К пониманию того, что именно представители флота должны составлять костяк команд бронепоездов, одновременно пришли и красные, и белые. Но если у красных, и командный состав, и сами команды комплектовались в основном матросами, то у белых – флотскими офицерами.
Так, в армии Юденича бронепоезд «Адмирал Колчак», которым командовал капитан 1 ранга Н.А.Олюнин, полностью был укомплектован морскими офицеров. Вооружение его составляли корабельные орудия. В июле 1919 года у населенного пункта Копорье произошла артиллерийская дуэль двух бронепоездов – красного № 44 «Имени Володарского», укомплектованного матросами и «Генерала Корнилова» армии Юденича, укомплектованного морскими офицерами. Оба бронепоезда получили повреждения, но сумели благополучно вернуться на свои базы.
Точного количества бронепоездов, участвовавших в Гражданской войне со стороны красных, неизвестно. В рукописном «Списке броневых поездов Красной Армии 1918–1922 г. По фондам ЦГАКА» указано 558 названий. Но этот список не полный. Так в него не вошли бронепоезда Заднепровской дивизии бронепоездов, часть бронепоездов Украинского фронта первой половины 1919 года, а так же многие бронепоезда, погибшие в 1918 году, и не успевшие пройти регистрацию. Отсутствуют в списке и бронепоезда, которые находились в распоряжении губвоенкомов.
Но и цифра 558 говорит о массовости использования бронепоездов, а, следовательно, и о массовости участия в боях на них революционных матросов.
Задач, которые должны были решать бронепоезда, было немало: прорыв фронта противника, поддержка наступления своей пехоты и кавалерии, преследование отступающего противника, захват и удержание тактически важных пунктов до подхода своих войск, борьба с неприятельскими бронепоездами, разведка, рейдирование, прикрытие отхода своих частей. Многообразие задач, стоявших перед бронированными поездами, потребовало создания оптимальной конструкции бронепоезда. Ведь в первый период гражданской войны бронепоезда строились, как правило, без каких-либо чертежей, буквально в течение нескольких суток из имевшихся под рукой материалов. На товарных вагонах, угольных пульманах и платформах в железнодорожных мастерских и депо сооружались блиндажи из шпал, бревен, досок, рельсов, мешков с песком или металлической стружкой, кусков железа и тому подобных средств.
Что представлял собой типичный бронепоезд? Как правило, он состоял из боевой части и базы. Боевая часть – обычно две бронеплощадки, выводимые в бой, будучи помещенными между бронепаровозом. На обращенном к противнику тендере паровоза оборудовалась рубка – бронированный «капитанский мостик», оснащенный приборами наблюдения и связи. Впереди и позади бронеплощадок − 2–4 платформы прикрытия, которые одновременно служили для предотвращения подрыва (их потому еще контрольными называли) и для перевозки табельных ремонтно-восстановительных средств: шпал, рельсов и пр. Вооружение бронеплощадки − 1–2 орудия, 4–8 пулеметов, установленных по бортам и во вращающихся башнях. Встречались бронеобъекты, состоящие из 5–6 площадок с 76-, 107-, и даже 152миллиметровыми орудиями. В массовом составе на бронепоезда ставили морские 75-мм пушки Канэ. На тяжелых бронепоездах калибр морских орудий был больше. Для 6-дюймовых корабельных орудий использовались обычные металлические 4-осные полувагоны. При этом у белых был дивизион броненосцев, вооруженный даже 8-дюймовыми корабельными орудиями, впоследствии захваченный красными в Новороссийске. Строившиеся в приморских городах бронепоезда, как правило, имели на вооружении крупнокалиберные морские орудия. Так красный бронепоезд «Память Иванова», построенный в 1919 году в Севастополе, был оснащен 120-мм пушкой с броненосца «Три святителя», 100-мм морским орудием, 57-мм французской митральезой и 17-ю станковыми пулеметами. По калибру орудий бронепоезда соответственно подразделялись на легкие и тяжелые.
Внешняя связь между частями дивизиона поддерживалась при помощи телеграфа, телефона (если он имелся), семафора, сигнальных фонарей или флажков, посыльных. Часто применялась (но не на фронте) связь гудком паровоза азбукой Морзе (которой так же лучше всех владели матросы- связисты). Связь внутри бронепоезда осуществлялась по рупору, телефону или звонками. От рубки командира до наблюдательных постов и командиров орудий на бронеплощадках тянулись рупорные рукава с раструбами на конце. По ней предавались короткие команды: «Вперед», «Назад», «Стой», «Огонь», «Прицел», и т. п., а индивидуальные телефонные аппараты связывались бронированным кабелем.
Перед боем все элементы боевой части жестко соединялись, что позволяло бронепоезду преодолевать незначительные повреждения железнодорожной колеи. База – ближайший возимый тыл бронепоезда − паровоз с 10–15 вагонами (пассажирскими и товарными), приспособленными под жилье команды, хозяйственные нужды и арсеналы. В предвидении схватки и во время огневого контакта с противником база следовала за боевой частью вне досягаемости вражеской артиллерии.
Основные достоинства броненосца на колесах – огневая мощь, способность к быстрым по тому времени (до 40–50 километров в час) переброскам на значительные расстояния и неуязвимость. Стальные, иногда с бетонной заливкой, стены защищали экипаж от ружейного и пулеметного огня, осколков. Наконец, на стороне бронепоезда была внезапность, вызывающая, как правило, панику у противника…
Разумеется, что во время Гражданской войны и, в особенности, к ее концу, подвижной состав был изношен, на многих станциях не хватало воды и топлива. Для топки паровозов приходилось разбирать на станциях деревянные строения второстепенного значения, а на Астраханской линии паровозы отапливались… сельдью и воблой. Машинисты говорили, что «рыбий жир» хорошо держит пар.
При известной защищенности бронепоезда не были самыми безопасными кочующими участками фронта. Имея довольно солидные размеры, бронепоезд представлял из себя хорошую мишень для вражеской артиллерии. К тому же броня, как уже отмечалось, защищала только от пуль и осколков. Усилить же броню не позволяла ограниченная прочность железнодорожных путей, не выдерживавших возросшую массу бронепоездов. Даже если экипаж возвращался из боя без единой царапины, он, как правило, нуждался в медицинской помощи. От динамических ударов снарядов по броневому корпусу у личного состава открывались кровотечения из ушей и носа… Вот типичная картина боя бронепоезда со слов матроса А.В. Полупанова: «В бронеплощадках кромешный ад: люди задыхаются от пороховых газов и жары, двое пулеметчиков потеряли сознание. Накалились стволы, кипит в кожухах вода, в отводных трубках сухая горячая резина. Воды нет! В это время раздается тревожный звонок машиниста: вода в тендере кончается. Что делать? Бронепоезд подходит вплотную к реке.
– Вторые номера и резерв, на вылазку за водой!
Не с гранатами и винтовками, а с ведрами, котелками и чайниками под свист пуль прыгают матросы вниз. Кубарем катятся с насыпи под мост, к реке. Многие рады – хотя риск большой, но можно глотнуть свежего воздуха, окунуть голову в холодный поток, напиться студеной воды. В беспорядке снуют матросы вверх и вниз, двое уже ранены.
– Ложись в цепь! – раздается команда. – Ведра передавать по рукам!
И от бронепоезда к воде и обратно пошли по рукам ведра, котелки, чайники. Вниз – пустые, вверх – наполненные. Есть вода! «Водоносы» сменили изнемогающих от жары и усталости бойцов. С новой силой разгорелось сражение».
…Заправка топливом, водой, пополнение боекомплекта, смена боевых расчетов, выгрузка раненых, локомотивной бригады – и снова в бой. Обычно смена проводилась ночью, чтобы утром сухопутный броненосец оказывался на огневой позиции, где была прервана дуэль с неприятелем. Таков был ритм жизни команды бронепоезда.
В годы войны у членов команд бронепоездов возникла даже собственная своеобразная мода – большинство бронепоездников старались обзавестись кожаными куртками и штанами, а если повезет, то и такими же картузами на голову. Кожаная униформа пользовалась огромной популярностью, как у красных, так и у белых. О причинах такой любви к коже Л.Д. Троцкий писал так: «Все носили кожаное обмундирование, которое придает тяжеловесную внушительность… Каждый раз появление кожаной сотни в опасном месте производило неотразимое действие». Команды бронепоездов, затянутые в кожу, и состоявшие в основном, из матросов, не веривших ни в Бога, ни в черта, отличались отсутствием каких-либо моральных устоев, кроме фанатической убежденности в коммунистических идеях.
Член команды бронепоезда должен был удовлетворять следующим требованиям: крепкое сложение при небольшом росте, хорошо развитую мышечную систему, нормальный слух, отличное зрение, крепкие нервы и твердость характера. Столь высокие требования определялись спецификой службы на бронепоездах: страшная жара летом и холод зимой внутри закрытых бронеплощадок, паровозный дым, отработанные пороховые газы, грохот от ведущих огонь пушек и пулеметов и от попадающих в броневой корпус снарядов, осколков и пуль. Плохое освещение, грохот, заглушающий команды командира, теснота, стоны раненых бойцов и трупы убитых, кровавые лужи, от которых нельзя было избавиться до конца боя. Такое мог выдержать далеко не каждый. Но, как оказалось, что и в данном случае лучше всех адаптированы именно к такому бою были именно матросы, т. к. именно такой ситуации в бою они были психологически готовы еще по службе на флоте.
Бронепоезда использовались не только на фронтах. Самое активное участие принимали матросские бронепоезда при подавлении вооруженного сопротивления Советской власти в тылу РККА. Так, в Гомеле 29 марта 1918 года 12-й Морской бронепоезд имени Л.Д.Троцкого принял участие в ликвидации мятежа Стрекопытова. При его поддержке советские части выбили восставших из города, а затем преследовали их эшелоны. Артиллерийским огнём несколько эшелонов было разбито.
Подводя итог вышесказанному, именно броненосцы оказались идеальным местом для использования весьма специфичного боевого потенциала матросов, ну, а броненосцы, в свою очередь, стали настоящей «палочкой- выручалочкой» для матросов, стремившихся и на сухопутье сохранять свои флотские традиции и привычки, применять имеемые навыки и военные знания.