табл. 1). Если вы разделите подсвечник на еще большее количество частей, он окажется перегруженным, как на рисунке 34 таблицы 1, то есть форма его будет недостаточно отчетливой на близком расстоянии и потеряет свое многообразие на далеком. Первый же вариант глаз легко различит, даже находясь на значительном расстоянии от него.
Рис. 30 табл. 1
Рис. 31 табл. 1
Рис. 32 табл. 1
Простоту композиции или отчетливость частей всегда следует принимать во внимание, потому что, как уже было сказано, она является одной из составных частей красоты. Но то, что имею в виду я, говоря об отчетливости частей в данном случае, надо представлять себе более ясно, почему и следует пояснить это примером.
Если вы станете компоновать предмет с большим разнообразием частей, нужно сделать так, чтобы некоторые из этих частей заметно отличались от близлежащих и чтобы каждая из них казалась отдельной, хорошо сформированной величиной или частью, как это отмечено пунктиром в рисунке 35 таблицы 1 (части эти подобны тому, что в музыке называют пассажами, а в литературе – абзацами); благодаря этому не только целое, но даже каждая часть будет лучше восприниматься глазом. В этом случае мы избегнем путаницы, рассматривая предмет на близком расстоянии, а на далеком – части его будут казаться достаточно разнообразными, хотя число их и будет меньше. Фигура, изображенная на рисунке 36 таблицы 1, является повторением предыдущей, но она отнесена на такое далекое расстояние, что глаз не различает более мелких частей.