[24].
Новое правительство Энгельберта Дольфуса ввело 23 сентября по советскому и гитлеровскому образцу концентрационные лагеря для своих политических противников, стыдливо назвав их «лагерями для задержанных». Он подготовил роспуск всех партий и их замену «Отечественным фронтом». В качестве первого шага Штаремберг распустил 27 сентября Хеймверовскую партию. Хеймвер как корпорация вошел в «Отечественный фронт». Христианско-соцйальная партия заменила своего бывшего председателя Вогуэна новым деятелем, не входившим в парламент[25].
Готовясь к гражданской войне, правительство Энгельберта Дольфуса с одобрения Бенито Муссолини и при попустительстве Франции и Англии создало вспомогательные отряды в армии. Первоначально в них было призвано 8000 человек. А 10 ноября 1933 года правительство ввело военно-полевые суды и смертную казнь за убийство, поджог и злостное повреждение имущества.
Во время рождества 1933 года отозвали всех католических священников и духовных лиц из Христианско-социальной партии. Это решение, принятое австрийскими архиепископами и епископами, должно было облегчить Энгельберту Дольфусу запланированный роспуск социал-демократической партии, поскольку он мог теперь включить Христианскую социальную партию в «Отечественный фронт»[26].
В начале 1934 года правительство заменило избранных советников рабочих палат, большинство которых были членами свободных профсоюзов, назначенными административными комиссиями, состоявшими из сторонников правительства.
10 января 1934 года князь Штаремберг опубликовал обращение, в котором изложил дальнейшие планы. «Наша борьба, — говорилось в этом документе, — заключается в неограниченном претворении в жизнь фашистских идей, причем методами, соответствующими нашему отечеству. Цель нашей борьбы состоит в наиболее полном обновлении Австрии во всех отношениях, в коренном преодолении коррумпированного государства партий, в окончательном уничтожении австробольшевизма».
Тревожным сигналом было посещение Вены итальянским статс-секретарем по иностранным делам Фульвио Сувичем. Ни для кого не было секретом, что гость передал требование Бенито Муссолини ускорить фашизацию Австрии. Выступая в присутствии иностранного дипломата на большом митинге на ипподроме Трабреннплац, Дольфус изложил фашистскую программу.
Важные политические события происходили не только в столице страны, но и в ее провинциях. Региональные структуры «Хеймвера» начали активно брать власть в свои руки.
Руководство «Хеймвера» Тироля 31 января 1934 года собрало свои отряды под предлогом защиты местного населения от нацистского террора. При этом было мобилизовано около 8000 хорошо вооруженных людей. Хеймверовцы заняли все стратегически важные пункты и воспрепятствовали выпуску социал-демократической газеты. На следующий день лидеры «Хеймвера» предъявили главе земельного правительства ультиматум, в котором содержалось требование замены избранного правительства назначенным комитетом из членов австрофашистских организаций. Далее было выдвинуто требование запретить враждебные государству союзы и объединения. Глава земельного правительства создал этот комитет в качестве совещательного органа, а выполнение других требований повисло в воздухе.
После этого были мобилизованы хеймверовские отряды в других землях Австрии: 5 февраля военизированные формирования Нижней Австрии; 6 февраля — Хеймвер Штирии, 8 февраля — «отечественные союзы» Бургенланда, Зальцбурга и Каринтии. Главы земельных правительств согласились рассмотреть требования хеймверовцев. Лишь в Нижней Австрии земельное правительство отклонило притязания Хеймвера.
Социал-демократическое руководство по-прежнему призывало стоять «с ружьем к ноге». Правда, Шуцбунд усиленно закупал оружие за границей, прежде всего в: Чехословакии, и различными способами доставлял его контрабандным путем в Австрию — на грузовиках и легковых автомашинах, в железнодорожных вагонах, а большей частью на судах. Однако социал-демократическая партия возлагала больше надежд на дипломатическое вмешательство своих друзей, входивших в состав иностранных правительств. Так, французский посланник Габриель Пюо сообщил, что по поручению премьер-министра Эдуарда Даладье он посетил 2 февраля 1934 года Энгельберта Дольфуса. Дипломат передал ему просьбу не применять насилие против австрийских социал-демократов. После 24-часового размышления канцлер ответил согласием, сказав, что не будет применять насилие против социал-демократической партии, профсоюзов или же венского муниципалитета. Несмотря на военные приготовления со стороны социал-демократической партии, правительство останется на оборонительных позициях. Разумеется, эти заверения были лишь дипломатической игрой. Они полностью потеряли свое значение после того, как 7 февраля во Франции было свергнуто левое правительство Даладье.
Полицейские облавы в поисках оружия непрерывно продолжались. После того как полиция получила сообщение о прибытии одного из транспортов оружия, майор Фей мобилизовал 7 февраля «добровольный шюцкор» и дал указание конфисковать это оружие в Швехате, возле Вены. Общественности он сообщил, что необходимо воспрепятствовать «неслыханному преступному покушению большевистско-марксистских элементов против населения и безопасности государства».
Одновременно полиция арестовала всех руководителей «Республиканского шуцбунда», кого она смогла захватить, например, начальника военного штаба центрального руководства майора Александра Эйфлера, адъютанта Юлиуса Дейча капитана. Рудольфа Лёва и несколько позднее почти всех командиров шуцбунда венских районов.
Планировалось также арестовать политического руководителя шуцбунда Юлиуса Дейча. Поскольку социал-демократическая партия не оказала сопротивления этим арестам, правительство Энгельберт Дольфуса пошло еще дальше. Утром 8 февраля оно отдало приказ произвести обыски в поисках оружия в Партийном доме на улице Рехте Винцайле. Здание было окружено полицией и солдатами, вокруг него были поставлены пулеметы, организовано парное патрулирование, причем солдаты были в стальных шлемах, винтовки — с примкнутыми штыками. Члены правления партии не могли попасть в Партийный дом. Поэтому заседание правления, в котором принимали участие представители свободных профсоюзов, пришлось перенести в ратушу, к бургомистру Зейцу.
Некоторые члены правления потребовали, чтобы в случае ареста Дейча был дан приказ к выступлению. Позднее он написал в своих воспоминаниях:
«Другие, снова советовали действовать осторожно. Может быть, полагали они, еще имеется возможность поссорить „Хеймвер“, по меньшей мере, с частью членов Христианско-социальной партии, что значительно облегчило бы наше положение… Некоторые участники заседания полагали, что на мой арест следовало бы ответить мобилизацией шуцбунда. Если бы мой арест был воспринят без сопротивления, то это вызвало бы упадок духа, особенно в рядах шуцбунда. Большинство, в конечном счете, пришло к решению, что я должен тем или иным способом избежать грозившего ареста с тем, чтобы в случае серьезной опасности руководство шуцбунда (службы порядка) оказалось на месте. Одновременно был создан также исполнительный комитет в составе шести, человек, который получил полномочия действовать, начиная с этого момента, на свою ответственность»
Социал-демократические вожди надеялись, что демократические элементы в рядах Христианско-социальной партии окажут сопротивление требованиям «хеймверовцев» о роспуске земельных правительств. Ведь в этих правительствах, за исключением Вены, большинство имели представители Христианско-социальной партии. Особые надежды пробудила речь Леопольда Куншака — лидера рабочих, входивших в Христианско-социальную партию. Выступая в венском муниципалитете 9 февраля, он высказался за совместные действия в тяжелые времена. Однако в Христианско-социальной партии решающую роль уже играли фашистские элементы. Возвратившийся из трехдневной поездки в Будапешт Энгельберт Дольфус начал в пятницу, 9 февраля, переговоры с «Хеймвером» относительно его требований. В субботу вечером канцлер: публично заявил, что он согласен с требованиями «Хеймверовцев» и готов их выполнить. «Мы, вероятно, уже скоро приступим в претворению в жизнь наших планов», — сказал он. Главе правительства Нижней Австрии Энгельберт Дольфус запретил созывать Ландтаг (земельный парламент).
На основе решения совета министров 10 февраля он лишил бургомистра Вены всех имевшихся у него прав и обязанностей в области общественной безопасности и передал их полицей-президенту Вены.
Правление социал-демократической партии заседало в последний раз 8 февраля. Оно, правда, назначило, как сообщил Карл Реннер, следующее заседание на понедельник, 12 февраля, «исполненное решимости ни в коем случае не дать самим сигнала к гражданской войне». Но этому заседанию уже не суждено было состояться. В руководстве социал-демократии господствовало пораженческое настроение еще до начала борьбы. После ареста Реннер заявил следователю:
«В четверг, 8 февраля 1934 г., я был до обеда в парламенте, где состоялось заседание клуба… Все сообщения сводились к тому, что Фей в ближайшую неделю совершит государственный переворот. Неясно было только, с Дольфусом или без него… Мы не можем больше ничего предпринять и должны быть готовыми ко всему… Наша совесть чиста, историческую ответственность несут другие…»
В воскресенье, 11 февраля, майор Фей во время хеймверовского парада в Лангенцерсдорфе возле Вены объявил: «В эту неделю мы основательно поработаем». Присутствовавший при этом князь Шёнбург-Хартенштейн сказал: «Надеюсь, ваши люди как следует наведут порядок». В свою очередь Штаремберг дал интервью одной венгерской газете, в которой заявил: «На этой неделе мы победим — вместе с правительством или же без него».