what the Nightingale was saying to him (что говорил ему Соловей), for he only knew the things (так как он знал только те вещи) that are written down in books (которые записаны в книгах; to write (wrote, written)).
But the Oak-tree understood (но понял Дуб), and felt sad (и /он/ загрустил; to feel (felt) — чувствовать; sad — печальный, грустный), for he was very fond of the little Nightingale (так как он очень любил маленького Соловья; fond — любящий, нежный) who had built her nest in his branches (который свил: «построил» свое гнездо в его ветвях).
“Sing me one last song (спой мне одну последнюю песню),” he whispered (прошептал он); “I shall feel very lonely (я буду чувствовать себя очень одиноко) when you are gone (когда тебя не будет / когда ты умрешь; to go (went, gone) — идти, ходить; умирать, гибнуть).”
So the Nightingale sang to the Oak-tree (тогда Соловей спел Дубу), and her voice was like water (и голос его звучал: «был» как вода) bubbling from a silver jar (журчащая из серебряного кувшина; to bubble — пузыриться, булькать; журчать).
When she had finished her song (когда он закончил свою песню) the Student got up (Студент поднялся; to get (got)), and pulled a note-book (и вытащил блокнот; note — заметка, book — книга) and a lead-pencil (и графитовый карандаш; lead — свинец; карандашный грифель) out of his pocket (из /своего/ кармана).
branch [brα:nt∫] whisper ['wispə] jar [dζα:] lead pencil ["led'pens(ə)l]
The Student looked up from the grass, and listened, but he could not understand what the Nightingale was saying to him, for he only knew the things that are written down in books.
But the Oak-tree understood, and felt sad, for he was very fond of the little Nightingale who had built her nest in his branches.
“Sing me one last song,” he whispered; “I shall feel very lonely when you are gone.”
So the Nightingale sang to the Oak-tree, and her voice was like water bubbling from a silver jar.
When she had finished her song the Student got up, and pulled a note-book and a lead-pencil out of his pocket.
“She has form (у него /= пения соловья/ есть форма: «она имеет форму»),” he said to himself (сказал он сам себе), as he walked away through the grove (когда он уходил сквозь рощу) —“that cannot be denied to her (в этом ему нельзя отказать; to deny — отрицать, отвергать; отказывать); but has she got feeling (но есть ли у него чувство)? I am afraid not (/я/ боюсь, что нет). In fact, she is like most artists (на самом деле, он подобен большинству художников; fact — факт, событие; реальность); she is all style (/он представляет собой/ только стиль; all — всецело, целиком; ничего кроме, только), without any sincerity (без какой-либо искренности). She would not sacrifice herself for others (он не пожертвует собой ради других). She thinks merely of music (он думает только о музыке), and everybody knows (и каждый знает) that the arts are selfish (что /все виды/ искусства эгоистичны = искусство эгоистично). Still, it must be admitted (и все же, следует признать: «это должно быть признано») that she has some beautiful notes in her voice (что в его голосе есть несколько прекрасных нот; note — заметка, примечание; муз. нота, тон). What a pity it is (какая жалость) that they do not mean anything (что они ничего не значат), or do any practical good (или = и не приносят: «делают» никакой практической пользы; good — добро, благо; польза).” And he went into his room (и он пошел к себе в комнату; to go (went, gone)), and lay down on his little pallet-bed (и лег на свою узкую койку; to lie (lay, lain), little — маленький, небольшой, короткий; pallet(-bed) — соломенный тюфяк, убогая постель; койка), and began to think of his love (и начал думать о своей любви; to begin (began, begun)); and, after a time (и, через некоторое время), he fell asleep (он заснул; to fall (fell, fallen) — падать, опускаться; зд. в качестве глагола-связки в составном именном сказуемом, asleep — спящий).
through [θru:] sincerity [sin'seriti] pallet-bed ['pælitbed]
“She has form,” he said to himself, as he walked away through the grove—“that cannot be denied to her; but has she got feeling? I am afraid not. In fact, she is like most artists; she is all style, without any sincerity. She would not sacrifice herself for others. She thinks merely of music, and everybody knows that the arts are selfish. Still, it must be admitted that she has some beautiful notes in her voice. What a pity it is that they do not mean anything, or do any practical good.” And he went into his room, and lay down on his little pallet-bed, and began to think of his love; and, after a time, he fell asleep.
And when the Moon shone in the heavens (а когда Луна засияла на небе; to shine (shone) — светить, сиять) the Nightingale flew to the Rose-tree (Соловей полетел к Розовому Кусту; to fly (flew, flown)), and set her breast against the thorn (и прижал свою грудь к шипу: «расположил свою грудь напротив/у шипа»; to set (set) — ставить, помещать, располагаться). All night long she sang (всю ночь напролет он пел; to sing (sang, sung)) with her breast against the thorn (/и/ его грудь /была прижата/ к шипу), and the cold crystal Moon (и холодная хрустальная Луна; crystal — кристаллический; хрустальный) leaned down and listened (склонилась и слушала; to lean — наклоняться, нагибаться; склоняться). All night long she sang (всю ночь напролет он пел), and the thorn went deeper and deeper into her breast (и шип входил все глубже и глубже в его грудь), and her life-blood ebbed away from her (и его /живительная/ кровь постепенно уходила из него; to ebb away — отступать /о приливе, воде/; ослабевать, угасать).
against [ə'ge(i)nst] crystal ['kristl] ebb [eb]
And when the Moon shone in the heavens the Nightingale flew to the Rose-tree, and set her breast against the thorn. All night long she sang with her breast against the thorn, and the cold crystal Moon leaned down and listened. All night long she sang, and the thorn went deeper and deeper into her breast, and her life-blood ebbed away from her.
She sang first of the birth of love (сперва он пел о зарождении любви; birth — рождение; зарождение, начало) in the heart of a boy and a girl (в сердце мальчика и девочки). And on the top-most spray of the Rose-tree (и на самой верхней веточке Розового Куста; top — верхний, высший) there blossomed a marvellous rose (расцвела великолепная/изумительная роза; to blossom — цвести; расцветать; marvel — чудо, диво, нечто необыкновенное), petal following petal (появлялся: «следовал» лепесток за лепестком; to follow — следовать, идти за кем-либо), as song followed song (как песня звучала: «следовала» за песней). Pale was it, at first (поначалу она была бледной), as the mist that hangs over the river (как легкий туман, что висит над рекой; to hang — вешать, подвешивать; висеть) — pale as the feet of the morning (бледная, как поступь утра; foot (мн.ч. feet) — нога, ступня; шаг, походка), and silver as the wings of the dawn (и серебристая, как крылья зари/рассвета; silver — серебряный; поэт. серебристый). As the shadow of a rose in a mirror of silver (как неясное отражение: «тень» розы в зеркале из серебра; shadow — тень /от предмета/; неясное очертание), as the shadow of a rose in a water-pool (как отражение розы в озерце /воды/; pool — лужа, прудок; озерцо), so was the rose (такова была роза) that blossomed on the topmost spray of the Tree (что расцвела на самом высоком побеге /Розового/ Куста).
heart [hα:t] marvellous ['mα:v(ə)ləs] petal ['petl]
She sang first of the birth of love in the heart of a boy and a girl. And on the top-most spray of the Rose-tree there blossomed a marvellous rose, petal following petal, as song followed song. Pale was it, at first, as the mist that hangs over the river—pale as the feet of the morning, and silver as the wings of the dawn. As the shadow of a rose in a mirror of silver, as the shadow of a rose in a water-pool, so was the rose that blossomed on the topmost spray of the Tree.
But the Tree cried to the Nightingale (но Куст кричал Соловью; to cry) to press closer against the thorn (/чтобы тот/ прижался еще ближе к шипу; to press — жать, нажимать; прижимать, close — близко). “Press closer, little Nightingale (прижмись ближе = сильнее, маленький Соловей),” cried the Tree (кричал /Розовый/ Куст), “or the Day will come (не то День придет = наступит) before the rose is finished (до того, как роза будет завершена; to finish — кончать; завершать).”
So the Nightingale pressed closer against the thorn (тогда Соловей прижался сильнее = ближе к шипу), and louder and louder grew her song (и все громче и громче становилась его песня; to grow (grew, grown) — расти; становиться, делаться)