[7] у Нерона родилась дочь от Поппеи;восприняв это с чрезвычайной радостью, он назвал ее Августою, присвоив то женаименование и Поппее. Местом рождения девочки была колония Анций, в которойродился и он сам. Сенат уже ранее препоручил богам материнство Поппеи и дал отимени государства торжественные обеты, которые были теперь приумножены иисполнены. Сверх того, были добавлены благодарственные молебствия и решеновоздвигнуть храм Плодовитости[8] и учредитьсостязания по образцу священных игр в память актийской победы[9], а также поместить на троне ЮпитераКапитолийского золотые изваяния обеих Фортун[10] и дать цирковые представления в честь рода Юлиев вБовиллах, Клавдиев и Домициев — в Анции[11]. Но все это рушилось, так как ребенок на четвертом месяцеумер. И вот снова посыпались льстивые предложения причислить умершую к сонмубогов и для воздания ей божеских почестей соорудить храм и назначить жреца; самНерон как не знал меры в радости, так не знал ее и в скорби. Упоминают о том,что когда вскоре после разрешения Поппеи от бремени сенат в полном составеотправился в Анций, а Тразее это было воспрещено, он с неколебимою твердостьюдуха принял нанесенное ему оскорбление, предвещавшее скорую гибель. Говорят,что после этого Цезарь, похваляясь перед Сенекой, сказал ему, что примирился сТразеей, и Сенека принес ему по этому поводу свои поздравления, из-за чеговозросла слава этих выдающихся мужей и вместе с тем угрожавшая имопасность.
24. Между тем ранней весной прибыли парфянские послы споручениями и посланием царя Вологеза: он, Вологез, не намерен болеевозвращаться к давним и столько раз возобновлявшимся спорам о том, комуобладать Арменией, ибо боги, вершители судеб даже наиболее могущественныхнародов, отдали владение ею в руки парфян не без позора для римлян. Недавно былобложен осадой Тигран; затем он, Вологез, отпустил невредимыми Пета и еголегионы, хотя мог бы их уничтожить. Его сила в достаточной мере показана;представил он и доказательства своего миролюбия. Тиридат не стал бы возражатьпротив поездки в Рим для принятия диадемы, если бы его не удерживали жреческиеобязанности. Он готов отправиться к римским орлам и изображениям принцепса,дабы там, в присутствии легионов, венчаться на царство.
25. Так как письмо Вологеза противоречило тому, чтописал Пет, сообщавший, что все обстоит по-прежнему, опросили прибывшего спослами центуриона, в каком положении он оставил Армению, и тот ответил, чтоона полностью покинута римлянами. Тогда, поняв, что варвары над ним издеваютсяи просят то, что захватили силою, Нерон созвал совещание первейших сановниковгосударства и предложил им на выбор чреватую неожиданностями войну илибесславный мир. Не колеблясь, они предпочли войну. Досада на Пета еще неизгладилась, и, чтобы не допустить по чьей-либо неопытности новых ошибок,командование возлагается на Корбулона, успевшего за многие годы хорошо изучитькак наших воинов, так и врагов. Итак, ничего не добившись, послы отбывают изРима, впрочем с дарами, которые имели целью внушить Тиридату надежду, что еслион лично обратится с такою же просьбой, то может рассчитывать на успех.Управление Сирией поручается Гаю Цестию, ее военные силы — Корбулону; к ним былдобавлен пятнадцатый легион, переброшенный из Паннонии во главе с МариемЦельсом. Тетрархам[12], царям, префектам ипрокураторам, а также преторам — правителям соседних провинций — отдаетсяписьменное распоряжение повиноваться приказаниям Корбулона, власть которогоувеличивается почти до таких же размеров, в каких римский народ наделил еюПомпея для войны с пиратами[13].Возвратившийся Пет боялся, что подвергнется суровому наказанию, но Цезарьудовольствовался насмешкой, сказав, что спешит даровать Пету прощение, дабы,столь легко поддаваясь страху, он не заболел от долгой тревоги.
26. Перебросив в Сирию четвертый и двенадцатый легионы,казавшиеся малопригодными к боевым действиям, так как своих наиболее храбрыхвоинов они потеряли, а все остальные были подавлены страхом, Корбулон ведетоттуда в Армению шестой и третий легионы, которые не понесли потерь и к тому жебыли закалены в частых и успешных походах; к ним он присоединяет находившийся вПонте и поэтому не затронутый поражением пятый легион, воинов только чтоприбывшего пятнадцатого легиона, отборные подразделения из Иллирии и Египта,все бывшие у него под началом конные отряды и когорты союзников и присланныецарями вспомогательные войска; эти силы он сосредоточил в Мелитене, откудасобирался переправиться через Евфрат. После принесения по обычаю искупительныхжертв он созывает войско на сходку и обращается к нему с торжественной речью, вкоторой говорит, что они будут сражаться под верховным водительством самогоимператора[14], о своих прошлых деяниях, отом, что в недавних неудачах повинна неумелость Пета, — с твердостью иуверенностью, заменявшими этому доблестному воину красноречие.
27. Вслед за тем, расчистив завалы, произведенныевременем, Корбулон устремляется по некогда проложенной Луцием Лукуллом дороге[15]. Не отвергнув предложения о мирныхпереговорах, переданного ему прибывшими от Тиридата и Вологеза послами, онотсылает их вместе с центурионами, которым предписывает изложить его довольноумеренные условия: ведь дело еще не дошло до того, чтобы стала неизбежнойборьба не на жизнь, а на смерть. Много успехов одержано римлянами, но кое-какиевыпали и на долю парфян, и в этом — предостережение от заносчивости. И дляТиридата гораздо выгоднее получить в дар не подвергшееся опустошению царство, иВологез проявит больше попечительности о парфянском народе, заключив договор сримлянами, чем ведя с ними войну, несущую урон обоим противникам. Ему,Корбулону, известно, сколько раздоров внутри Парфянского государства, надкакими неукротимыми и дикими народами властвует Вологез; напротив, у римскогоимператора везде нерушимый мир и только одна эта война. Наряду с преподаниемэтих советов не пренебрег Корбулон и устрашением армянских сановников, которыепервыми отпали от нас, изгоняя их из родовых гнезд, разрушая их крепости, сеяодинаковый ужас на равнинах и среди гор, у сильных и слабых.
28. Имя Корбулона не вызывало злобы и ли ненависти дажеу варваров, и поэтому они считали его совет искренним. И Вологез, проявивуступчивость в самом существенном, в первую очередь добивается установленияперемирия в нескольких префектурах, а Тиридат просит назначить место и день дляоткрытия переговоров. Срок варвары предложили близкий, место — то самое, гденедавно вместе с Петом были окружены легионы, так как оно напоминало осчастливых для них событиях; не воспротивился этому и Корбулон, полагая, чторазличие в обстоятельствах послужит к возвеличению его славы. Не смущало его ибесчестье, которому подвергся там Пет, и это отчетливо проявилось в том, что онприказал его сыну, трибуну, отправиться туда во главе манипулов и прикрытьземлею останки павших в этих злосчастных битвах. В назначенный день знатныйримский всадник Тиберий Александр, данный на время этой войны Корбулону впомощники, и Анний Винициан, зять Корбулона, еще не достигший необходимого длясенаторского звания возраста и назначенный исполняющим обязанности легатапятого легиона, прибыли в лагерь Тиридата и ради того, чтобы его почтить, ичтобы, располагая такими заложниками, он не опасался, что ему подстроеназападня; после этого из того и другого войска было выделено по двадцативсадников. Завидев Корбулона, царь первым спрыгнул с коня; не замедлил сделатьто же и Корбулон, и, спешившись, они протянули друг другу руки.
29. После этого римлянин хвалит молодого человека зато, что, сойдя с чреватого опасностями пути, он предпочел ему верный ибезопасный; Тиридат же, сначала многословно распространившись о знатностисвоего рода, об остальном говорил с подобающей в его положении скромностью:итак, он отправится в Рим и доставит Цезарю новую славу — ведь перед нимпредстанет просителем Арсакид, хотя парфяне и не понесли поражения. В концеконцов согласились на том, что Тиридат положит свою царскую корону к подножиюстатуи Цезаря и получит ее обратно не иначе как из рук самого Нерона; этим онизавершили переговоры и на прощание обменялись поцелуем. Спустя несколько днейоба войска во всем своем блеске были выстроены друг против друга – с однойстороны конница, расставленная отрядами с отечественными отличиями, с другой —ряды легионов со сверкающими орлами, значками и изображениями богов, как вхраме; посередине был сооружен трибунал с курульным креслом на нем и изваяниемНерона на кресле. После заклания, согласно обычаю, жертвенных животных к немуприблизился Тиридат и положил у его ног снятую с головы диадему, что вселило вдуши присутствовавших волнение, усугублявшееся тем, что у них пред глазами всееще стояли картины истребления римских войск и осады, которой они подвергались;теперь счастье повернулось в другую сторону; Тиридат отправится в Рим напоказвсему миру, и намного ли он своей участью будет отличаться от пленника?
30. Ко всей своей славе Корбулон добавил ещеобходительность и устроил пир; и всякий раз, когда царь подмечал нечто новое,например что смена караулов возвещается центурионом, что гости поднимаютсяиз-за столов по сигналу трубой, что выложенный пред авгуралом[16] жертвенник поджигается подносимым к немуснизу факелом, и расспрашивал, в чем сущность всех этих порядков, Корбулон,направляя свои ответы к возвеличению Рима, поверг царя в изумление пред нашимидревними нравами. На следующий день Тиридат попросил дозволить ему отлучиться,