Впрочем, вскоре ярость старого бойца нашла точку выхода. А именно — выплеснулась на противника. Десятки мощных заклинаний с возрастающей скоростью рванули в их сторону. Но, к сожалению — без особого успеха. Большая часть была либо отклонена, либо и вовсе рассеяна. И лишь нескольким удалось прорваться, нанеся незначительный урон.
Ответ последовал незамедлительно — в сторону старшего ударило два десятка белых Лучей Порядка.
— У них что там — рота архимагов что ли? — прохрипел один из смотрителей, удерживая щит лишь благодаря прямому подключению к главному накопителю острова.
Ответить ему не успели — в их сторону летело несколько крупных глыб. Попытка их отклонить ничего не дала — казалось, что на них не действует магия. Их приземление знаменовалось смертью двух молодых драконидов, которые понадеялись на свои щиты и не подумали даже сдвинуться с места.
— А вот это странно, — протянул старший гнездовья, рассматривая облитый кровью валун в нескольких метрах от него. Для существа его возраста не научиться понимать ход мыслей противника — это самый прямой путь в могилу. Это относиться и к наследникам Хаоса с их дикой, безумной логикой. А потому воин понимал, что что-то тут не то.
Правда, понять самому, что именно тут было не так — ему не дали самым наглым образом. А именно предсмертный вопль одного из сородичей подошедшего к каменной глыбе слишком близко. Умер он от прозаической с точки зрения военного положения вещи — был, насквозь проткнут выметнувшимся из недр скалы копьем. А вопль одного из бойцов 'Голем!' и вовсе расставил все на свои места.
Каменная глыба в считанные мгновения перетекла в человекоподобную фигуру и, отрастив длинные когти, начала рвать всех до кого умудрялась дотянуться.
Тварь оказалась на удивление устойчивой к заклинаниям Хаоса, и старшему гнездовья самому пришлось расправиться с ней.
Эта простая уловка удивительно хорошо отвлекла внимание обороняющихся. А потому, когда в ряды драконидов спикировала крылатая алая молния — то было уже слишком поздно что-либо предпринимать. Просто потому, что не было кому командовать.
Последнее что смог прохрипеть старший гнездовья перед тем как его разорвало надвое ударом могучих когтей нового противника, было:
— Шайлларисс… Все-таки не всех богов мы убили… А жаль…
— Ты уверена в этом? — мрачно спросил меня Андрей. — Все-таки так рисковать… К тому же ты все-таки правительница а не воин. А идти и сражаться в первых рядах — это попахивает махровым геройством и желанием погибнуть как можно скорее…
Я лишь раздраженно цыкнула на брата, при этом понимая его беспокойство и признавая его доводы.
Все-таки рано или поздно мы сможем захватить последние острова даже без моего участия… Но… наверное мне действительно хочется погеройствовать…
Но в то же время я являюсь сильнейшим магом нашей стороны. И к тому же не желаю лишних жертв среди своих подданных. А никем иными как подданными нанятые и служащие мне земляне и жители этого мира не являются.
Так что идти мне в первых рядах. И как по мне — это правильно. Ибо если вечно прятаться за спинами воинов, то рано, или поздно я окончательно уподоблюсь земным политикам. А это для меня хуже смерти. В таком случае лучше бы меня продали в рабство, превратив в покорную куклу для любовных утех еще в самом начале той безумной скачки, что началась с моей смертью…
— Начать ритуал, — приказываю ожидающим магам. Те коротко кивнув начали плести свои заклинания. Рядом тяжело, с нотками обреченности, вздохнул брат. После чего подойдя ко мне вплотную, сгреб в охапку и прижал к себе так, что казалось у меня сейчас ребра треснут.
— Что бы потом не случилось, знай — ты всегда будешь для меня одним из самых родных существ во всех мирах, — прошептал он мне на ухо.
— Я помирать не собираюсь, — мягко улыбаюсь ему. — Ну а что насчет того что я собираюсь сотворить… Мне кажется что меня не смогут подчинить. У меня уже не тот уровень чтобы просто так сдаться.
— Знаю и верю, — кивает Андрей. — Но и ты нас с матерью пойми… Второй раз терять тебя там где можно было избежать опасности… Это будет слишком тяжело.
— А потому я вернусь. И буду при этом сама собой, — осторожно выворачиваюсь из его медвежьей хватки и, взъерошив ему же волосы, говорю. — Ты лучше разберись в своих чувствах к Лили — мне все-таки хочется побывать на свадьбе. Если не на своей, то хотя бы на твоей.
— Ладно уж… Иди давай — уже все готово, — тяжелый вздох и парень делает пару шагов назад.
Медленно оборачиваюсь к брату спиной и неспешно шагаю в сторону магов собравшихся вокруг небольшого котлована, который прямо-таки выплавлен в земле. Об этом говорят стеклянные стены непонятного цвета. Над самим котлованом набирает силу общее плетение, цель которого одна — накопление энергии с последующей ее передачей одним импульсом оператору. В нашем случае — мне.
Спланировав на дно котлована, отзываю все вещи находящиеся на мне в пространственный карман, тем самым оказываясь полностью нагой. Сейчас это необходимо.
Маги с невидящими взорами замирают у самого обрыва. Сейчас мой внешний вид интересует их в последнюю очередь. Все внимание сосредоточено на удерживании в узде всей той Силы, что они слили воедино. А это ох как не мало — если бы она рванула, то в диаметре двадцати километров остался бы один лишь пепел. И воронка по центру в два кэмэ.
Вздыхаю полной грудью, будто перед погружением в ледяную воду. Киваю.
Все стоящие чуть в сторонке бочки одновременно взлетают в воздух и повисают под сферой из накопившейся маны, которая от концентрации стала уже видимой в простом спектре.
Поднимаю руку и формирую выпуклый щит над своей головой. Причем выпуклый в противоположную от меня сторону. Получается эдакая глубокая тарелка энергетического происхождения.
Слетают с бочек крышки и 'тарелку' заполняет алая, чуточку тягучая жидкость. Кровь. Кровь драконидов.
Расслабившись и слегка грустно усмехнувшись своим мыслям, опускаю руки, тем самым рассеивая собственное плетение. На меня обрушиваются тонны крови драконидов, потомков драконов Хаоса. Лишь благодаря магии я не начинаю метаться по котловану как чаинка в чашке с перемешивающей сахар ложкой.
А потом сверху ударяет столб энергии, слетаясь с кровью и проникая в меня.
Мое сознание меркнет, рассеивается в окружающем пространстве…
Полет… Какое приятное слово… Хотя нет — это скорей похоже на то, будто плывешь по течению… Убаюкивает.
Приятная нега во всем теле. Желание скрутиться клубочком и сладко уснуть. Да… Сон — он так прекрасен. Теплый и нежный. Ощущение будто спишь под сенью огромного дерева, а сквозь ветви тебя ласкают теплые лучи солнца.
А еще легкий ветерок, приятно треплющий волосы. И запах свежескошенной травы…
По телу пробегает волна счастья. Это прекрасно…
Ощущаю, как к играм с моими волосами помимо ветра присоединяется и чья-то рука…
— Лекс, дорогуша моя, — ласково зовут меня. Голос смутно знакомый. Звенящий и объемный. — Ну что ж ты делаешь, а? — пальцы цепко хватают мои волосы. — Ты что зараза такая удумала, а?! Решила отдаться Хаосу без остатка?! А ну марш просыпаться!! — гремит голос и все за те же многострадальные волосы вздергивают на ноги. По телу пробегает волна боли, а потом и ярости. — Так-то лучше, — удовлетворенно мурчит голос. Открываю глаза.
Передо мною стоит миледи Вода собственной персоной. Грозит мне пальчиком:
— Больше так не делай — ты ведь единственная моя игрушка на ближайшие тысячелетия… Но и помогать больше я не намерена. А потому ступай из мира снов — твои друзья тебя уже заждались.
Я просыпаюсь…
Открыв глаза обнаруживаю себя на дне все того же котлована. Правда, теперь здесь нет ни капли крови. Стенки казалось кто-то, чуть ли не вылизал дочиста. Даже запаха не осталось.
А еще котлован значительно уменьшился в размерах. Мне приходиться лежать в эмбриональной позе, чтобы в нем помещаться. Или…
Хм… Похоже это я выросла.
Как-то отстраненно рассматриваю кончик своего хвоста. Красивый хвост. Длинный. Гибкий. И с шипом на конце, чем-то похожим на рыболовный крючок. Такой же зазубриной, наверное. А еще мой хвост покрыт темно-красной чешуей. Она переливается всеми оттенками этого цвета. Красиво.
Мозги постепенно начинают более-менее соображать, и до меня доходит, что вообще-то хвоста-то раньше не было. Впрочем как и чешуи.
Делаю первые попытки пошевелиться. Это выходит на удивление легко.
Кое-как выбравшись из котлована, пытаюсь осмотреть себя, пока не соображаю создать теневое зеркало. Появившаяся передо мной зеркальная дымка отображает удивительное существо.
Длинное гибкое тело, с хвостом ему под стать. Четыре пары конечностей — три для земного передвижения и еще одна для полетов. Причем крылья помесь драконьих и стрекозиных. В смысле форма как у первых, а внешний вид как у вторых. Красивое зрелище. Завораживающее.
Нижние конечности, кстати, не меньшее произведение искусства. Если задние хоть и очень мощные, но все же вполне себе звериные, то вот средние и передние это что-то с чем-то… У них как бы два режима. Первый — такое себе копыто в прочной костяной броне. А во второй — вполне нормальные гуманоидные верхние конечности, только в костяных же перчатках и с внушительными такими коготками…
Причем если судить по некоторым ощущениям, то я вполне могу двигаться на четырех лапах, а верхние использовать как руки. Такой себе кентавр… Впрочем думаю на задних ходить тоже смогу. Но для этого будет нужна кое-какая практика. Что ж — не все и сразу…
Голова несмотря на мои ожидания при осмотре тела оказалась не драконья… Хотя даже не знаю как правильно назвать ЭТО… Скорей уж волчья с приделанными к ней рогами, которые служат больше для защиты чем для нападения. На это говорит то, насколько плотно они прилегают к голове, образуя некое подобие шлема. В пасти красивые такие острые зубки. Причем в два ряда. В прямом смысле.
Удивленно рассматриваю это чудо природы. Размеры нового тела тоже неслабые — около пятнадцати в длину и двадцати с расправленными крыльями — в ширину.