стокий и развратный Ирод Антипа. Оставаясь в лоне иудаизма, он пренебрег его предписаниями, в частности, отнял у брата его жену Иродиаду, сделав ее своей супругой. Иоанн выступил со страстным обличением всего этого семейства. Ирод вознамерился казнить обличителя, но из страха перед народным гневом сохранил ему жизнь. Но Иродиада, как-то особенно угодив Ироду, выманила у него обещание казнить проповедника. Голова Иоанна была поднесена злобной женщине на блюде.
Иисус. В отличие от Иоанна, Иисус избрал полем деятельности сельскую местность Галилеи, общаясь с простым людом, пастухами и рыбаками, исцеляя больных и, как впоследствии уверяли, оживляя мертвых. Затем через несколько лет он с учениками прибыл в Иерусалим, чтобы обличить жрецов в нарушении закона Моисея и найти поддержку среди верующих. Изгнав из храма торговцев и менял, он оказался в состоянии конфликта с жрецами и, кажется, вступил в ними в диспут.
Иисус не записывал своих проповедей, но необычные по содержанию и яркие по форме изречения врезались в память слушателям. Вскоре после гибели Иисуса отдельные из них были записаны и получили хождение. Еще позднее, когда создавались жизнеописания Иисуса, из разрозненных высказываний и изречений были составлены речи. Иисус, оставаясь на почве иудаизма, предлагал такое его развитие, которое требовало от верующих не формального исполнения обрядов, а искренней веры. Его проповеди были обращены к верующим и игнорировали, таким образом, посредническую роль между ними и Богом иерусалимского жречества.
Оказавшись бессильными противостоять беспримерной духовной одаренности и гениальному умению убеждать своего идейного противника, в страхе, что останутся не у дел, жрецы приказали арестовать Иисуса и вскоре выдали его римлянам, обвиняя в бунте против установленных ими порядков и стремлении захватить царскую власть. Наместник Понтий Пилат после проведения расследования распорядился распять Иисуса на кресте в соответствии с римскими законами.
На этом обрывается ткань в общих чертах достоверных биографий Иоанна и Иисуса и начинается миф, сопровождающий рождение каждой из мировых религий. Фантастическими подробностями было окружено рождение Иисуса. С Востока, увидав взошедшую на небе звезду нового царя иудейского, приходят ему поклониться волхвы. Ирод, выведав о восхождении звезды и рождении младенца в Вифлееме, но не зная, где его искать, приказал перебить всех младенцев до двух лет. Ангел Господень является во сне Иосифу и советует отправить Марию с новорожденным в Египет. Иоанн, к которому приходит Иисус, узрел, как на выходящего из воды юношу опустился Дух Божий в облике голубя. Величайшим чудом представлено воскрешение Иисуса.
Все эти детали, какими благочестивые верующие (не жрецы!) украсили корабль Иисуса на вечное плавание, не в состоянии заставить усомниться ни в реальности его как личности, ни в том, что перед нами истинный пророк, стремившийся принести миру добро и человечность, убедить людей в возможности спасения. Но Иисус не успел выработать строгой религиозной системы, устранить противоречия, естественные для устной формы изложения собственных взглядов. Эту задачу помог ему выполнить человек выдающихся организаторских способностей и теоретического таланта – Саул (Савл) из малоазийского города Тарса.
Павел. Юношей Саул обучался на родине у знаменитого раввина и, преуспев в изучении Библии, в овладении риторикой, стал ревностным последователем иудаизма. Это подвигло его во время пребывания в Иерусалиме к участию в травле христиан. По дороге в Дамаск, куда он был послан для преследования отступников от иудейской веры, он пережил какое-то потрясение, заставившее его перейти на сторону гонимых.
Полем проповеднической и организационной деятельности Саула, переменившего свое имя Saulus на римское Paulus (Павел), стала едва ли не вся римская империя. Он побывал в Киликии, Галатии, на Кипре, в Македонии, Ахайе, на Мальте, в Италии и собирался посетить Испанию. Как и все, кто принял учение Иисуса, Павел верил в его второе пришествие и ощущал себя вожаком, ведущим паству христову к встрече с Иисусом Христом, сопоставимой с вступлением в страну обетованную Библии. И так же, как Моисею, выводившему народ из рабства египетского, ему приходилось иметь дело с неразумной толпой, которая, хотя и не требовала назвать точный день небесного суда, одолевала его разнообразными просьбами, добиваясь совета, как жить в оставшееся до встречи время, что надо успеть сделать и чего следует избегать, чтобы предстать перед Богом и ангелами безгрешными. Бывшие язычники хотели знать, необходимо ли им досконально выполнять ритуалы иудейской религии. У христиан-иудеев этот вопрос не возникал, но они не хотели садиться за один стол с теми, кто не выполнял обрядов, ссылаясь на то, что Иисус прошел все обряды и выполнил предписания Закона. Рабы, ожидавшие с наибольшим нетерпением судного дня, отказывались выполнять свои обязанности, ожидая того времени, когда господа станут в очередь, чтобы пролезть в игольное ушко, и будут им завидовать. Но более всего раздражали Павла женщины. Даже в тех общинах, ще они были в меньшинстве, их причитания и выкрики заглушали речь степенных мужей: каждая мнила себя Мириам или Деборой, пророчицей.
«О Боже! Даруй мне терпение!» – обращался Павел к Всевышнему и с искусством, достойным ученика школы в Тарсе, объяснял, что «не тот иудей, кто таков по наружности и плоти, но тот иудей, кто внутренне таков». Где бы он ни был – в Иерусалиме, Эфесе, Фессалониках, он не уставал провозглашать: «Для Бога нет эллинов и иудеев. Он воздаст каждому по делам его; тем, которые постоянством в добром деле ищут славы, чести и бессмертия, – жизнь вечную, а тем, которые упорствуют и не покоряются истине, но предаются неправде, – ярость и гнев». Рабов он уверял, что для Бога нет рабов и господ, что они, ощущая свою свободу духовно, должны исполнять свои обязанности, налагаемые положением. Женщин Павел и не пытался унять, зная их экзальтированность, но, оставшись наедине с их отцами, мужьями, братьями, наставлял их в твердости: «Жены да молчат в собрании».
Исполнение роли духовного вождя, которую Павел взял на себя, осложнялось тем, что он, проповедовавший учение Иисуса, лично его не слышал и, более того, в юности был гонителем христиан. А между тем здравствовал Петр, знавший Иисуса. И к нему, как к очевидцу чуда, тянулись иудео-христиане, которым претило то, что Павел отдавал душу язычникам и ради них готов был дойти до края света. И Павел не остановился перед тем, чтобы осадить Петра и обвинить его в лицемерии: «Если ты, будучи иудеем, живешь по-язычески, а не по-иудейски, то для чего язычников принуждаешь жить по-иудейски?»
В 58 г. Павел был арестован в Иерусалиме и передан в распоряжение римского наместника в Кесарию, где его ждала казнь. Но, будучи римским гражданином, Павел потребовал решения его судьбы императором, и его направили в Рим, где он и был обезглавлен, видимо, между 64 и 67 гг. во время предпринятых Нероном гонений на христиан.
Христианство возникло в Палестине, в зоне скрещения древних культурных традиций – ассиро-вавилонской, египетской, хеттской и греческой, – в последние десятилетия правления Юлиев-Клавдиев, и сразу же вышло за пределы своего очага, ибо его идеи, более чем любые иные, отвечали умонастроению низов римского общества, нуждавшихся в религиозном утешении, которого не давали ни греко-римская религия, ни официальный культ римских императоров. В центре христианского вероучения была личность мессии, богочеловека. Обряд помазания соединял все народы круга земель, кормящихся оливковым маслом и освещающих им свои жилища. Наряду с этим в символику новой религии, отколовшейся от иудаизма, вошло вино, отождествленное с кровью Иисуса, хлеб – с его телом, и агнец (ягненок) на плечах доброго пастыря. Вместо Августова мира, основанного на силе и почитании правителя империи, был предложен христианский мир, для которого «нет ни эллина, ни иудея», мир во Христе.
1. МОЛИТВА О ЗДРАВИИ ИМПЕРАТОРА ТИБЕРИЯ
Веллей Патеркул, II, 131
Труд мне надлежит закончить молитвой. О, Юпитер Капитолийский, и ты, Марс Градив [Шествующий], и ты, хранительница вечного огня Веста, и вы все боги, которые распространили мощь Римской империи до крайнего предела земель, вас всенародно заклинаю и молю: охраняйте, сохраняйте, поддерживайте этот мир, [этого принцепса], а когда он исполнит долговременную службу смертного, как можно позднее определите ему преемников, да таких, чьи плечи были бы достаточно тверды, чтобы вынести бремя власти над миром, которое, как мы чувствуем, выдерживает он. Намерения всех граждан, если они благие, поддержите, если нечестивые, сокрушите!
2. НАГОРНАЯ ПРОПОВЕДЬ
Евангелие от Матфея, 5, 1–44
Увидев народ, Он взошел на гору; и, когда сел, приступили к Нему ученики Его. И Он, отверзши уста Свои, учил их, говоря:
Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное.
Блаженны плачущие, ибо они утешатся.
Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю.
Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся.
Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут.
Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят.
Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими.
Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное.
Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня.
Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах: так гнали и пророков, бывших прежде вас.
Вы – соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленой? Она уже ни к чему негодна, как разве выбросить ее вон на попрание людям.
Вы – свет мира. Не может укрыться город, стоящий на верху горы.
И зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме.
Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного.