— Ты такая… — запнулась, подбирая слово Жасмин, — Добрая. Почему? Я обманывала вас, притворяясь подругой. А ты утешаешь? Зачем? — успокоившись, спросила джинна. Она никак не могла понять, почему Маша добра к ней.
— А как по-твоему я должна поступить? — пожала плечами наша подруга, — Пройти мимо?
— Ну да.
— Нет. Во-первых, мне очень любопытно, что с тобой случилось. Расскажешь? — но Жасмин лишь помотала головой, — Я так и думала. А во-вторых, ты такая же пленница, как и мы, поэтому нам нужно держаться вместе. Пусть не как друзья, а как союзники. Так победить у нас больше шансов, понимаешь?
Жасмин задумалась. То, что эти неугомонные не сдадутся, она была уверена, но вот что предложат бороться вместе — нет. И сейчас размышляла, как поступить. Наконец, она приняла решение:
— Я с вами. По одиночке победы не добиться, а вот, объединив усилия, очень даже возможно. Только, что мы будем делать?
— Для начала, — Маша стёрла слёзы с ресниц сидящей напротив джинны, — Успокойся, идём, — она поднялась и потянула за собой союзницу.
— Куда?
— Кто ходит в гости по утрам, — усмехнулась Маша, вспоминая Винни-Пуха, — К Илаю, куда же ещё, — вздохнула, видя непонимание в глазах девушки, — Попрошу, чтоб не вздумал сюда Добрыню с Милой возвращать. Мы справимся сами, а они пусть будут в безопасности.
Жасмин послушно следовала за Машей, полностью доверившись её плану: «Раз она так уверенно говорит, значит, знает, что делать. А я помогу».
Постучав в дверь и получив разрешение войти, Жасмин и Маша оказались внутри домика. Несмотря на ранний час, Илай и Нахида сидели за столом и мирно завтракали.
— Прошу, присоединяйтесь к нам, — пригласила дух пустыни девушек к столу, на котором было такое разнообразие, что у Маши заурчало в животе. И хоть изначально она планировала только озвучить Илаю просьбу, подруга сдалась.
Жасмин нерешительно помялась на пороге, а затем последовала примеру Маши, заняв место рядом с Илаем. Скатерть оказалась подобием самобранки, только с узорами на восточный манер. За время путешествия по пустыне Маша так соскучилась по обычной русской кухне, что на завтрак попросила тарелку каши и чашку горячего чая с мятой.
— Никогда не думала, что шашлык может так надоесть, — ворчала она, покосившись на мясное блюдо.
Бросив мимолётный взгляд на духа пустыни, Маша отметила про себя, что в её облике что-то неуловимо изменилось. То ли морщин стало меньше, то ли горбиться перестала.
— А мне нравится, — подцепил кусок Илай, — Так зачем вы здесь?
— У меня просьба, — вспомнила о цели визита Маша, — Мне бы не хотелось подвергать опасности Милу и Добрыню. Её клубок… Они же могут вернуться в любой момент, можешь не допустить этого?
Пару минут понадобилось Илаю на размышления, а затем он кивнул.
— Ты права, это, — ткнул он на узор на её шее, — Странная магия, и снять её я не могу, прости. Здесь становится опасно. И лучше бы им оставаться в Тридевятом царстве. А вам придётся самим выпутываться, перенести сейчас я вас не могу.
— Впрочем, как и всегда. Всё сам, всё сам, — отпивая ароматный напиток, с укором произнесла Маша, глядя на Илая, — От тебя и в прошлый раз было мало толку.
— Ну знаешь ли, — вскинулся блондин, — Вас сюда насильно не тянули, вы сами выразили желание мир спасать
— И спасём! — с шумом поднялась подруга, — Вот увидишь, всех спасём. Без твоей помощи. Ты, главное, не мешай. Спасибо за завтрак, — кивнула Маша молчавшей всё это время Нахиде, — Идём, — уже резче сказала она Жасмин, и обе девушки скрылись за дверью, не забыв хлопнуть напоследок погромче.
— Помогатор, блин! — злилась Маша, — Никакого толку от белобрысого.
Она широким шагом спустилась с крыльца, таща за собой за руку джинну, и направилась вглубь парка. Возвращаться в замок не хотелось. Надобности в завтраке тоже нет. Так что свежий воздух и прогулка — то, что доктор прописал. «Доктор… Дамир», — кольнуло в груди, но он, как минимум, до завтра проспит, так что пару часов на улице ей не помешают. Задумавшись, она бежала по парку всё глубже и глубже, утягивая за собой Жасмин.
— Ай, смотри куда прёшь! — послышалось под ногами, и Маша с удивлением уставилась на дорожку, где лёжа на солнышке развалились два подозрительно знакомых дракона, только в мини версии.
— Горыныч? Лёля? — удивлённо рассматривала русалка их тушки, греющиеся на тёплой плитке. Их размеры были так малы, что Маша легко подхватила одного из них на ладонь и поднесла ближе к лицу, — Что с вами случилось?
— Мы дыхнули огнём, и вот, — печально вздохнула средняя голова Горыныча.
— Огонь не причём, — парировала Леля, оставшаяся на земле, — Это другое.
— Я, кажется, знаю, в чём дело, — подключилась к диалогу Жасмин, и все тут же уставились на неё, — Это брат уменьшил вас.
— Тогда верни нас, как было, — тут же потребовала Лёля, гневно сверкая глазами.
— Прости, — развела руками джинна виновато, — Мой дар позволяет лишь принимать чужой облик.
— Опять твой Ифрит, — закатила глаза Маша, — Куда ни плюнь — везде он.
Ифрит.
После слов брата, что Нахида проведёт ночь под одной крышей с Илаем, Ифрит не сомкнул глаз. Всё ворочался на роскошной кровати. Мысли в голове бродили одна мрачнее другой. Вторая сестра встала на сторону людей, кхары теперь слушаются непонятно кого, а разбираться со всем предстоит ему. От братьев, как обычно, мало толку, они просто исполнители. Ближе к утру всё-таки он принял решение вернуть духу прежний облик, чего уж скрывать от самого себя? Ему невыносимо хотелось увидеть её прежней красавицей, услышать нежный голос, прикоснуться. А, если повезёт, и завоевать.
Потянувшись на постели, он накинул роскошный шёлковый халат и, подойдя к окну, отдёрнул шторы. Первое, что Ифрит увидел — покосившийся домик. С какой-то странной нежностью джинн посмотрел на замшелую крышу, свечу на окне… Перевёл взгляд на двор за ним и не сразу понял, что не так. Кхары! Они пропали… Сами уйти они не могли, приказа он не давал. А это значит, что опять эта девчонка приложила руку. Распахнув настежь окно, он высунулся наружу и во всё горло закричал:
— Марааа!
«Или Маша?» — мелькнуло сомнение в том, что он правильно запомнил её имя.
Маша.
— Марааа! — пронеслось эхо над парком.
От гневного крика Жасмин побледнела, драконы на ладонях девчонок закрутили головами по сторонам с опаской, а Маша как-то зловеще улыбнулась:
— Мара? Будет тебе Мара, противный джинн. Идём, — потащила она вяло сопротивляющуюся союзницу во дворец, — Устроим ему доброе утро.
Глава 13
Сказочка
Дожидаться отца Заир решил в доме Ботко. «Осмотрюсь пока, выясню, куда нас занесло и как отсюда выбираться», — решил он.
Хоть и проснулся он рано, но в доме оказался один. Дарина и её отец уже ушли по своим делам. ' Это даже к лучшему', — вспомнив, как эта жадина отобрала у него отвар, обрадовался Заир. На столе обнаружился стакан молока и пара пирожков, заботливо укутанных холщовой тряпицей. Позавтракав, Заир убрал за собой посуду и вышел во двор. Утреннее солнышко приятно пригревало, пение птиц радовало слух. Перед домом важно расхаживал петух, охраняя наседок, вдалеке у пруда паслись гуси. Обычное утро в деревне. Для Заира же всё было в новинку. Выросший в столице совершенно иного мира, он с интересом познавал простую сельскую жизнь.
— Смотри, кто это у нас на крыльце? — всматриваясь в фигуру незнакомого мужчины в белом халате, поинтересовалась у Добрыни Мила.
— Судя по одежде, — задумался он, — Похож на кого-то из Аш-Нуи. Наши точно в такое не наряжаются. Идём, — ускорил он шаг и уже через несколько минут оказался перед калиткой родного дома.
— Любезный, — окликнул Заира Добрыня, — Ты кто таков будешь?
— Доброе утро, — развернулся к ним незнакомец, — Я Заир, сын Джафара, — по привычке представился он.
— То-то я думаю, халатик твой похож на одежду из пустыни, — улыбнулась девушка, — Я Мила, а это, — она повернулась к своему спутнику.
— Жених её, Добрыня, — протянул руку Заиру тот, — Зачем пожаловал?
— Откуда ты про пустыню знаешь? — напрягся попавший сюда мужчина. Никто из местных до сих пор ему таких слов не говорил.
— Это будет долгий разговор, — вздохнула наша подруга, вспоминая о тех, кто остался во дворце султана.
Заир, видимо, тоже так подумал, поэтому посторонился и хозяйским жестом пригласил пару войти, вызывая усмешку на губах Добрыни. «Надо же, дожил. Чужак в собственный дом в гости приглашает».
Беседа получилась долгой, вплоть до самого обеда. Мила достала из печи чугунок щей, томившийся там с раннего утра, нарезала хлеб, испечённый накануне Дариной, и вернулась за стол к мужчинам. Добрыня уже не смотрел враждебно на Заира, он понимал, каково это — оказаться в незнакомом мире да ещё и не знать, как вернуться домой. Прекрасно помнил переживания Милы, тогда ещё пребывающей в образе чудо-птицы. Да и сам, попав в пустыню, первое время был немного растерян. Но что-то его напрягало, хотя сам он толком бы не мог объяснить, что именно.
— А отец-то твой где? — спросила Мила.
— Отправился налаживать торговые пути, у вас тут, как я понял, с этим проблемы. А он лучший в своём деле.
— И как ты думаешь назад попасть? — говорить о том, что у них есть волшебный клубок, Добрыня не спешил, но добрая душа Мила тут же предложила.
— Так мы можем их с собой взять, клубочек-то имеется, — под строгим взглядом Добрыни, Мила прикусила язык, понимая, что сболтнула лишнего.
Но Заир уже услышал и заинтересованно уставился на неё:
— Что за клубочек? — от нетерпения он даже приподнялся с лавки.
Пришлось рассказывать о путеводителе по мирам.
— Интересно, — изрёк он, — Вот только отец вернётся только завтра, без него я не пойду.
— А мы как раз завтра и собирались, — бесхитростно выдала девушка, вызывая недовольный вздох любимого.