как предсказано, то в этом повинно невежество предсказателей: оно подрываетверу в науку, неопровержимые свидетельства истинности которой доставили нам идревность, и наше время. И действительно, сын того же Трасилла предрек иНерону[32], что он завладеет властью, но обэтом я сообщу в своем месте, чтобы не отойти еще дальше от начатогоповествования.
23. При тех же консулах разносится весть о кончинеАзиния Галла; что он умер от голода, не подлежит сомнению, но по доброй ли волеили по принуждению — считалось неустановленным. И когда к Цезарю обратились свопросом, разрешит ли он его похороны, тот, не устыдившись, дал на нихразрешение, посетовав при этом на обстоятельства, отнявшие у него подсудимого,прежде чем тот был изобличен в его присутствии; как будто за три года ненашлось у него времени, чтобы учинить суд над стариком, бывшим консулом и отцомстольких консулов![33] Затем умерщвляетсяДруз, который поддерживал себя жалкою пищей, поедая набивку своего тюфяка, иугас лишь на девятый день. Некоторые передают, что Макрину якобы было порученов случае, если бы Сеян взялся за оружие, освободить юношу из-под стражи (онсодержался в Палатинском дворце) и поставить его во главе народа[34]. Позднее, так как ходили упорныеслухи, что Цезарь собирается примириться с невесткой и внуком, он предпочелжестокость раскаянью.
24. Больше того, он всячески поносил умершего, обвиняяего в грязных пороках, в том, что он намеревался погубить своих близких, чтоненавидел отечество, и приказал прочесть ежедневные записи всех его поступков ислов; это показалось особенно ужасным: было бы трудно поверить, что в течениестольких лет к Друзу были приставлены соглядатаи, ловившие его взгляды, стоны,даже невнятное бормотанье, и что его дед мог все это выслушивать, читать,предать гласности, если бы в донесениях центуриона Аттия и вольноотпущенникаДидима не назывались по именам рабы, какой из них ударил пытавшегося выйти изсвоего помещения Друза, какой поверг его в страх. Центурион приводил, как некиесвидетельство своей доблести, и жестокие речи, с которыми он сам к немуобращался, и слова умирающего, вначале как бы в исступлении расточавшего угрозыТиберию, а затем, после утраты всякой надежды на сохранение жизни, призывавшегона его голову обдуманные и холодные проклятия, чтобы, после того как онумертвил невестку, племянника, внуков[35] изаполнил свой дворец трупами, он сам понес наказание, сняв позор с родовогоимени предков и послужив очистительной жертвою для потомков. Сенаторы зашумели,делая вид, что охвачены негодованием, тогда как в действительности былипотрясены страхом и изумлением, что некогда столь осторожный и так тщательноскрывавший свои преступления принцепс дошел до такой откровенности, что, как быраздвинув стены, показал внука под плетью центуриона, осыпаемого пинками рабови тщетно молящего хоть о какой-нибудь пище для поддержания жизни.
25. Еще не заглохла скорбь, порожденная расправою сДрузом, как стало известно, что умерла Агриппина[36]. Жизнь ее после казни Сеяна продлила, думаю,поддерживавшая ее надежда, но в жестокой ее судьбе не произошло никакихизменений к лучшему, и она сама себя уморила голодом, если толькодобровольность ее кончины не была вымыслом и ее насильственно не лишили пищи. Всамом деле, распаленный злобой Тиберий возвел на нее гнусное обвинение враспутстве, в том, что она сожительствовала с Азинием Галлом и после его смертивпала в отвращение к жизни. Но Агриппина, никогда не мирившаяся со скромнымуделом, жадно рвавшаяся к власти и поглощенная мужскими заботами, была свободнаот женских слабостей. Цезарь добавил, что она умерла в тот же день, в которыйза два года пред тем Сеяна постигло возмездие, и что это заслуживает особоговнимания; он также поставил себе в заслугу, что ее не удавили петлей и небросили на Гемонии. За это сенат воздал ему благодарность, и было вынесенопостановление ежегодно в пятнадцатый день перед ноябрьскими календами, ибоименно в этот день и Сеяна, и Агриппину постигла смерть, посвящать дарЮпитеру.
26. Немного позднее решил умертвить себя Кокцей Нерва,неизменный приближенный и спутник принцепса, хотя его положение нисколько непошатнулось и он не страдал никаким телесным недугом. Когда это стало известноТиберию, он посетил его, стал доискиваться причин такого решения, уговаривать;наконец, признался, что тяжелым бременем ляжет на его совесть и добрую славу,если его ближайший и лучший друг, у которого не было никаких видимых основанийторопить смерть, безвременно расстанется с жизнью. Уклонившись от объяснений.Нерва до конца упорно воздерживался от пищи. Знавшие его мысли передавали, чточем ближе он приглядывался к бедствиям Римского государства, тем сильнеенегодование и тревога толкали его к решению обрести для себя, пока он невредими его не тронули, достойный конец. Гибель Агриппины, сколь это ни невероятно,повлекла за собою и гибель Планцины. Будучи женой Гнея Пизона и открыто радуясьсмерти Германика, она при падении мужа избегла возмездия, оберегаемаязаступничеством Августы и в не меньшей мере — враждой Агриппины. Но когда итой, что ее ненавидела, и той, которая ей покровительствовала, не стало,одержало верх правосудие, и, привлеченная к суду по хорошо известномуобвинению[37], она собственноручно предаласебя скорее запоздалой, чем незаслуженной казни.
27. Удрученному столькими печалями городу добавила ещеодно огорчение дочь Друза Юлия, в прошлом жена Нерона, унизившая себя до бракас Рубеллием Бландом, деда которого, римского всадника родом из Тибура, многиехорошо помнили. Скончавшийся в конце года Элий Ламия был удостоен цензорскихпохорон; освобожденный, наконец, от призрачного управления Сирией, он занималдолжность префекта города Рима; происходил он из хорошего рода, и, несмотря навозраст, был бодр и деятелен; придавало ему достоинство и то, что он не былотпущен в свою провинцию. Затем, по смерти пропретора Сирии Помпония Флакка, всенате оглашается письмо Цезаря, в котором он сетовал, что наиболее выдающиесяи способные начальствовать войском уклоняются от несения этих обязанностей ичто это вынуждает его обратиться к сенаторам с просьбой повлиять на несколькихбывших консулов и добиться от них согласия взять на себя попечение опровинциях. Он забыл, однако, о том, что сам он десятый год задерживает в РимеАррунция и не отпускает его в Испанию[38].В том же году умер и Маний Лепид, об умеренности и рассудительности которого ядостаточно сказал в предыдущих книгах; нет надобности подробнее останавливатьсяи на его знатности, ибо род Эмилиев всегда изобиловал достойными гражданами, аесли кто из той же семьи отличался дурными нравами, то и такие не были лишенывнешнего блеска.
28. В консульство Павла Фабия и Луция Вителлия[39] после длительного круговорота веков птицафеникс[40] возвратилась в Египет идоставила ученым мужам из уроженцев этой страны и греков обильную пищу длярассуждений о столь поразительном чуде. Мне хочется изложить и то, в чем ихсуждения совпадают, и еще больше такого, в чем они между собой несогласны, но счем стоит познакомиться. Что это существо посвящено солнцу и отличается отдругих птиц головою и яркостью оперения, на этом сходятся все, кто описывал еговнешний вид; о возрасте же его говорят различно. Большинство определяет его впятьсот лет, но есть и такие, которые утверждают, что этот феникс живет ужетысячу четыреста шестьдесят один год, так как ранее фениксы прилетали в город,носящий название Гелиополь, в первый раз — при владычестве Сесосиса, во второй— Амасиса и в последний — Птолемея, который царствовал третьим из македонян,причем их всегда сопровождало множество прочих птиц, дивившихся их невиданномуоблику. Древность темна; но Тиберия от Птолемея отделяет менее двухсотпятидесяти лет[41]. Поэтому некоторыесчитают, что последний феникс — не настоящий, что он не из арабской земли и нанего не распространяется то, что говорит о фениксе предание древности. Поистечении положенных ему лет, почувствовав приближение смерти, он у себя народине строит гнездо и изливает в него детородную силу, от которой возникаетптенец; и первая забота того, когда он достигнет зрелости, — это погребениеостанков отца, и он не берется за это опрометчиво, но сначала, подняв мирру[42] равного веса, испытывает себя вдолгом полете, и когда станет способен справиться с таким грузом и с такимдальним путем, переносит тело отца на жертвенник солнца и предает его тамсожжению. Все это недостоверно -и приукрашено вымыслом, но не подлежитсомнению, что время от времени эту птицу видят в Египте.
29. А в Риме, где непрерывно выносились смертныеприговоры, вскрыл себе вены и истек кровью Помпоний Лабеон, о котором ясообщал, что он был правителем Мезии; то же сделала и его жена Паксея.Готовность к смерти такого рода порождали страх перед палачом и то, чтохоронить осужденных было запрещено и их имущество подлежало конфискации, тогдакак тела умертвивших себя дозволялось предавать погребению и их завещаниясохраняли законную силу — такова была награда за торопливость. Цезарь внаправленном сенату письме припомнил принятый у наших предков обычай: порывая скем-нибудь дружбу, они отказывали ему от дома и после этого прекращали с нимвсякие отношения. Так же поступил и он с Лабеоном, но тот, обвиняемый в дурномуправлении провинцией и в других преступлениях, постарался выставить себя ни вчем не повинной жертвой его неприязни; а его жена напрасно страшилась, ибо,