л выбиваю куски дерева ногой, слыша, что рядом со мной уже свистят новые пули и лязгают челюстями киберпсы, выпущенные преследователями. Прыгаю в неизвестность. Лечу…
…падаю на мокрый от только что прошедшего дождя газон, больно ударяюсь плечом и на мгновение теряю сознание. К счастью, оно быстро возвращается туда, где ему самое место, – в мою ничего не понимающую голову, которая каким-то чудом избегает прямого столкновения с землёй.
C трудом поднимаюсь на ноги. Тело неистово болит, но вроде бы ничего не сломано – спасибо газону и рюкзаку, набитому всяким хламом. Мне снова везёт (хотя можно ли назвать это везением?). Я всё ещё жив.
Осматриваюсь. Из окна на торцевой стене, откуда я только что выпрыгнул, валит дым и доносятся крики: «Нашего завалили!» и «Подозреваемая убита!», сливающиеся с пронзительным лаем робопсов. Вокруг никого, и даже спецназовцев не видно: слева – тихая проезжая улица, справа – пустынный двор. Поворачиваюсь: прямо передо мной одноэтажный серый дом, разделённый надвое маленькой тёмной аркой. Осторожно выглядываю за угол. Перед входом в особняк, которым я недавно любовался, стоят четыре военных броневика с работающим мотором. Понимая, что я всё ещё в опасности, со всего духу несусь в арку. Пробегаю без остановки несколько московских дворов насквозь. В ногах не остаётся сил, а в лёгких – воздуха. Миновав очередную арку, останавливаюсь, наклоняюсь, глубоко и прерывисто вдыхаю, сжимая руками ноющие колени.
Разгибаясь, поднимаю голову… и роняю челюсть от изумления. Через дорогу от меня – Павелецкий вокзал.
9.0«Павелецкая»
В юности я много, слишком много играл в компьютерные игры: ночами пялился в экран росбука, рубясь в сетевые стратегии, а днём прогуливал ненавистную гимназию, зависая у друга Дани. Он одним из первых в параллели стал обладателем дорогущей игровой AI-консоли (Данин батя был большой шишкой нашего военного городка). Помимо разрешения в 64K и запредельной по меркам тридцатых частоты кадров в 1000 FPS, главной фишкой консоли являлся искусственный интеллект, который подстраивался под особенности игроков, определяя его сильные и слабые стороны. Таким образом машина становилась ещё умнее, развивая не только свои навыки, но и твои скиллы и постепенно превращая тебя из зелёного профана в матёрого профи.
Однажды, когда я в очередной раз пришёл к Дане, он встретил меня на пороге с видом безумного учёного, который спустя долгие годы работы в конце концов открыл-таки новый закон, призванный перевернуть привычный мир вверх ногами. Так оно, в принципе, и было: пропадая на геймерских стримах и форумах, мой друг наткнулся на крутую пасхалку тогдашнего игрового суперхита Finecraft, в котором ты мог собственноручно строить целые вселенные, только не восьмибитные, как в Minecraft, а полноценные, масштабные, трёхмерные и ну очень реалистичные. Так вот, я не знаю как, но Даня научился выжигать в системе «дыры реальности» (так он это называл) и перебрасывать себя в будущее. Ну то есть играешь ты себе спокойно, строишь очередное здание, а потом берёшь и применяешь несколько странных, похожих на заклинание команд: игровое пространство начинает неистово дрожать, тебя ослепляет сильная виртуальная вспышка, и – о чудо! – перед тобой уже не здание, а целый город, и это ты сам его построил. Не веришь – посмотри трансляцию, которая велась те семь дней, которые ты якобы усиленно играл (хотя по факту ни фига не играл, а просто применил секретный чит, сжавший твой реальный игровой опыт до нескольких секунд). Будучи заядлым лентяем, Даня от этого был в полном восторге: наконец он нашёл способ хвалиться перед одноклассниками нереальными игровыми победами, не прилагая к этому никаких усилий. А я искренне недоумевал, как такое вообще с технической точки зрения возможно.
Вот и сейчас я точно так же не понимал, как мне удалось пропустить целый кусок «игрового маршрута» и оказаться на следующем этапе своего предельно реалистичного шутера. Я точно знал, что особняк стоял на «Таганской», а нужная мне «Павелецкая» – ориентир следующего пункта назначения – находилась на другой стороне Москвы-реки. Никакой мост я не переходил, а всего лишь пробежал несколько московских дворов – и каким-то невероятным образом очутился совершенно в другой точке.
Сейчас я бы отдал всё на свете, чтобы прокрутить эту ситуацию от первого лица, но если мои мыслеформы и будут когда-либо доступны к просмотру, то лишь в уже ставших архаичными текстовых и аудиозаметках, а никак не в формате видео: последнее было бы возможно только при готовности моей линзы свободно выгружать записываемый ею контент, но эта функция курьерам недоступна, да и нет у меня уже никакой линзы. Ну а личного «видеоглаза» отродясь не имелось и по договору с корпорацией быть не могло, в рабочее время уж точно. Да и зачем он мне. Я же не селеб с миллиардом подписчиков и даже не мелкого калибра тематический нейроблогер, коих в современном мире пруд пруди: каждый второй, а то и первый социальный лентяй цифрового общества с толстым папочкиным криптокошельком с помощью контент-генератора и искусственного интеллекта делится своими ежеминутными испражнениями с миром, искренне веря, что миру до этого есть дело. Что ж, миру как таковому дела нет, а вот его обитателям, давно заменившим проживание собственных ничтожных жизней на подглядывание за жизнями других (притом что жизни эти по большей части постановочные и искусственные, срежиссированные дорогим персональным AI-движком), дело есть всегда: с каждым годом количество виртуальных инфлюенсеров, которых создают одни ушлые корпорации и продают другим, нацеленным на сбор нужной таргет-аудитории и рост, уж простите за грубое слово, ебучих продаж, только увеличивается. Живые, дышащие загрязнённым воздухом и топчущие не менее грязную землю пользователи с удовольствием следят за каждым чихом бездушных цифровых фантомов, с фальшивой улыбкой рекламирующих новые гаджеты, тачки и шмотки. Что наша реальность? Фейк, да и только.
А в это время не менее бездушные трекеры и камеры внимательно следят за пользователями, выставляя им невидимые баллы в рамках чёртового социального рейтинга, который made in fuckin’ China. Острым ядовитым жалом этот рейтинг пронизывает тело каждого из нас, а мы о нём даже ничего и не знаем: государство тщательно скрывает эту информацию во избежание манипуляций со стороны населения, ребят из «Кодеина» и других экс-группировок.
Какой рейтинг у меня? Одному ВВП известно. Поскольку за мной ещё ни разу не приходили, думаю, всё было более-менее ОК – видимо, мы с моим poher face как-то умудрялись наёбывать старушку систему. Однако после сегодняшнего дня всё точно изменится. И моя условно нормальная и никому не нужная жизнь окончательно превратится в ад.
Потому возвращаться обратно, чтобы понять, что же случилось за этот короткий промежуток времени с моим мировосприятием и элементарными законами логики и физики, я не стал: слишком велик шанс попасть в лапы спецназовцев, которые наверняка не очень довольны гибелью одного из своих. Скорее всего, они пришли не за мной, а чтобы накрыть убежище эксов, но последние секунды жизни громилы, которого я изрешетил, видели точно: как и все силовики, эти ребята обязательно записывали видео для отчёта перед руководством. И если я лишь догадывался о том, что моя экс-линза транслировала контент в режиме реального времени или отправляла его постфактум работодателю, то эти ребята знали и, выходит, не были против такого положения дел. А ещё, получается, они не против вероятного риска быть покалеченными или даже убитыми при выполнении очередного задания: жизнь в нашей стране никогда особо много не стоила, потому даже сегодня, когда государство, в принципе, может раскошелиться и закупить у Китая роботизированных AI-дронов или даже боевых биороботов (а не только восстановленных киберпсов, у которых уже были серьёзные поломки или давно истёк срок годности), оно продолжает использовать живых людей – они сильно дешевле, да и не очень-то, видимо, нужны.
Словом, я не мог осмыслить, что со мной произошло и как такое возможно (выражаюсь предельно мягко, чтобы не тратить силы и время на описание водоворота эмоций, что затянул меня тогда к самому дну и даже ниже). Может, я начал сходить с ума от всего того, что со мной сегодня приключилось? Или помер от обильной потери крови во время той жёсткой операции, просто этого ещё не осознал? В любом случае я был искренне благодарен Создателю за ту неожиданную «пасхалку», на которую чудом наткнулся: как минимум она приблизила финал этой жестокой остросюжетной игры, а как максимум спасла мне жизнь. И на том спасибо.
Январский день был по-прежнему удушлив и неприветлив. Особенно это чувствовалось в местах большого скопления людей – там, где последним отведено слишком мало времени, чтобы быть друг с другом любезными.
Павелецкий вокзал всегда удивлял меня хамским отношением к своим гостям да и к самому себе. Бесконечные палатки китайской снеди, которую ежедневно пережёвывал этот прожорливый бетонно-металлический монстр, могли вогнать в неподдельный ужас любого сотрудника санитарной инспекции – если бы не взятки, которые сотрудник получал на завтрак, обед и ужин.
Помню, когда-то в средствах массовой информации была популярна полемика: какую модель развития – азиатскую или европейскую – надобно принять нашей вечно сомневающейся в этом вопросе стране. Куда должен повернуть обе свои головы наш горделивый орёл-мутант, чтобы навсегда избавить себя от столь странной и неестественной позы, такого сложного с ментальной и физической точек зрения состояния тела и ума? Этот, казалось бы, риторический вопрос разделил общественность на две половины: одни (активное, вечно качающее личные права и общую лодку меньшинство) призывали выбрать в качестве ключевой парадигмы внутреннего устройства и самосознания страны просвещённую европейскую модель с её незыблемыми человеческими ценностями, свободами и вот этим всем. Вторые (пассивное, отчаявшееся по жизни и уверовавшее в водку большинство) ни к чему не призывали, а просто пытались свести концы с концами и протянуть до следующей зарплаты и пенсии, негласно поддерживая ту самую азиатскую модель, в которой понятие свободного выбора и верховенства закона условно заканчивалось у этих самых палаток с китайским фастфудом: неважно, будешь ли ты жрать лапшу или рис – всё равно отравишься, и никому за это ничего не будет. «Покупай и поторапливайся», как говорилось в одном старом голливудском фильме. Вот так и наша страна – уж не знаю, на что она там купилась и поторопилась ли с принятием решения, но факт остаётся фактом: Российская НеоКоммунистическая Республика – типичный гость Павелецкого: прибежал на вокзал за пять минут до от(п)равления, схватил еду в первой попавшейся забегаловке и едва успел впрыгнуть в последний вагон поезда «Москва – Пекин». И вот теперь уже который день в смердящем плацкартном вагоне с боковым местом у туалета страдает от несварения желудка, и дела с каждым часом становятся хуже, а доктора в поездной бригаде как не было, так и нет. И доедет ли пассажир до конечной точки – одному ВВП известно. На него, как все