Ему было скучно! Старик украл маленького мальчика, чтобы избавиться от скуки! Касси никогда еще не приходилось слышать ничего подобного.
— А где он сейчас? — спросила она.
— Умер.
— Это вы?..
— Нет, — ответил Ангел и пояснил: — Его называли Старым Медведем, потому что он каждый год продавал в поселке одну или две медвежьи шкуры. Ему нравилось мериться силами с медведями. Но годы взяли свое, и в последней схватке победителем вышел медведь.
— И вы ушли оттуда?
— Сразу же, как только похоронил его, — ответил Ангел. — Тогда мне было четырнадцать или пятнадцать лет.
— Вы вернулись в Сент-Луис, чтобы разыскать своих родителей?
— Первым же делом. Но там никто ничего не помнил о маленьком мальчике, которого похитили много лет назад. Конечно, Сент-Луис не был моим родным городом. Я помню, что мы приехали туда на поезде, и вскоре после этого меня украл Старый Медведь.
— Но вы ничего не сказали о своем отце.
— Я его совсем не помню. Был человек, который называл себя моим отцом, но я его видел всего лишь раз или два. Не знаю, чем он зарабатывал на жизнь, но, очевидно, он постоянно находился в разъездах.
— Значит, вы так и не нашли своих родителей?
— Я не знал, где их искать. — Ангел сказал это таким безразличным тоном, как будто речь шла о каких-то пустяках.
Касси была поражена таким отношением.
— Чейз Саммерс тоже никогда не знал своего отца, — сказала Касси. — Но он знал, как его зовут, и когда он отправился искать его в Испанию, то без труда его там нашел. К тому же есть такие люди, которые специально занимаются поиском пропавших родственников. Они умеют отыскивать следы многолетней давности, о которых уже никто не помнит. Мы можем нанять такого человека, чтобы он помог разыскать ваших родителей.
— Мы?
Касси опять вспыхнула и, чтобы как-то скрыть смущение, взяла бутылку и налила в бокалы белого вина. Она заметила, что Ангел почти не пьет. Касси подумала, что надо было попросить Марию подать виски, если оно, конечно, найдется в доме, — отец Касси не употреблял спиртных напитков, — хотя еще неизвестно, на что способен пьяный Ангел.
— Наверное, мне никогда не удастся избавиться от привычки вмешиваться в чужую жизнь, — призналась Касси, надеясь, что Ангел не обратит внимания на ее румянец. Никогда еще она столько не краснела. — Простите, я ничего не могу с собой поделать. Мне всегда хочется помочь людям.
— Даже когда люди этого не хотят?
Он явно хотел, чтобы она сменила тему разговора, но Касси решила не сдаваться.
— Иногда людям надо немного помочь, чтобы они разобрались в своих желаниях.
Ангел промолчал, очевидно, соглашаясь с ее словами. Конечно же, он мечтал разыскать своих родителей. Его никто никогда не любил, и ждать подобных чувств он мог только от родителей. В его жизни никогда не было любви, и не только родительской. Когда Ангел видел, как Джесси и Чейз Саммерс нежно смотрят друг на друга, как стараются постоянно держаться вместе, ему тоже хотелось иметь близкого человека. Ангелу хотелось нежности и тепла, которых он никогда не имел или имел так давно, что уже и не помнил об этом. Но он уже давно утратил надежду, что его кто-нибудь сможет полюбить. Порядочных женщин отпугивала его репутация. А падшим женщинам он, наоборот, нравился, и они охотно делили с ним постель, опасаясь, правда, что он захочет чего-нибудь более серьезного, чем просто приятное времяпрепровождение.
Но почему эти мысли пришли ему в голову именно сейчас? Оттого, что рядом с ним находилась Кассандра Стюарт? Нет, дело не в ней, а в том, что она заставила его вспомнить о годах детства.
— Простите, — сказала Касси, и Ангел поднял на нее глаза. — Просто вы... вы так поразили меня своим рассказом. Я столько всего о вас слышала, но мне никогда и в голову не приходило, что у вас могло быть такое грустное детство.
До сих пор никому, кроме Кольта, Ангел не рассказывал про Старого Медведя. И сейчас он никак не мог понять, что заставило его рассказать об этом Касси. Может, потому, что она сидела перед ним такая аккуратная и чистенькая, вся такая правильная, что он поневоле чувствовал себя неловко. К тому же сейчас она казалась ему еще красивее, чем раньше. И Ангел не мог понять, откуда взялась эта красота, ведь она специально не прихорашивалась. И даже не переоделась к ужину. Впрочем, он впервые видел ее в платье, без шали или накидки, и его поразила стройная фигура, высокая полная грудь, тонкая талия. При свете свечей ее кожа казалась нежно-кремовой, а серые глаза своим цветом напоминали серебро. А ее роскошные губы... Ангел уже сбился со счета, сколько раз за сегодняшний вечер он останавливал взгляд на этих губах. Он уже знал, какими сладкими были эти губы, когда Касси одарила его поцелуем. И хотя этот поцелуй длился совсем недолго, Ангелу казалось, что он до сих пор ощущает его сладость. Зря он пытается себя обмануть. Ему просто хочется еще раз ощутить на губах этот вкус. А когда его взгляд упал ей на грудь, по реакции своего тела Ангел понял, что хочет большего, чем поцелуй.
Отведя глаза, Ангел взял бокал с вином и выпил его до дна. Когда он поставил его на стол, то заметил, что Касси смотрит на его шрам под подбородком. Он знал, что девушка уже давно обратила внимание на этот шрам, но не стала задавать никаких вопросов. Шрам проходил под подбородком, и увидеть его можно было лишь тогда, когда Ангел поднимал голову. Судя по тому, как Касси поспешно опустила глаза, она и сейчас не собиралась спрашивать про этот шрам. Ему это показалось странным, ведь только что она буквально засыпала его вопросами, даже очень личного характера. Возможно, ей больше не хотелось слышать о насилии. Эта излишняя чувствительность раздражала Ангела. Хотя нет, его раздражало то, что он хотел ее как женщину. Он хотел посадить ее себе на колени, крепко обнять, наслаждаясь близостью. Ангел решил сам рассказать ей о происхождении шрама.
— Один человек подкрался сзади и хотел перерезать мне горло. Но он немного не рассчитал свои силы.
Она посмотрела в его черные глаза.
— Он еще жив?
— Нет.
С этими словами Ангел положил на стол салфетку и резко встал. У него возникло желание поскорее уйти. От горящих свечей, от вина и от девушки, которой ему так захотелось обладать.
— Благодарю за ужин, мэм, но вряд ли стоит еще раз оказывать мне подобную честь. Откровенно говоря, я привык есть один.
Он тут же пожалел, что сказал последнюю фразу. На лице Касси сразу же появилось чувство сострадания, а Ангел не любил, когда его жалели. Резко повернувшись, он направился к двери, чтобы уйти от соблазна. Он не нуждался в утешениях. И ему никто не был нужен.
Глава 13
В ту ночь Касси никак не могла заснуть. Она беспокойно ворочалась с боку на бок, но сон к ней не шел. Наконец, не выдержав, Касси встала с постели и принялась ходить по комнате, надеясь, что так она устанет и сможет заснуть. Но и из этого ничего не вышло. Только ее возбуждение передалось пантере. Касси даже пришлось выставить свою любимицу за дверь. Лишь бы только Марабелль не разбудила Марию, спальня которой находилась на первом этаже.
Комната Касси располагалась в углу второго этажа, а одно из окон выходило на домик для работников. Всякий раз, когда она бросала туда взгляд, то видела, что там все еще горит свет. Ей стало интересно, почему это Ангел еще не спит? И хотя она не отличалась злорадностью, ей хотелось надеяться, что его тоже мучает бессонница. Ведь это по его милости она никак не может уснуть. Нет, это несправедливо. Она сама виновата, что заставила его рассказать о себе такие подробности, которых предпочла бы не знать. Ей было гораздо легче, когда она считала его просто Ангелом Смерти. А теперь он помимо того был еще и маленьким мальчиком, да плюс к тому еще и человеком, который привык есть в одиночестве.
Сколько раз за сегодняшний день у нее возникало желание обнять Ангела! И как хорошо, что она не поддалась своим чувствам, иначе сейчас не находила бы себе места от стыда. К тому же Ангел мог оттолкнуть ее. Он не принадлежал к числу тех мужчин, которые нуждаются в утешении.
Но это же глупо! Как ей могла прийти в голову мысль пожалеть такого человека, как Ангел, — профессионального стрелка, дуэлянта, безжалостного убийцу? Нет, она опять не права. Ведь он старался помочь людям. Ой обладал чувством справедливости. Хотя его действия не всегда вписывались в рамки закона, Касси чувствовала, что он поступал правильно. Кто она такая, чтобы осуждать его? Когда свет в домике для работников погас, Касси тоже легла в постель и, как ни странно, сразу же заснула. Но вскоре она снова проснулась, почувствовав, как чья-то рука закрыла ей рот. «Это Ангел», — с ужасом подумала она. — «Но почему он не постучал в дверь, а решил напугать ее своим внезапным вторжением?» Она никак не могла этого понять. В темноте Касси не видела его лица, потому что, ложась спать, она погасила керосиновую лампу. Наверное, он тоже не видел, что она лежит с широко открытыми глазами, и поэтому продолжал закрывать ей рот ладонью.
— Уже проснулась, маленькая леди?
Этот голос принадлежал совсем не Ангелу, а Рафферти Слейтеру! Касси оцепенела от ужаса.
— Кивни, если да.
Она даже не могла кивнуть, она вообще не могла пошевелиться от страха. Касси поклялась, что она больше никогда не позволит ему прикасаться к ней своими грязными лапами, но не могла же она спать с револьвером. Теперь она бессильна что-либо сделать...
Касси застонала, когда он просунул руку под одеяло и грубо сжал ей грудь.
— Вот так-то лучше, — сказал он и хрипло рассмеялся. — Не хочешь просыпаться? Или все еще не оклемалась после того, как я вспугнул стадо? Ничего, сейчас ты у меня живо проснешься!
Он опять расхохотался, и этот смех помог ей сбросить с себя оцепенение. Касси вырвалась, сбросила ногами одеяло и принялась размахивать руками. Ей удалось ударить его кулаком в лицо.
— Прекрати, — угрожающе прохрипел Слейтер.