— Как любое правительственное агентство, мы должны составлять документацию и проводить определенные процедуры. Могу я увидеть Дарси? — Анджела внезапно заметила Элли в гостиной: — О, здравствуйте!
Элли сглотнула и почувствовала себя меньше ростом. Она выпрямилась и протянула руку:
— Здравствуйте. Меня зовут Эллисон Марчук.
— Элли помогает мне с Дарси, — объяснил Вьятт. Анджела кивнула, но Элли не успокоилась. Кем она ее сочла: другом, любовницей?
— Прямо сейчас Дарси спит, но я могу ее принести. Или пойдемте и взглянем на нее. Я уверена, она скоро проснется.
— Было бы прекрасно.
Элли повела работника социальной службы по коридору в спальню, в которой навела порядок и создала уютную атмосферу. Обе женщины посмотрели на девочку. Дарси спала в детском манеже, закрытая до подмышек розовым одеялом; обе ручки были подняты кверху.
На цыпочках они вышли из комнаты, и Анджела повернулась к Элли:
— Красивый ребенок.
Элли кивнула:
— И послушный. Ну, настолько послушная, насколько могут быть послушными младенцы. — Она улыбнулась. Анджела показалась ей союзницей.
Вьятт сидел за кухонным столом, пристально глядя на свои руки. Когда женщины вошли, он поднялся.
— Приступим? — Теперь Анджела Бек стала сама деловитость. Открыв портфель, она достала оттуда папку. — Сначала нам нужно проверить ваше заявление, мистер Блэк.
Увидев стопку документов, которые она выложила на стол, Вьятт посмотрел на Элли, и та почувствовала его неуверенность.
— Это действительно необходимо? В конце концов, девочка у меня пробудет недолго.
— Возможно, так, а возможно, иначе. Мы не знаем наверняка, когда ваша сестра сможет заботиться о Дарси и как долго вы пробудете временным опекуном. Для вас это проблема?
Выпрямив руки, Вьятт посмотрел на Анджелу в упор:
— Совсем нет. Дарси может оставаться здесь столько, сколько потребуется. Я их единственный родственник и считаю правильным, что Дарси остается со мной, пока Барбара нездорова.
— Тогда приступим.
Пока Вьятт и Анджела занимались делами, Элли подала им кофе, успела покормить Дарси, поменять ей подгузник и запустить посудомоечную машину. Наконец Анджела Бек сложила документы в стопку и отправила их в портфель.
— Отличный кофе. Почему бы вам не показать мне дом, мистер Блэк?
Элли положила Дарси в новые качели, а сама принялась мыть посуду. Вьятт показал Анджеле дом и кратко о нем рассказал.
— Когда я сюда въехал, я больше времени занимался стадом и ранчо, — объяснил он. — Но Дарси все изменила.
— То есть?
Они остановились в конце коридора, и рука Элли с чашкой замерла над раковиной. Она ждала его ответа.
— Когда появляется ребенок, меняются приоритеты, вы не согласны?
— Я согласна.
Элли осторожно поставила чашку в сушилку. Понимает ли Вьятт, насколько он уникальный человек? Он не старался пустить пыль в глаза работнику социальной службы, а отвечал искренне. Элли понимала, что он готов сделать все, даже пожертвовать личными целями, ради того, кого любит. Она редко встречала таких людей.
— А мисс Марчук? — Проницательный взгляд Анджелы Бек приковал ее к месту. — Как долго вы и Вьятт живете вместе?
Элли почувствовала, что от изумления теряет над собой контроль.
— Живем вместе, — повторила она с достаточно глупым видом, потом посмотрела на Вьятта, ожидая поддержки.
Анджела выгнула бровь:
— Согласно требованиям преемственности, если имеет место факт сожительства, оно должно быть прочным для блага ребенка. Минимальный срок сожительства составляет двенадцать месяцев.
— Мы не живем вместе, — ответила она.
Мисс Бек изумленно охнула, явно не веря услышанному.
— Эллисон работает няней, — вставил Вьятт, одарил Элли мрачным взглядом и слегка покачал головой до того, как Анджела повернулась и на него посмотрела.
— Няней в вашем доме?
— Конечно. Я должен заниматься ранчо, и мне нужна помощь. Элли согласилась стать временной помощницей. Это намного лучше, чем детский сад. Я не могу все время находиться дома и не могу брать с собой Дарси.
— Конечно.
— Таким образом, Дарси будет под присмотром одного человека. Разве плохо, что у ребенка появится ощущение стабильности? Я счел, что няня — лучшее решение.
— Мы определенно за стабильность в отношении ребенка, — ответила Анджела и жестом указала на стул, приглашая Элли присесть. — И мистер Блэк платит вам, мисс Марчук?
Элли сглотнула, но ей удалось казаться спокойной.
— Да, мы договорились по этому поводу.
— Мисс Марчук, как давно вы знаете мистера Блэка?
Элли не могла взглянуть на Вьятта. Если она на него взглянет, то Анджела решит, будто она ждет от него помощи. Элли сидела в конце стола на краю стула.
— Мы соседи. Я живу рядом с Вьяттом с тех пор, как он сюда переехал два месяца назад.
Анджела Бек присела напротив Элли, а Вьятт остался стоять в дверях.
— Вас не связывают романтические отношения?
— Нет, мы не встречаемся. — По меньшей мере, это была правда.
— А как вы оказались в этой местности?
Элли вздернула подбородок:
— В настоящее время я присматриваю за домом друзей моей семьи. Я лишилась работы в Калгари и получила предложение пожить у них до тех пор, пока не окончу курсы и не начну искать работу.
— Вы не замужем?
— Недавно развелась.
Она чувствовала на себе пристальный взгляд Вьятта, но отказывалась смотреть на него. Она знала, что, подняв глаза, покраснеет и выдаст себя. Она не лгала. Они не ходили на свидания. Но это не означало, что между ними нет симпатии.
— Дети?
Она сглотнула, выдержав пристальный взгляд Бек:
— Нет.
— Тогда почему вы решили, что подходите на эту работу?
И наконец Элли не выдержала и подняла глаза на Вьятта. Выражение его лица было непроницаемым, но она заметила, как смягчился его взгляд. Он думал о том, что она потеряла ребенка, и ему не нужно было говорить ни слова. Она все поняла по его сочувствующему взгляду. Секрет Элли был в надежных руках.
Она снова повернулась лицом к Анджеле и улыбнулась, чувствуя молчаливую поддержку Вьятта.
— Я справлюсь, — начала Элли, — и, более того, я могу дать любовь этой девочке. Ребенку нужны простые вещи: еда, сон, чистый подгузник. Этим его может обеспечить каждый. Но Дарси нужны любовь, внимание и безопасность. Я могу помочь в этом Вьятту. В большинство детских садов не примут младенцев такого возраста. Пока я здесь, Дарси гарантированно получит безраздельное внимание по меньшей мере одного из нас.
Когда Элли закончила, позади нее послышался тихий плач.
— Кстати, — продолжала Элли, изо всех сил стараясь улыбаться и держать эмоции под контролем, — думаю, нужно снова запустить ее качели. Вы позволите?
— Конечно. Сейчас самое время провести собеседование с мистером Блэком.
Дарси снова посасывала кулачки, поэтому Элли подогрела смесь для кормления и понесла девочку в спальню.
— Я оставлю вас одних, — тихо сказала она Вьятту, проходя мимо него. — Я буду в спальне, если понадоблюсь.
Мягкость в его взгляде сменилась суровостью. Она поняла, что он очень боится, но не понимала почему. Все, что делал Вьятт за прошедшие три дня, — все! — совершалось для благополучия Дарси.
— Все будет отлично, — уверила она его тихим голосом. Ей хотелось протянуть руку и прикоснуться к нему, но она сдержалась. Сейчас не время и не место. Ведь она всего лишь няня.
Глава 9
Вьятт больше не мог избегать возвращения домой. Вернее, он не мог избегать Элли. Конечно, Дарси слишком мала, чтобы задавать вопросы, но их может озвучить Элли. Казалось, она подмечает в нем все, понимает его лучше любого из известных ему людей.
И это приводило его в крайнее замешательство.
Но наступала ночь, а Элли провела с девочкой слишком долгий день. Ответственность за Дарси лежала на нем, а Элли по-прежнему ему помогала. Он больше не может прятаться в амбаре. Он давно закончил дела по хозяйству.
Он дошел до веранды и коснулся рукой дверной ручки, но так и не смог войти в дом.
Вместо этого Вьятт повернулся и уперся руками в старый деревянный поручень. Веранда была с видом на север, и он пристально посмотрел на коричневые пустые поля через дорогу. На следующий год он заготовит сено для стада. Он почти видел приветливые зелено-коричневые травы, развевающиеся от ветра.
Здесь было все, чего он хотел. Он назвал это ранчо своим, оставил прошлое позади, нашел свой собственный путь в жизни. Да, он так и сделал, полагаясь на свои силы. Риелтор смотрел на него скептически, когда он заявил, что хочет купить это заброшенное ранчо. Но Вьятта волновала перспектива его реконструировать и превратить в нечто жизнеспособное и важное.
Так было до сегодняшнего дня, когда ему пришлось снова столкнуться со своим прошлым. Со всеми ужасными вопросами о том, как его воспитывали. После встречи с работником социальной службы Вьятт был зол, обижен и испуган, а ведь именно эти эмоции он так старательно изгонял из своей жизни. Он не мог объяснить Элли всего, что ему пришлось пережить. Ему нужна ее помощь. Если она узнает о нем отвратительную правду, она тут же сбежит от него. Элли слишком хороша и чиста, чтобы заниматься его проблемами. Ему следует хорошенько это запомнить.
Подумав о том, что она ждет его в доме, он снова напрягся. Сегодня она была такой милой в красном свитере и с макияжем. Он не мог не заметить маленькие преобразования в доме: подушечки и скатерть и, боже правый, даже подходящие по цвету к скатерти кухонные полотенца. Но теперь… присутствие Элли чувствовалось повсюду, в каждом углу. За прошедшие двое суток изменилось все, и он старался привыкнуть к этому как душой, так и телом.
— Вьятт?
Он повернулся, от удивления затаив дыхание, когда Элли словно материализовалась из его размышлений. Фонарь на крыльце освещал ее длинные волосы, она выглядела мягкой и очаровательной.
— Я не слышал, как ты вышла.