Сэм попытался прикрыться, оттолкнуть Сайласа, но ему не хватало сил. Один удар пришелся в подбородок, другой – в ребра.
Сего видел: Сэм ломается и на острове, и на арене. Его дух угасает.
– Сэм! – выкрикнул Сего. – Сдавайся, или он убьет тебя!
Их взгляды на мгновение встретились, а потом Сэм изо всех сил оттолкнул Сайласа.
Вот для чего Симо тренировался в ониксовом круге. Вот для чего он почти все время проводил в катакомбах, сражаясь со Стражем – днями, годами, десятилетиями. Симо знал, чем закончится этот поединок, и готовился к такому исходу.
Еще один кик в ногу, в мягкое место над коленом, – уже без той силы, что в начале, но все же.
Сайлас попытался сократить дистанцию и прикончить брата, но, перенеся вес на переднюю ногу, пошатнулся. Дерево начало крениться.
– Думаешь, эти игры меня остановят? – Сайлас рассмеялся.
Пролившийся над островом черный дождь намочил его длинные волосы.
– Это не игра, – прорычал Сэм, бросаясь на Сайласа, чтобы нанести еще один удар.
На этот раз Сайлас предвидел, что произойдет. Пригнувшись, он поймал ногу Сэма, подался вперед и опрокинул его на спину. Сего сморгнул слезу и… Сайлас уже сидел на Сэме и колотил его по голове, как будто бил в барабан.
Сэм отчаянно пытался прикрыться, но Сайлас не прекращал, словно поставил целью вогнать голову младшего брата в песок.
– Сэм! – закричал Сего. – Пожалуйста, не оставляй меня снова. Ты нужен мне здесь!
Голова Сэма склонилась набок; он снова встретился взглядом с Сего и улыбнулся сквозь раскрошенные зубы.
Сайлас зарычал, схватив Сэма за горло:
– Ты выбрал не ту сторону.
Развернувшись, он, словно острие копья, вогнал локоть в череп брата.
Неподвижное тело распростерлось на песке. Багровые прожилки запульсировали на небе острова, и Сего вернулся на стадион, где гремели аплодисменты и топот.
На заляпанном брезенте лежало окровавленное тело.
– Он всегда был моим любимым братом. – Сайлас с хмурым видом посмотрел на дело своих рук. – А вот ты… ты всегда мне досаждал.
Сего боролся со слезами, яростью, желанием наброситься на Сайласа.
– Это потому, что я был там первым? – процедил он. – Потому, что родился из черного света раньше тебя?
– Это не важно, – ухмыльнулся Сайлас, жестом приглашая Сего в круг.
Подошедший Призрак склонился над Симо, вероятно намереваясь вытащить его из круга.
– Не тронь! – рявкнул Сего, и Призрак отступил.
Черный дождь усилился. Сего шагнул в круг из железного дерева, стараясь не встречаться взглядом с Сайласом. Он наклонился и поднял Сэма из превратившегося в грязь песка.
Держа на руках обмякшее тело, Сего спустился по пандусу. Лицо Симо мало напоминало прежнее, но все же в нем было что-то неуловимо знакомое. Сего отнес мертвеца к статуе, где стояли драконыши. Он встретился с ними взглядом, но не позволил слезам навернуться на глаза, зная, что ждет впереди. Он не мог допустить, чтобы принесенная Сэмом жертва оказалась напрасной.
– Позаботься о моем брате, – сказал Сего, передавая тело Дозеру.
– Сделаем, – пообещал Дозер.
Стоящая рядом Сол кивнула. Они поняли.
Сего повернулся и пошел обратно к ониксовому кругу, где его ждал Сайлас.
Сего оставил этот мир.
Рушащаяся арена, повстанческая армия, орущие трибуны, приспешники Истребителя, друзья, с тревогой наблюдающие за Сего с того места, где разбилась статуя, – он забыл о них.
Лицей и Цитадель, народ Эзо, война между гриварами и даймё, тысячелетняя ярость, выплеснувшаяся этим мятежом, – он забыл о них.
Плакса, Джоба, Фармер, Мюррей – он забыл о жертвах, которые были принесены ради этого момента.
И Сэм… Сего забыл даже о лежащем позади изуродованном теле брата.
В этот раз, в отличие от предыдущих, он не оставил частичку себя в реальности. Он позволил черному свету поглотить себя, потому что не планировал возвращаться.
Сего родился на этом острове, в «Колыбели». Он был первым, кто открыл глаза и позволил черному свету наполнить себя, и он будет последним, кто увидит это место, если сможет забрать Сайласа с собой.
Он посмотрел на Истребителя, стоящего напротив него в круге из железного дерева. Волны дыбились все выше, рушились на берег и пытались взобраться на дюны.
Черный свет пульсировал в жилах, и Сего чувствовал, как он струится в крови и стучит в сердце.
Главное – не давать Сайласу передышки. Даже оставаясь на месте, Сего видел, как брат старается не переносить вес тела на переднюю ногу.
Он бросился в атаку.
Братья закружились в знакомом танце боя. Они исполняли этот танец тысячи раз на совместных тренировках. Сайлас имел на своей стороне силу и скорость. Сего сосредоточился на прощупывании, пытаясь найти бреши в обороне противника.
Уклонившись от серии джебов, Сайлас пропустил кик в живот и ответил мощным кроссом, который Сего блокировал. Сего ответил лоу-киком выше колена и заметил, что Сайлас поморщился.
Снова сверкнула молния, и весь остров содрогнулся от раскатов грома. Еще одна волна обрушилась на утес и выплеснулась к их ногам.
Сайлас, оскалившись, прыгнул вперед, нанося удар за ударом. Кик в грудь, локоть в затылок. Сего споткнулся, но устоял на ногах, опершись рукой о песок. Взревев, он бросился на Сайласа, обхватил его руками и оторвал от земли. Он хотел втоптать Истребителя в землю, чтобы тот больше никогда не встал на ноги.
Но Сайлас поймал его ногу, схватил за пятку и повернул. Сего попытался высвободиться и откинулся назад. Боли он не почувствовал, но, поднявшись, понял, что не все так хорошо, как было.
– Теперь мы оба без ноги, – ухмыльнулся Сайлас.
Полыхнула молния, и очередная гигантская волна накрыла утес.
– Сэм был необходимой жертвой, – сказал Сайлас.
– Ты говоришь, как они, – ответил Сего, вытирая с лица черную воду.
– Кто? – Сайлас медленно двинулся по кругу.
– Даймё, твои заклятые враги. Постоянно твердишь о жертвах, которые необходимо принести.
– Это другое, – сказал Сайлас. – Я борюсь за новый мировой порядок. За место, где мы наконец сможем быть свободными.
– Никакое не другое, – возразил Сего. – Ты так же готов растоптать все на своем пути, чтобы изменить мир по своему усмотрению.
Сайлас покачал головой и посмотрел в небо:
– Начинается.
Сего проследил за взглядом брата. Красные молнии следовали одна за другой, рассекая черное небо, разрывая его на куски, как огромное ветхое полотно.
– Это место, наш дом, – сказал Сайлас. – Оно рассыпается.
– Разве такое возможно? – спросил Сего. – Остров ненастоящий.
Сайлас рассмеялся:
– Он такой же настоящий, как и все остальное. Он сделал нас теми, кто мы есть. Рожденные в черном свете, мы часть этого острова. И он может умереть вместе с нами.
Сол наблюдала за поединком братьев, стоя у разбитой статуи. И не она одна. Все оставшиеся на стадионе не сводили глаз со сражающихся в ониксовом круге бойцов.
Огонь погас, крики стихли, но в центре стадиона пульсировал новый источник энергии.
Сего и Сайлас двигались по кругу с невероятной скоростью, нанося удары, за которыми Сол едва могла уследить. От светящихся тел поднимался туман, а над кругом повисла странная тьма – казалось, она поглощает окружающий свет.
Сол увидела, как спектрал из соседнего круга слишком близко подлетел к ониксовому и исчез в темном облаке.
– Я… не знаю, как они это делают, – прошептал Дозер у нее за спиной, и Сол согласно кивнула.
– Невероятно. – Голос Абеля дрогнул.
– Да пребудут с ними духи, – с благоговением произнесла Бринн.
– Давайте надеяться, что твои духи на стороне Сего, – сказал Коленки. – Иначе мы все закончим так же, как Симо.
Сол оглянулась – над лежащим на камне изуродованным телом склонилась невысокая гибкая девушка.
Ксеналия, старшая служительница медотсека, появилась совершенно внезапно среди огня и дыма, когда многие спасались бегством. Не теряя времени и ни о чем не спрашивая, она взялась за Симо. Хотя Сол считала, что Кори мертв, служительница ввела иглу ему в сердце. Грудь всколыхнулась.
– Нужно, чтобы вы доставили его в медотсек, как только появится возможность, – сказала Ксеналия, продолжая свои манипуляции.
Сол кивнула:
– Конечно. Вот только, если Сайлас победит, доставлять его будет уже некуда.
– Это я контролировать не могу, – ответила Ксеналия, приподнимая веко и заглядывая Симо в глаз. – Я могу только попытаться стабилизировать состояние этого гривара.
– Ты не боишься за себя? – спросила Сол. – Истребитель поклялся уничтожить всех даймё.
Ксеналия подняла голову и посмотрела на нее:
– А ты сейчас боишься за себя, Солара Халберд?
Сол оглянулась на Сего и Сайласа, сражающихся в круге, – тьма вокруг них сгущалась. Она боялась только за Сего. Как он выберется оттуда? Выживут ли ее друзья?
– Нет, не боюсь.
– Вот и я тоже, – сказала Ксеналия. – Я ничего не знаю о способах ведения боя и, конечно, не верю в духов, но я… верю, что Ceго победит.
Сол никогда не слышала, чтобы даймё говорили подобным образом, тем более служители, посвятившие себя науке.
Бринн энергично кивнула:
– Мы все должны верить.
– Почему мы должны верить? – спросила Сол.
Она видела, как Сайлас стоял над телом ее отца, как убивал Мюррея у нее на глазах.
– Здесь действуют силы более могущественные, чем вы или я, – сказала Ксеналия, бросив взгляд на темное облако, окутывающее платформу. – Признаться, я не до конца понимаю их природу. А когда человек не понимает, он может либо бояться, либо верить. – Она помолчала, наблюдая за схваткой в круге. – Этому меня научил Сего.
Сол кивнула. Она больше не боится, а значит, остается только верить. Впрочем, она также готова помочь Сего, если ему это понадобится.
Внезапно какое-то размытое движение отвлекло ее от Ксеналии. На другом конце стадиона огромная стальная фигура рухнула на землю. Надзиратель. Еще несколько монстров громадными прыжками неслись через стадион.