Именно Днепровский лиман стал прибежищем большого количества скрывающихся от белых матросов-дезертиров.
В.Е. Павлов в книге «Марковцы в боях и походах за Россию», так описывает прятавшихся в плавнях повстанцев, среди которых львиную долю составляли, т. н. «таврические матросы»: «Плавни…имели наибольшую ширину, доходящую до 20 верст. Они были сплошь покрыты лесом и кустарником и изрезаны протоками. Кое-где на легких возвышенностях стояли хутора в 1–2 двора, к которым вели узенькие. Вьющиеся дорожки. Плавни – особое царство, уда никакая власть не могла проникнуть без риска и там укрепиться. В минувшие годы там скрывались махновцы, а в описываемое с время – противокоммунистические отряды Прачна, Володина, Хмары. В какой-то степени «союзники» русской армии. Численность отрядов – в несколько десятков человек увеличивалась уклоняющимися от мобилизации и дезертирами… Приходилось поражаться своеобразной, но крутой дисциплине партизан. В жутких зарослях плавней они чувствовали себя, как в родной стихии. Они будто не знали страха и все были головорезами…» Только в деревнях Старой и Новой Збурьевке чекистами было обнаружено около 500 скрывавшихся там от белой мобилизации матросов, которые сразу же единогласно изъявивших желание (а куда им было деваться!) служить у красных. В донесении о мобилизации «днепро-лиманских дезертиров» имеется приписка комиссара создаваемой в лимане небольшой Нижне- Днепровской флотилии, который сетовал, что матросы-дезертиры «мало подготовлены и с порядком революционных правил мало знакомы». Однако других кадров у красных просто не было. Соответственно, в такой ситуации, основной заботой начальников, воссоздававших Красный флот на Черном море, являлась насаждение дисциплины и единоначалия, а так же борьба с махновским влиянием на новое пополнение.
Особенностью комплектования флота явилась и необходимость привлечения на командные и штабные должности военно-морских специалистов из числа бывших офицеров. Все предшествующие попытки поставить на ходовые мостики вчерашних матросов и рыбаков заканчивались вполне предсказуемыми неудачами. Увы, но управление военным кораблем в бою, как и разработка морских операций, требовали специальных знаний и большого опыта, которые нельзя было подменить никакой, даже самой левой идеологией.
Именно отсутствием командных кадров объясняются все флотские неудачи красных на Черном море в начале 1920 года. А определенные успехи Азовской флотилии в тот же период, наоборот продемонстрировали значение доверия к принятым на службу командирам-военспецам. При этом отношение к бывшим флотским офицерам, перешедшим на сторону Советской власти, у большинства матросов в 1920 году изменилась. Это относилось в большей степени к балтийцам, которые, осознавая ответственность за успехи флота на юге России и вообще за Советскую власть, склонны были принимать сторону военспецов, а не анархиствующих коллег-черноморцев.
Можно сказать, что в 1920 году на Черном и Азовском морях главенствующая ранее матросская классовая и революционная солидарность, в определенной мере, уступила солидарности общеморской. Кстати, историки отмечают, что этот же процесс происходил в тоже время и на белом флоте, где, при наличии серьезных социальных различий между командным и личным составом, для достижения единства действий тоже шел процесс укрепления общей морской «почвы».
В определенной мере морскую солидарность укрепляли и накопившиеся претензии сухопутного командования Красной Армии к революционному самоуправству матросов. При этом, красные командиры, имея за спиной опыт только сухопутных боев, смотрели на флот, лишь как на вспомогательное средство для решения частных задач на приморском театре военных действий, и не более того.
Все это порождало противоречия между армией и флотом, последствием чего стал неизбежный в таких условиях сепаратизм Красного флота по отношению к Красной армии и, как следствие этого, серьезные отрицательные последствия для общей боевой деятельности. Так, в течение марта-июня 1920 года на Черноморском театре вообще не существовало единых военно- морских красных сил. На крохотном Азовском море действовали сразу две независимые флотилии – Азовская и Доно-Азовская, подчиненные штабам Юго-Западного и Кавказского фронтов. При этом командующий Кавказским фронтом допускал «партизанские» захваты судов «чужой флотилии», заходящих в северокавказские порты. Казалось бы, совершенно очевидный вопрос объединения двух Азовских флотилий, был решен только в июне 1920 года, после того как действительно припекло – войска П.П. Врангеля прорвались из Крыма в Таврию.
В 1920 году Красный флот столкнулся с еще одной серьезной проблемой. Из- за длительного подавления Советской властью левой матросской оппозиционности, к концу Гражданской войны отстаивать морские интересы в Москве стало практически некому. Авторитетные матросские лидеры эпохи Октября 1917 года к этому времени, в подавляющем большинстве, уже исчезли с руководящих постов. Тогдашний начальник морских сил А.В. Немитц (бывший командующим Черноморским флотом) авторитетом у большевистского руководства не пользовался. Что касается, крутившегося во властных структурах Ф.Ф. Раскольников, то он, набив шишек в «лоббировании» матросских интересов перед Центром, старался в этот период держаться от таких дел подальше и видел себя в исключительно роли командующего Каспийской флотилией, стремясь восстановить свой ранее утраченный военно-морской авторитет. При этом, добившись определенного успеха в захвате кораблей белой флотилии в персидском порту Энзели, Ф.Ф. Раскольников, будучи идейным троцкистом, увлекся авантюрой экспорта революции в Персию. В силу этих и ряда других причин, красные военно- морские силы на Черноморско-Азовском театре оказались предоставлены самим себе, действуя в такой ситуации исключительно в своих местных интересах.
Весной 1920 года советское командование принимает меры по ликвидации Крымского фронта. 13 апреля Перекопская группа 13-й армии предприняла наступление на южную и юго-восточную окраины Перекопа, пытаясь прорваться за Турецкий вал. Однако оно потерпело неудачу. В свою очередь врангелевцы 14 апреля предприняли контрнаступление, но также неудачно. Советские войска пытались вновь наступать, но опять безуспешно.
Отразив наступление советских войск, противник, в целях укрепления своих позиций в Крыму, 14–16 апреля, в свою очередь, провел десантные операции у села Кирилловки Алексеевским пехотным полком и в районе порта Хорлы Дроздовской пехотной дивизией. Десанты поддерживались авиацией, которая проводила воздушною разведку и кораблями, ведущими обстрел побережья. Однако оба десанта, понеся значительные потерн, особенно Алексеевский полк, вынуждены были отойти на Перекопский перешеек.
Это вызвало необходимость организации действующих отрядов кораблей на южных морях и флотилий на реках, которые получили название Морских сил Юго-Западного фронта. Командующим ими был назначен бывший главный комиссар Балтийского флота, командир Нижнегородского военного порта П.Ф. Измайлов. Вместе с ним «на усиление» прибыло 200 матросов- балтийцев.
В конце апреля в пределы Украины вторглась 150-тысячная белопольская армия, захватившая Киев. На создавшийся польский фронт было переброшено большое количества соединений РККА, в том числе и с врангелевского фронта.
Участившееся появление кораблей врангелевского флота в Азовском море вызвало реорганизацию морских сил Юго-Западного фронта. В конце мая морские силы Юго-Западного фронта были реорганизованы в Морские силы Черного и Азовского морей и переподчинены командующему Морскими Силами республики, а командованию Юго-Западного фронта подчинялись только в оперативном плане.
Командующим был назначен бывший начальник штаба Балтийского флота А.М. Домбровский, комиссаром – член Реввоенсовбалта А.В. Баранов, матроса-балтийца Н.Ф. Измайлова перевели на почетную, но второстепенную должность главного командира портов Черного и Азовского морей.
Наибольшую активность в боевых действиях проявила в 1920 году Азовская флотилия, которая провела с переменным успехом несколько боев с белой Азовской флотилией.
В начале нюня врангелевские войска начали наступление в Северной Таврии, захватив Мелитополь. Одновременно в тыл Красной армии был высажен корпус генерала Я.А. Слащева. Наступление Врангеля на север ставило под серьезную угрозу Донбасс и весь тыл войск Юго-Западного фронта.
С началом наступления вражеских войск в Северную Таврию советским командованием была создана Усть-Днепровская военная флотилия, которая вела активную борьбу с переправами белых, перевозила сухопутные войска, высаживала десанты, поддерживала свои части корабельной артиллерией. После высадки 6 июня в районе Кирилловка-Молочное озера слащовского десанта, корабли врангелевской флотилии стали появляться у северно- западных берегов Азовского моря, высадив несколько тактических десантов В связи с отсутствием десантных сил у красных на Азовском море, по приказу Л.Д. Троцкого была сформирована Морскую экспедиционная дивизия, на боевых действиях которой мы остановимся ниже. 14 августа белые в районе порта Ахтари высадили крупный десант генерал- лейтенант С.Г. Улагай, который предпринял наступление на Екатеринодар. Почти одновременно в районах Анапы и Новороссийска были высажены отвлекающие десанты под командованием генералов А.Н. Черепова и П.Г.
Харламова. Общее количество неприятельских войск, высаженных на побережья Азовского и Черного морен, составило около 12,5 тысячи человек. 19 августа десант Улагая захватил плацдарм в 90 километров по фронту и 80 километров в глубину. В захваченном районе врангелевцы развернули мобилизацию кубанского казачества, но его основная часть отказалась вступать в белую армию. Темп наступления замедлился. Для оказания помощи противостоящей Улагаю 9-й армии, была организована высадка контрдесанта в тыл войскам Улагая.
24 августа этот десант был высажен южнее станицы Камышеватской, В десанте приняли участие матросов специально сформированной Морской экспедиционной дивизии. Боясь окружения, Улагай стал отступать в сторону Ачуева. Вспомогательную роль сыграл и удачный речной десант Е.И. Ковтюха и бывшего чапаевского комиссара Д.А. Фурманова, который неожиданно ударил по отступающим казакам в районе станицы Ново-Нижнестеблиевской. После ликвидации врангелевских десантов на Кубани Азовская флотилия получила задачу поддержать огнем фланг сухопутных войск у северо- западного побережья Азовского моря, вести борьбу с кораблями противника, обстреливавшими наши войска и береговые населенные пункты. 15 сентября произошел наиболее известное боевое столкновение красных и белых на Азовском море у косы Обиточной. В ходе артиллерийского боя отряд белых потерпел поражение и, потеряв канонерскую лодку «Салгир» был вынужден отступить. После поражения белые усилить свою Азовскую флотилию эсминцами типа «Новик», вновь захватив господство на море.