жный океан стремительно мелеет? Развяжут войну? Применят оружие массового уничтожения?
Если установку удастся усовершенствовать, окончательным анализом займутся члены основной группы, предварительно разогнав свой разум, но даже при таких условиях на эти вопросы будет очень нелегко ответить.
Кира быстро догнала мужа и Росса Мецгера, который вывел их из своей лаборатории, мимо утопленного в стену у самой двери сканера отпечатков, в короткий коридор. За ним располагалась еще одна лаборатория с высоким потолком, длиною примерно с половину футбольного поля. Все пространство заполняли мониторы, лазеры и разнообразные экзотические установки. Тем не менее лаборатория была настолько обширной и хорошо продуманной, что вовсе не казалась тесной.
Пройдя лабораторию, троица вошла в один из четырех конференц-залов компании. Длинный стол с полированной столешницей из вишни окружали черные крутящиеся кресла с высокими спинками. Друзья расселись и начали оживленно дискутировать.
Спустя минут двадцать их разговор прервал скрежет, донесшийся из кармана Мецгера. Майор с подозрением взглянул на свой карман и достал вибрирующий телефон.
– Прошу прощения, – сказал он. – Не ожидал никаких сообщений.
Росс несколько раз коснулся пальцем экрана и нахмурился. Дэш поднял брови.
– Проблемы?
– Наверняка какая-то ерунда, – ответил майор. – Но все равно нужно проверить. Подождите здесь. Я вернусь через пять минут.
Он пошел к выходу, но у самой двери обернулся и, ухмыляясь, повторил:
– Пять минут. Надеюсь не застать вас в какой-нибудь компрометирующей позиции.
Дэш улыбнулся и с деланым возмущением ответил:
– Да ладно, майор, разве можно так не уважать друзей? Мы уже не школьники с кипящими гормонами. Я думаю, мы в состоянии сдержаться на пять минут. – Затем он одарил Киру развратным взглядом и поднял брови. – С другой стороны, раз уж ты сам завел об этом речь…
Мецгер покачал головой и вышел, сделав вид, что собирается оставить дверь конференц-зала открытой.
Дэвид стянул Киру с кресла и крепко обнял.
– Мне всегда нравился образ мыслей Росса, – сказал он, чуть касаясь губами ее губ.
Кира прижалась к нему теснее и с мягкой страстью ответила на поцелуй. Через полминуты их губы разомкнулись и оба открыли глаза.
Они ослепли.
Они не видели ничего, даже лиц друг друга.
Весь комплекс погрузился в непроглядный мрак.
Дэш осторожно разомкнул объятия, и в этот момент с громким щелчком запустился резервный генератор. Свет вспыхнул и тут же вновь погас, вернув в комнату абсолютную тьму.
Кира мгновенно насторожилась. Электричество может отключиться случайно, но когда тут же отключается и резервное питание, о случайностях говорить уже не приходится.
– У нас неприятности, – без особой надобности прошептал Дэвид.
Он нашарил в темноте руку Киры и крепко сжал ее.
Женщина засунула свободную руку в карман и нащупала брелок для ключей – маленький диодный фонарик, красный металлический цилиндр размером с пальчиковую батарейку. Маленький, но удивительно мощный. Она отстегнула фонарик от кольца, включила и вложила в свободную руку Дэша. Тот прикрыл фонарик ладонью, чтобы они могли разглядеть открытую дверь и осторожно выглянуть наружу.
Кира вздрогнула, когда со стороны лаборатории Мецгера донеслась оружейная пальба. Сплошная тьма усиливала рефлекторную реакцию организма, и пульс Киры взлетел до небес.
Дэш не один год прослужил в спецназе, и при звуках стрельбы его разум и тело перешли в состояние повышенной боеготовности; теперь с ним могли сравниться лишь немногие. Он вел луч фонарика по дуге, осматривая оборудование лаборатории, пока не увидел опору массивной установки – высокоэнергетического лазера. Без питания установка становилась не более чем здоровенным пресс-папье, но вполне годилась в качестве укрытия. Дэш бросился к ней, практически волоча за собой Киру.
– Подожди здесь, – прошептал он. – Скоро вернусь.
– Я пойду с тобой, – шепнула она в ответ. – Ты знаешь, я могу за себя постоять.
– Знаю. Но все равно жди здесь, – твердо ответил Дэвид.
Он поспешил на звук оружейной стрельбы, забрав с собой фонарик. Кира вновь осталась в полной темноте, лишившись возможности следовать за мужем.
Она скорчилась за тяжелой стальной опорой, до предела напрягая слух. Мобильный телефон соблазнял воспользоваться им в качестве источника света, но Кира знала, что так она только выдаст свою позицию.
«Дерьмо», – рассерженно подумала женщина. Они слишком расслабились. Решили, что полностью ушли с радаров и что их хакерские навыки обеспечивают отличное прикрытие. Решили, что их изобретения – электроника и оптика, которые они использовали для передачи фальшивых изображений на уличные камеры видеонаблюдения и прочие следящие устройства, – гарантированно скроют существование группы.
После пары мучительно долгих минут абсолютной тишины Кира услышала чьи-то шаги в дальнем конце лаборатории. Дэвид? Если это не он, ее единственный шанс – сидеть как можно тише и надеяться, что ее не заметят.
В ушах стучала кровь. Невозможность разглядеть хоть что-нибудь на расстоянии пары сантиметров лишала присутствия духа на каком-то глубинном, первобытном уровне. Кире довелось побывать во многих смертельно опасных ситуациях, с очень слабыми шансами выбраться из них живой, но она не могла припомнить, когда еще чувствовала себя настолько беспомощной и напуганной, как сейчас.
Вместе с человеком по лаборатории перемещался источник слабого света. Прикрытый фонарик. Киру переполнило облегчение. Это должен быть Дэвид.
Фигура быстро двигалась в ее сторону, натыкаясь на небольшие препятствия. Но когда она приблизилась, Кира смутно разглядела массивные, чудовищные очертания. Это не Дэвид. Это вообще не человек.
Женщина открыла рот, давясь вздохом, и в эту минуту наконец осознала, что же она видит. Да, это был Дэвид. Но он тащил на себе, уложив на шею и плечи перпендикулярно земле – так носят пострадавших пожарные, – большое тело.
В следующую секунду Кира поняла: человек, который болтается на шее Дэша, как двухсотфунтовый шарф, – Росс Мецгер.
Он был без сознания. А возможно, и мертв.
Дэш добрался до укрытия Киры и протянул ей маленький фонарик.
– Веди нас в кабинет, – прошептал он, уверенно удерживая на плечах недвижное тело. – Поторопись.
Кира начала пробираться между оборудованием, Дэвид шел следом.
– Как Росс? – спросила она.
– Пулевое ранение в живот. Я кое-как перевязал рану, но у него мало времени.
Не прошло и минуты, как они добрались до ряда больших кабинетов. Кира выбрала четвертый и распахнула дверь. Дэш вошел внутрь и осторожно опустил Мецгера на пол у входа. Он обыскал карманы друга, рассчитывая на спички или зажигалку, но нашел только мобильный телефон. Протянул телефон Кире и последовал за ней в глубь кабинета.
– В комплекс ворвалась большая группа коммандос, – прошептал Дэвид. – Несколько человек разбирают реактор. Росс сумел заманить остальных в свою лабораторию. В него попали, но он смог выбраться наружу и запечатать пальцем помещение.
Когда Дэш добрался туда, автономное питание приводов как раз заканчивало сдвигать стальные створки, к большому удивлению оставшихся внутри незваных гостей.
– Прежде чем Росс потерял сознание, он успел сказать, что там как минимум шесть человек, все в черном, – мрачно продолжал Дэш. – И все с приборами ночного видения. Он сказал: судя по их снаряжению и оружию, это не армия и не люди из спецопераций. Наемники высшего класса. Самые сливки.
– Наемники? Но кто их нанял? – прошептала Кира.
Дэш беспомощно покачал головой. У него не было ни одной идеи. И он не представлял, как им удалось проникнуть в здание. Они совершили буквально невозможное. Ни одна команда на такое не способна. Они ворвались в комплекс, который защищала не имеющая аналогов электронная система безопасности, – и ни один колокольчик не звякнул. Они вырубили основную и резервную энергосистемы с такой синхронностью, которой позавидовали бы швейцарские часы.
Дэш полагал, что они совершили только одну ошибку. Вероятно, один из них задел сенсорный датчик во время демонтажа реактора, и Росс получил его сигнал. А поскольку проникнуть на территорию комплекса вне рабочего времени и не потревожить систему безопасности было невозможно, Мецгер решил, что датчик просто неисправен.
Кира озабоченно посмотрела на мужа.
– Сколько они будут выбираться из лаборатории Росса? – прошептала она.
– Пять минут… Максимум десять.
– Пять-десять минут? Я видела спецификации. Это должно занять несколько часов, в лучшем случае. Ты думаешь, они настолько хороши?
– Еще лучше, – просто ответил Дэш. – Но им придется быть настороже, пока они играют в Гудини[3]. Мало ли, вдруг я жду их на выходе… Так что, допустим, десять-пятнадцать.
Он замолчал, обдумывая возможности. Эти люди наверняка проводили операцию по всем правилам, а значит, они оставили минимум одного человека следить за входом и еще одного – наблюдать за парковкой, причем со своими приборами ночного видения. У слепого в бою против зрячего примерно столько же шансов, сколько у голого – против танка.
Дэш понимал: его единственная надежда – сравнять условия.
Если бы у них были капсулы, абсолютное оружие в условиях чрезвычайной ситуации, дела могли бы пойти иначе. Но вся команда пришла к убеждению, что надежно спряталась. И они решили усиливать свой разум только вне этого комплекса, чтобы не провоцировать социопатические наклонности своих гениальных альтер эго.
Кира включила экраны обоих телефонов, которые держала при себе, и отдала Дэшу фонарик. Дэвид принялся рыться в ящиках стола, пока не нашел упаковку косметических салфеток. Он осторожно достал все оставшиеся, потом распахнул дверь и посветил фонариком налево и направо. Похоже, все было чисто.
– Оставайся у двери, – предупредил он Киру. – Я собираюсь поджечь это место. Огонь не даст им видеть в темноте и включит пожарную сигнализацию.