— Спасибо, — шепнула она Владыке.
— Нам надо поторопиться, бал вот-вот начнётся, — подошла к девушке Весна.
— Да-да, времени мало, — Искра подхватила её за руку, — Идём, мы поможем тебе.
Горыныч нервно расхаживал по поляне у замка.
— Да где все?
— Почём я знаю?
— А может, случилось чего?
— Не нагнетай, а? — переругивались его головы между собой.
— А может, посмотрим?
— Проверим?
— Подстрахуем? — предлагали они наперебой.
Наконец, приняв решение, Горыныч расправил крылья и направился обратно в деревню. По селу уже расползлись слухи, что кузнец укрывал жар-птицу, а теперь схвачен и отправлен в темницу вместе со своими подельниками. Об этом и рассказал Змею Евсей.
— В тридесятом опасно, схватить могут… — опасался правый.
— Могут, — не стал отрицать левый, — Но там наше Золотце.
— Кощей там, — кивнул средний.
— Яга…
— Летим? — повертел по сторонам средний.
— Летим, — без колебаний хором ответили ему левый и правый.
— Я с вами! — Евсейка так рвался на помощь, что змей не стал спорить — он молча подставил крыло, помогая забраться на спину, и помчался в столицу.
Глава 46
— Ну, пора, — внимательно оглядела Забаву Царевна.
Та стояла у окна в пышном платье цвета айвори, волосы заколоты в простую причёску, лишь две пряди у виска делали образ девушки ещё более соблазнительным. Хотя, куда уж больше: глубокое декольте платья явно привлечёт внимание большого количества присутствующих в зале. Такой наряд был выбран неслучайно: Катя рассчитывала, что Забава в нужный момент отвлечёт Гвидона, и ей удастся улизнуть незамеченной.
— Пора, — кивнула Забава, оторвавшись от окна.
Тьма чернильным пятном накрыла всё вокруг замка. Лишь вдалеке виднелся маяк, указывая путь кораблям в море.
— Иди сюда, — протянула девица руку Миле, и та вспорхнула на её плечо, — Осторожнее, — ойкнула она, когда когти птицы впились в ткань платья.
— Прости, — виновато улыбнулась Мила, — Я случайно.
Когда двери огромного зала распахнулись перед ними, Катя стала глазами выискивать друзей. Вот у окна обнаружились трое богатырей вместе с Иваном. Они были одеты в парадные мундиры, в которых девушка видела сопровождающую царицу стражу. Как им удалось протащить на бал Ивана, которому отведена роль кучера, оставалось загадкой. Но она порадовалась, увидев его рядом. Чуть дальше, окружённые местной знатью, обнаружились Маша с Владыкой. Подруга была чудо как хороша: в ярко-алом платье с длинным шлейфом, распущенные волосы ниспадали по плечам красивыми локонами, подчеркивая нежный образ. Владыка не сводил с неё восхищённого взгляда.
— Интересно, где Варя? — подумалось Царевне.
Она покрутила ещё головой, но Елисея не обнаружила, зато к ней резво подскочил кто-то сзади:
— Рад снова видеть вас, о, прекраснейшая!
Катя резко обернулась и уставилась на Гвидона. Он уже потянулся к её руке, но, вспомнив о его слюнявых поцелуях, девушка спрятала руки за спину, и царевич раздосадованно нахмурился.
— Вижу, вы пренебрегли моим советом держать птицу в клетке, — поджал он губы.
«Блинааа, сейчас обидится». Ссориться с ним раньше времени не входило в планы Кати, и она постаралась как можно обворожительнее улыбнуться ему:
— Мне хотелось, чтобы все видели какой воистину царский подарок мне сделал мой принц, — она присела в почтительном реверансе и тут же получила локтем в бок от Забавы.
— Не переигрывай, — шепнула она еле слышно.
Но падкий на лесть Гвидон лишь засиял как начищенный самовар.
— Рад, что подарок пришелся вам по душе. Идёмте, — он протянул ей руку, и Царевна вложила в неё свою ладонь.
— Идём.
По мере их продвижения толпа придворных расступалась и склоняла головы, приветствуя царевича и рассматривая Катю. Забава с Милой на плече шли чуть позади, и местная знать перешёптывалась у них за спиной, обсуждая последние сплетни двора о том, что помолвка Елисея расторгнута, а его невеста готовится стать женой Гвидона. Многие посмеивались над этим, не веря. Но теперь, увидев их рука об руку, да ещё и с жар-птицей на плече, удивлённо смотрели им вслед.
Пройдя через весь зал, Катя и Гвидон остановились у подножия трона, точнее, сегодня там было целых два трона. На одном из них сидел Илай, он чуть заметно наклонил голову, приветствуя Катю, и та едва не сбилась с шага, заметив его. На втором восседала Мелитриса. Как и в самую первую встречу она сидела с идеально прямой спиной, сегодня на ней было платье с высоким воротником-стойкой золотого цвета. Под стать оперенью жар-птицы, оно переливалось в свете огней, подчеркивая излишнюю бледность царицы. Смоляные волосы, заплетённые в тугие косы, были уложены в корону вокруг. Венчала всё это великолепие диадема, щедро украшенная драгоценными камнями. Сидящий у подножия трона шут даже не взглянул в их сторону, он равнодушно смотрел поверх присутствующих в зале. Гвидон ловко взбежал по ступеням к матери, увлекая за собой Катю. Только сейчас она заметила позади трона ещё два одинаковых кресла. Мила, взмахнув крылом, перелетела на спинку одного из них и уселась за Катиной спиной.
— Дрессированная, — пояснила она на изумлённый взгляд Гвидона, — Ну, в смысле ручная. В общем, не парься, не улетит, — вздохнула она и отвернулась от царевича — меньше всего ей сейчас хотелось ему что-то объяснять.
— Пора начинать, — промолвила Мелитриса, взмахнув рукой.
Повинуясь приказу, откуда-то сверху заиграла музыка, вперёд вышел высокий, статный мужчина в белоснежном камзоле, отделанном золотыми нитями. Он начал рассказывать, что бал в честь важного гостя, как царица счастлива лицезреть всех присутствующих… «И блаблала…», — подумала Катя, не слушая его нудную речь. Её больше интересовал Илай, сидящий совсем рядом, она буквально прожигала взглядом его спину. Ей так хотелось вскочить со своего места, вцепиться в него и не отпускать, пока он либо не вернёт их обратно, либо нормально не объяснит, что за условия такие. Столько загадок вокруг… Она устала от них.
— Ну же, идём, — очнулась Катя от слов Гвидона, который стоял, протягивая к ней свою руку.
— А? Что? Куда идём? Мы же только что пришли, — недоумевала подруга.
— По традиции нужно открыть бал. Сегодня он особенный, — загадочно улыбался Гвидон, — Честь открыть его выпала нам с тобой.
— Ну ладно, как там открывать балы ваши? Что-то сказать надо? — Царевна подала руку, и они вышли в центр зала.
Катя уже приготовилась толкнуть торжественную речь, как она тоже счастлива всех тут видеть, но вдруг заиграла музыка, и Гвидон, подхватив Царевну, закружил по залу.
«Вальс, — узнала мелодию Катя, — Твою ж… мать…» — мысленно ругалась Царевна. Ноги путались в длинном платье, было жутко неудобно, но тело вдруг вспомнило движения. «Спасибо, мама, пригодились твои танцы, — порадовалась она, — Не зря мучилась».
Прозвучали последние аккорды и, поклонившись, Гвидон повёл её обратно, но на полпути их перехватил Владыка.
— Вы позволите пригласить вас на следующий танец? — протянул он руку Кате.
Слегка смутившись, Царевна нашла в толпе Машу, и та часто-часто закивала. «Соглашайся!», — если бы могла, закричала она подруге. Катя уже потянулась к его руке, как вдруг Гвидон вышел вперёд, отодвигая её за спину.
— Моя невеста танцует только со мной.
— Невеста? — брови Владыки от удивления взлетели вверх, — Примите мои поздравления, Ваше высочество, — почтительно склонил голову мужчина.
Гвидон расплылся в счастливой улыбке, а Катя недовольно зашипела сзади:
— Не припомню, чтобы я давала согласие. Только от одного недожениха избавилась, второй на мою голову.
— Я хотел сделать тебе сюрприз, — обернулся Гвидон к невесте.
«Хорошенький сюрприз… — пронеслось в голове у Царевны, но ссориться с ним точно не стоит, — Значит, будем действовать хитростью». Раз так падок на лесть, Катя решила зайти с этой стороны. Она приблизилась к нему вплотную и что-то жарко зашептала ему на ухо. От её слов Гвидон сперва покраснел, потом расплылся в довольной улыбке и самолично вложил Катину руку в ладонь Владыки.
— Дозволяю.
Вновь заиграла музыка, и зал наполнился парочками, спешащими на первый танец королевского бала.
— В полночь уходим из дворца. Постарайся в это время оказаться подальше от любопытных глаз.
Катя кивнула.
— В это время Иван и Варя должны вытащить из темницы остальных. За стенами нас будут ждать.
— А если погоня?
— Об этом не волнуйся, я…
И тут Катя увидела Елисея: он кружил в танце с той самой девицей, которую бессовестно обнимал в беседке.
— Ты всё поняла? — строго спросил Владыка.
Если честно, то Катя ни слова не услышала. Она машинально кивнула, подумав, что Машка точно в курсе, да и богатыри тоже. Вон Алекс не сводит с неё глаз, пока она с другими танцует. Напряжён. Волнуется. Справимся как-нибудь.
— Хорошо.
— И всё-таки, что ты сказала царевичу? — полюбопытствовал Дамир, когда план был рассказан.
— Пообещала жаркую ночь любви, — беспечно пожала плечами подруга.
— Хм, приличные девушки так не поступают.
— Значит повезло, что я неприличная, — хмыкнула Катя, — Но очень рассчитываю, что до ночи мы выберемся отсюда.
Танец сменился другим, и Дамир подвёл Царевну к трону. Гвидон напряжённо следил за ними, а когда Владыка на прощание поцеловал Кате руку, сжал кулаки…
«Ой, дурак, — мысленно закатила Катя глаза, — Тоже мне Отелло нашёлся». Стоило только Кате вернуться на своё место, как царевич мёртвой хваткой вцепился в руку девушки и, похоже, отпускать больше был не намерен.
«Фу-фу-фу, — мысленно содрогнулась Катя, — Вот вернусь домой или куда там мы придём, и целиком помоюсь. До чего Гвидон противный».
— Иван, пора, — высунулась из кармана Лягушка.
Осторожно пробираясь сквозь толпу, Варя заметила, как в сторону балкона направился Елисей с белобрысой девицей.