В целом значение влияния и участия черноморских моряков на развитие событий в 1918 году, как на Украине, так и на Северном Кавказе переоценить просто невозможно. Без учета огромного влияния на все происходившие тогда события революционных матросов просто невозможно правильно представлять логику развития Гражданской войны на Юге России.
Глава третья«Братва» в боях на юге России в 1919 году
В 1919 году, в связи с поражением Германии в мировой войне, на Юге России и, особенно, на Украине, по прежнему, имели место особо сильные проявления левого матросского экстремизма, Здесь действовали исторические причины для революционного бунтарства: традиции «казачьей вольности», связи южан с эмиграцией и другие, отмечаемые как советскими, так и российскими историками. Быстрая смена политических режимов, бывшая с начала 1917 года свыше 10 раз, затрудняла создание каких-либо административных структур, порождала недоверие к власти вообще. Ряд историков вообще склонен считать, что в новейшей европейской истории не было региона, пережившего такую безграничную анархию, как Украина в 1919 году.
В повстанческих отрядах Украины и в пограничной с ней полосе РСФСР (где отряды концентрировались по черниговско-киевскому и белгородско-харьковскому направлениям) матросы в 1919 году, по-прежнему, играли заметную роль. Это были, прежде всего, т. н. «таврические матросы», основу которых составляла сорокатысячная матросская масса Севастополя 1917 года (в Новороссийске после затопления кораблей матросов осталось лишь несколько тысяч). Кроме того, из-за революционной популярности матросов было немало желающих каким-то образом отметиться на флоте, чтобы иметь право считаться матросом и носить какой-то соответствующий атрибут формы одежды. Например, в своих мемуарах об истории своего повстанческого отряда, в котором матросы составляли в отдельные период до половины численности, М.И. Демченко пишет: «Близнецами прозвали у нас двух неразлучных друзей-матросов… Правда, на флоте они, говорят, служили всего месяца два, но моряцкие традиции строго соблюдали и один за другого стояли горой» В данном отряде, как и подобных ему, при преобладании матросов с анархистскими настроениями имелись матросы всех вышеуказанных политических окрасок. Среди ряда возникших в это время повстанческих «республик» были и – возглавляемые матросами: Дерманская (Деревенко и Галата), Летичивская (Романенко). Причем имелись бывшие матросы, начальники крупных петлюровских частей (Письменный)… Большое количество матросов концентрировалось на Харьковском направлении, нацеленном на южные порты. Демченко, например, отмечает, что гарнизон города Новый Оскол состоял «преимущественно из матросских отрядов, отступивших с Украины. Но немало матросов было и на – Киевском направлении. Причем, там преобладали отряды матросов Балтийского флота.
Есть еще одна причина распространения матросов в повстанческом движении Украины, на которую историки длительное время не обращали внимания. Для многих крестьян Украины (если не для большинства) включение в повстанческое движение было как бы «Украинским Октябрем», а Директория, призвавшая их на борьбу против власти П.П. Скоропадского – выглядела как бы «Украинским Керенским» (бесперспективность которого они знали). Авторитетами для них были ветераны революционного движения, то есть участники революционных событий 1917 года и борьбы с немцами в первые месяцы 1918 года. Но среди этих «ветеранов», как выше было рассмотрено, матросы были в первых рядах. Отсюда их авторитет и в повстанческом движении конца 1918 года. Отсюда и общее влияние распространённого среди «ветеранов» левачества на повстанчество».
С начала 1919 году большевики стали повсеместно уничтожать на Украине Советскую власть, где она не являлась полностью большевицкой. И одним из наиболее активных борцов за большевистскую диктатуру на Юге России стал изгнанный из партии большевиков бывший нарком по морским делам балтийский матрос П.Е. Дыбенко. В Екатеринославе он, например, арестовал более 50 активистов анархистов и левых эсеров, закрыл левоэсеровскую газету «Борьба» и запретил лекции анархистов.
Симон Петлюра – главный атаман войска и флота УНР
В своем верноподданническом порыве к большевикам, П.Е. Дыбенко переусердствовал, начав практиковать расстрелы инакомыслящих. Крестьянские сходы, местные советы, съезды революционных повстанцев выносили резолюции-протесты, осуждающие дыбенковские аресты и расстрелы «левых» революционеров. Но, опьяненный безнаказанностью, П.Е. Дыбенко ничего не слышал. В горячее время с февраля по март 1919 года ему все сходило с рук.
Реальные боевые действия «группы войск Дыбенко» в значительной мере укомплектованной матросами, начались с того, что отряд матроса И. Михайловского без боя занял станцию Лозовую, где начал потрошить германские эшелоны. Там же неожиданно появился со своим отрядом и батька Н.И. Махно, заключивший перед этим союз с Красной армией. Батька потребовал свою долю оружия у союзника. Михайловский уступил. Тем временем, основные силы войск Дыбенко после небольшого боя с петлюровцами заняли станцию Мерефа, где отбили у самостийников немецкие склады, забитые орудиями и боеприпасами. От Мерефы отряды П.Е. Дыбенко повернули на Зозовую и Павлоград, выбивая оттуда мелкие петлюровские отряды. Однако под Синельниково самостийщики дали упорный бой. Бездумно бросив на петлюровские пулеметы пехоту, Дыбенко понес большие потери. При этом в какой-то момент конница Петлюры опрокинула фронт красных и сам П.Е. Дыбенко едва не погиб под саблями гайдамаков.
Когда П.Е. Дыбенко наступал на Екатеринослав, махновские отряды серьезно помогли ему в овладении станцией Синельниково. Однако едва станция была занята, по приказу П.Е. Дыбенко, двадцать махновцев были немедленно расстреляно, якобы за «расхищение поездов». На самом деле, посланные батькой махновцы, пытались лишь забрать у матросов принадлежащие им по предварительной договоренности трофеи. Эти расстрелы привели к первому конфликту между Дыбенко и батькой. Однако отряды Махно в феврале 1919 года все же вошли в «группу войск Дыбенко» на правах отдельной, особой бригады с выборным командованием, черным флагом и анархистской идеологией.
Командир бронепоезда С.М. Лепетенко
Историк военно-морского флота М.А. Елизаров пишет: «Роль матросского фактора и матросский экстремизм на Юго-Востоке Украины в первой половине 1919 г. во многом был связан с деятельностью П.Е. Дыбенко. В этот период она там вновь приняла масштабный характер. Очевидно, причины нового взлета П.Е. Дыбенко заключались в том, что он больше других командиров Красной армии соответствовал симпатиям повстанцев: его революционное имя, украинская национальность, работа в севастопольском подполье в 1918 г., известная оппозиционность большевистскому руководству при наличии сильных связей с ним, в том числе личная дружба с В.А. Антоновым-Овсеенко, вновь назначенным командующим Украинским фронтом, наличие брата – командира одного из петлюровских повстанческих отрядов, перешедших на сторону Красной Армии и др. После взятия Харькова в начале января 1919 г. П.Е. Дыбенко стал командиром группы войск Екатеринославского направления, включившей прибывших с Волги несколько бронепоездов под командованием С.М. Лепетенко, укомплектованных морскими орудиями и матросами».
Вскоре на базе «Группы войск Дыбенко» и различных партизанских отрядов Северной Таврии была создана Заднепровская советская дивизия. Командиром дивизии был назначен матрос П.Е. Дыбенко. Дивизии были приданы два партизанских отряда атаманов Махно и Григорьева, реорганизованные в 1-ю и 3-ю бригады. Еще одна бригада (2-я) была полностью укомплектованная матросами, имевшими опыт «Железного потока» на Северном Кавказе. При этом все три бригады отличались самоуправством, склонностью к самообеспечению, самочинными реквизициями и прочими чертами «партизанщины».
Поначалу между Н.И. Махно и П.Е. Дыбенко возникло даже подобие дружбы. Что касается еще одного популярного тогда украинского атамана Н.А. Григорьева, то между ним и П.Е. Дыбенко отношения были более сложными. После взятия Мариуполя «отличились» прибывшие для подкрепления из-под Севастополя партизаны-тавричане, значительную часть которых составляли бывшие матросы.
Знаменитый матрос-махновец Ф. Щусь
В Мариуполе махновцы, между прочим, присвоили 2 млн. пудов угля (90 вагонов), предназначенного для Балтийского флота. Помимо этого при взятии Мариуполя произошел острый конфликт матросов приданного П.Е. Дыбенко махновцам бронепоезда «Спартак» с махновским атаманом матросом- анархистом Ф. Щусем, пытавшимся заставить матросов бронепоезда открыть огонь по французским кораблям, что грозило международным конфликтом и большими жертвами среди населения города. П.Е. Дыбенко и Н.И. Махно тогда оставили конфликт без развития.
Однако когда, стремясь доказать свою преданность большевикам, П.Е. Дыбенко начал истово исполнять решения VIII съезда РКП (б) по жестокой борьбе с «партизанщиной», его отношения с Махно и Григорьевым разладились. Комдив планировал арестовать и расстрелять Махно. Но тот начал общаться с Дыбенко исключительно по телеграфу. 24 марта П.Е. Дыбенко «удалось» ликвидировать «махновское восстание» на станции Пологи.
Махно публично обозвал Дыбенко «проклятым матросом» и заявил, что отныне ему не подчиняется. В результате П.Е. Дыбенко начал стремительно терять авторитет у повстанцев и матросов. В те дни в Гуляй Поле была популярна листовка. На ней были изображен маленький, плюгавый Дыбенко и огромный красавец Махно. От Дыбенко к Махно бежала толпа крошечных матросов и красноармейцев. Надпись на листовке, которую сочинил сам Н.И. Махно, гласила:
Большевику не веря,
Кричали все в одно:
«Не ври, как сивый мерин,
Мы все идем к Махно!»
Через полтора месяца после предложения П.Е. Дыбенко «разогнать махновщину», вождь Красной Армии Л.Д. Троцкий «дал добро», объявив батьку «вне закона». Части Дыбенко были брошены против махновцев. Но матросы и красноармейцы заявили, что не будут исполнять приказы Дыбенко, и при встрече с махновцами будут переходить под знамена батьки. Авторитет Махно в частях Красной Армии был в те дни чрезвычайно высок, а у Дыбенко, наоборот, низок. Вообще П.Е. Дыбенко часто прибегал к расстрелам, иногда расстреливая подчиненных за критические замечания в свой адрес.