Пи-Джей вновь перевел взгляд на колею, и руки инстинктивно сжали рычаги тормозов: поперек дорожки лежало дерево. Колдинг с трудом удержал снегоход. Заднюю часть занесло влево, но ему удалось остановиться параллельно упавшему стволу. Сани сейчас смотрели носом точно на трехфутовой высоты сугроб по правой стороне дороги.
В мертвом и лишенном коры, диаметром около фута стволе, блокировавшем путь, мало что осталось от дерева. Если б Колдинг налетел на него на полной скорости, он разбил бы снегоход, а может, и сам убился. Дерево рухнуло с левой стороны колеи и перекрыло не всю дорогу, протянувшись лишь фута на четыре. Они с Энди легко могли объехать его справа.
Но что-то с этим деревом было не так.
Сзади замедлился и остановился на своем «Поларисе» Энди, осветив фарами препятствие. Колдинг слез с «Арктик кэта» и присел на колени у бревна. Он поднял защитную маску, чтобы получше рассмотреть: старое дерево покрывали белые, длинные, глубокие параллельные борозды.
Следы когтей. Когтей… Может, медведь?
«Не медведя. Ты знаешь чьи».
Нет. Не может быть.
Пи-Джей почувствовал, как Энди подходит к нему со спины. На протяжении многих лет Энди много раз бывал на Черном Маниту. Может, он скажет, что это в порядке вещей, а не то, в чем Колдинг был почти уверен. Колдинг похлопал по отметинам когтей левой рукой.
— Энди, взгляни-ка. Ты когда-нибудь видел такое на острове?
Энди наклонился.
— Не думаю. Что это?
— Очень похоже на следы когтей. Пожалуйста, скажи мне, что на острове водятся медведи.
Энди выпрямился, качая головой.
— Не видел тут ни одного. Хотя в местных лесах бывал сто раз.
Колдинг провел пальцами в перчатке по глубоким следам. Четыре параллельные борозды были почти в дюйме друг от друга. Когти должны быть просто огромными. Интересно, подумал он, куда двигалось это существо — на юго-запад, к особняку, или на север, к Румкорфу?
И тут он увидел следы. Повсюду. Сотни следов, впечатанных в плотную колею: большие, восемь дюймов шириной и фут длиной, четкие дырочки кончиков когтей перед отметиной каждой лапы. Фары снегохода рисовали длинные черные тени внутри отпечатков, делая их глубже, шире и зловещей.
Если Румкорфу удалось вернуться, значит… могли вернуться и коровы.
Воспоминание о зародыше, бросающемся на камеру, вдруг тревожно всколыхнуло память. Несколько фунтов тогда, а сейчас? Наверное, за двести.
Колдинг встал и пошел назад к своему снегоходу.
— Энди, поехали отсюда скорей. Кажется, я знаю, кто оставил отметины на бревне. — Он перекинул ногу через сиденье и сел. Прежде чем нажать кнопку стартера, он чуть помедлил и оглянулся. Энди стоял там же и стягивал перчатки:
— Ну, это место лучше не придумаешь.
— Для чего?
Одним плавным движением Энди расстегнул молнию комбинезона, запустил внутрь руку и вытянул ее уже с «береттой», нацеленной на Колдинга.
— Для того, чтобы отплатить тебе за то, что ты меня «опустил».
Колдинг завороженно смотрел на пистолет. Как он мог быть таким болваном? Надо было попытаться убрать Энди в ту же секунду, как он понял, что С-5 на острове. Теперь уже никак не успеть расстегнуть комбинезон и выхватить пистолет — Энди пристрелит его.
— Энди, коро… коровы… Магнус говорил тебе, что внутри тех коров? Секунду, послушай меня… взгляни на эти странные следы. Это те самые существа.
Энди кивнул:
— Согласен, проблема, точно. Но знаешь что? Это не проблема для тебя. Уже.
Вот и все. Сейчас он умрет, застреленный на этом промерзшем острове.
— Энди, прошу тебя, — Пи-Джей слышал, как его голос чуть дрогнул. Интересно, это звучит просьба о пощаде? Это из его рта вылетела она? — Слушай, старина, это плохо, это неправильно, не делай этого…
— Ошибаешься. Мне Магнус приказал. Или ты, или я. Хорошо, плохо, но пушка у меня, и я выбрал тебя.
Разум Колдинга в панике метался сказать что-то, но слов не находилось. Каково оно — когда тебя пристрелят? Боже мой, боже мой… может, броситься Энди в ноги, может…
Щелчок взведенного курка.
— Ты готов, Бубба?
Колдинг ничего не сказал, не мог ничего сказать.
Темноту прорезал треск. Всем телом Колдинг вздрогнул в стремительном предчувствии смертельной боли, но через долю секунды понял, что звук прилетел из леса. Хруст сломанной ветки.
Энди повернул голову на звук. Пистолет остался наведенным на Колдинга.
Пи-Джей шевельнулся, готовый броситься на Энди, но не успел даже приподняться с сиденья, как тот повернулся, словно пригвоздив взглядом Колдинга.
— Даже не думай, урод.
Колдинг замер. «Облажался. Как же я облажался…»
Еще один сухой треск, на этот раз тише, но все еще отчетливый. Колдингу показалось, что он видит движение там, в темноте леса.
От деревьев за спиной Энди прилетел низкий, неспешный, утробный рык.
Колдинг весь покрылся мурашками. Он ощутил в себе такой незнакомый первобытный страх, несравненно острее, чем от нацеленного в лицо дула пистолета.
Энди сделал несколько шагов назад, увеличив расстояние до Колдинга, затем вгляделся в черноту леса. У Пи-Джея перехватило дыхание. Он должен бежать отсюда, должендолжендолжен, но Энди не даст ему даже пошевелиться.
— Их полно, — заговорил наконец Колдинг; слова вылетали торопливо. — Штук сорок, без меня тебе с ними не справиться, загрызут. Два пистолета, слышишь, два!
— Болтаешь слишком много, — ответил Энди. Он еще раз прицелился в Колдинга. — Я не шутил, козлина.
И тут из леса что-то метнулось.
Энди вздрогнул и одновременно выстрелил, выбросив вперед руку. Пуля впилась в сиденье за Колдингом, распоров винил и выпустив на волю большой пук поролона.
Невероятное.
Это было единственно верным словом для выскочившего существа. Белое с черными пятнами, размером со льва, на вид — смесь гориллы с гиеной, мощные плечи, черные глаза-бусинки, пасть настолько большая, что могла перекусить человека пополам, и зубы такие, будто могли рвать листовую сталь. Намного тяжелее четырехсот фунтов.
— Ни хрена себе… — проговорил Энди.
Существо с рыком кинулось к ним, мощные мускулы пульсировали под черно-белой шкурой, выпирающая грудь толкала и разбрасывала снег, как летящий по воде скоростной катер. Длинный гребень поднимался за его головой, а от него к спине тянулась ярко-желтая перепонка.
«Лучше б я получил пулю», — эта мысль Колдинга затмила все остальные.
Он вдавил пальцем кнопку «Пуск». Мотор завелся, и Колдинг резко выкрутил газ.
Энди крутанулся на месте, чтобы выстрелить в Колдинга, но мгновенно передумал и повернулся к приближающемуся существу — до него оставалось всего двадцать ярдов, и расстояние быстро сокращалось.
Бах-бах-бах-бах-бах-бах-бах-бах.
Сани Колдинга рванули вверх и перелетели через трехфутовый занос. Он с трудом вырулил влево, параллельно колее.
Бах-бах-бах-бах.
Каждый выстрел вынуждал Колдинга вздрагивать и гадать: может, в него летят пули, а он просто не чувствует? Снегоход кренило в глубоком снегу. Разогнаться не удавалось. Колдинг оглянулся на зверя, силящегося ползти к Энди: он получил как минимум десять пуль с расстояния прямого выстрела и все равно двигался к своей цели, хватая огромными челюстями пустой воздух.
Энди повернулся, поймав глазами Колдинга. Пустой магазин выпал в снег. Второй был уже у Энди в руке — он вставил его в рукоять «беретты» с тошнотворной профессиональной поспешностью.
Колдинг бросил взгляд вперед и пригнулся, так как снегоход наконец ускорился. Единственное, что он слышал, — мощный рев двигателя. Упавшее дерево мелькнуло слева.
И тогда он увидел их.
Впереди и справа еще два зверя выходили из ночной темени леса, лишь чуть подсвеченные фарами его снегохода. До них оставалось десять ярдов, и расстояние быстро таяло.
В плексигласовом ветровом стекле пробила отверстие пуля.
Колдинг взял влево, к колее. Теперь надо перескочить сугроб, как показывала Сара. Дроссель и так был открыт до отказа, но он все равно тянул ручку на себя.
Резкая боль обожгла правое плечо, но руля Пи-Джей не выпустил.
Сближаясь спереди справа, первый зверь прыгнул на него. Снегоход взлетел на сугроб, и Колдинг с силой оттолкнулся ногами от полозьев. Сани выскочили на колею, закрутив за спиной наездника снежный шлейф. Словно в замедленном воспроизведении, Колдинг видел, как лапы с неправдоподобно длинными когтями тянулись все дальше и дальше, замыкая дугу как раз в том месте, где только что была его задница. Корму снегохода, который в этот момент находился еще в воздухе, накренило влево. Колдинг бросил тело вправо, противодействуя крену, и «Арктик кэт» тяжело брякнулся на колею, болезненно тряхнув тело и резко дернув голову седока вперед. Сани повело в занос, закрутило, но остановиться значило погибнуть, и Колдинг отчаянным усилием укротил машину.
На укатанном грунте снегоход за несколько секунд набрал пятьдесят миль в час, ревущей ракетой помчавшись вдоль темной колеи. Звери попытались преследовать, но буквально через несколько мгновений поняли, что эту добычу не догнать.
И тогда они вновь обратили внимание на другую жертву — ту, что стояла за поваленным деревом.
3 декабря, 21.53
Энди пять раз выстрелил в Колдинга, прежде чем почувствовал когти на своей ноге. Он непроизвольно подпрыгнул вверх, резко выбросив вперед ногу и сохранив равновесие за мгновение перед тем, как перескочить через упавшее дерево. Не веря своим глазам, он смотрел вниз на монстра.
«Я же эту заразу прострелил двенадцать раз».
И все равно зверь дополз до него, оставляя на снегу ярко-красный след, подсвеченный фарами снегохода. Энди прицелился в голову. Зверь раскрыл пасть — огромную и жуткую, так и не оставив намерения отобрать жизнь у Энди.
Он нажал на спуск: бах-бах-бах-бах-бах!
Пули летели в раскрытую пасть, ломая острые зубы, дырявя черный язык, а потом вылетая из затылка в фонтанах крови.