Куинджи привлекала и интересовала сама воздушная среда как предмет живописного постижения и возможности передачи особенностей ее «поведения» под светом, а также цветовая структура, едва заметное колыхание воздуха. На переломе 1870–1880, когда все передвижники активно осуждали импрессионизм и его последователей, Куинджи, напротив, проявил к этому направлению особый интерес, хотя нигде в его полотнах нет применения классических импрессионистических методов. Так появилась увлеченность художника проблемой выражения воздушной среды, которая будто вибрирует под действием авторского настроения. Если раньше Куинджи писал небо широкими тоновыми заливками цвета, теперь в его картинах не было прежней красочной плотности, она сменилась на цветовую легкость и прерывистость.
Попытки передачи тонкости цветовой среды ощутимы в картине «Днепр утром» (1881, Государственная Третьяковская галерея, Москва). Мазок художника — порывистый и дробный, в полной мере соответствует принципу оптического смещения. Туман не окутывает собой очертания природы, как в «Осенней распутице», а, напротив, насыщается цветом, превращаясь в подвижную густую массу.
В основе сюжета — туманное пробуждение великой реки Днепр. Серо-фиолетовый колорит лишен эффектности, свойственной прошлым произведениям художника. Есть что-то общее в стремлении импрессионистов и Куинджи многократно варьировать переменчивые состояния одного и того же вида. Мастер пишет Днепр ночью, утром, в знойный день или ненастье, каждый раз ставя совершенно не похожие на предыдущие живописные задачи, меняя цветовое решение.
«Днепр утром» — начало поисков Куинджи световоздушной среды, изменчивых и мимолетных состояний природы. Насыщенный влагой туманный воздух свидетельствует о знании творчества импрессионистов. Но картина Куинджи не осложнена цветовой вибрацией, как у последних. Художник перенял у импрессионистов подвижный мазок, но воздух он передает средствами слегка измененной тональной живописи.
Три пейзажа
В 1879 Куинджи представил публике три пейзажа: «После грозы» (Сумской художественный музей), «Березовая роща» и «Север» (обе — Государственная Третьяковская галерея, Москва).
В сюжете картины «После грозы» — необыкновенное состояние природы в особо эмоциональный момент. По небу плывут темные, движимые ветром облака, переданные стремительным нервным мазком. Только что прошел дождь, который омыл уставшую землю, вдохнул в нее жизнь и свежесть. Луг блестит сочностью зеленого цвета. Полутона травы настолько плавно переходят один в другой, что возникает чувство, будто земля дышит, вздохнула «полной грудью» свежего, чистого, омытого грозой воздуха. Пробудившимися кажутся даже домики на заднем плане картины.
Полотно «После грозы» имело большой успех у публики. Но зрителей почти ошеломило другое произведение Куинджи — «Березовая роща». Самым ранним вариантом картины считается этюд «Сосновый лес с речкой» (1898, Государственный Русский музей, Санкт-Петербург), в котором ощутимо влияние композиции Ивана Шишкина «Корабельная роща» (1898, Государственный Русский музей, Санкт-Петербург). Посередине леса расположилась опушка, по самому центру которой бежит, извиваясь змейкой, небольшой ручей. Картина лишена панорамности. На переднем плане — деревья со срезанными верхушками. Именно благодаря этому смелому кадрированию верхнего края картины, создается ощущение некой камерности — зритель, словно неожиданно для самого себя, попадает на опушку леса, щедро залитую солнечным светом. Толпы людей стояли, завороженные, у этой картины. Отсутствие световоздушной среды, четкие мазки, построенные на контрасте ярких цветов, приближают работу к декоративности, которая, в свою очередь, придает ей праздничность, легкость, динамику.
Трилогию пейзажей завершает картина «Север» (1879, Государственная Третьяковская галерея, Москва). Автор представил поэтический образ Севера с величественной и суровой природой. Панорамные пейзажи были весьма распространены в то время в творчестве многих русских живописцев. Импрессионистическая передача особенностей состояния воздушной среды мастерски достигнута Куинджи разделением цветных динамичных и прерывистых мазков, тончайшим сочетанием бледно-розового и перламутрового цветов. В картине представлена панорама местности с уходящей в туманные дали землей. Плоскость земли неподвижна и величественна, но над ней довлеет мерцающее небо, занимающее большую часть полотна.
Тема непогоды, грозы, порывов природных стихий влечет Куинджи на протяжении 1880–1890. Наряду с полотном «После грозы» он создал множество подготовительных работ к картине «Радуга» (1900–1905, Государственный Русский музей, Санкт-Петербург), завершенной лишь в начале XX века. Цвет в них становится ярким, манера письма — легкой и свободной. Художник прибегает к эффекту просвечивающегося холста, употребляет самые разнообразные выразительные приемы.
В «Радуге» Куинджи стремился запечатлеть величие мирозданья. Согласно Библии, после потопа Творцом была создана радуга. В простом мотиве художник показывает идеальную, омытую после дождя, очищенную природу. Этому способствует и подчеркнутая декоративность колорита, построенного на широких цветовых пятнах, и пространственное развитие композиции с высоким небом и извивающейся дорогой, создающее ощущение торжественного простора. Радуга раскинулась на фоне расходящихся после ливня грозовых туч, над омытой дождем ослепительно зеленой равниной — словно символ космического всеединства большого, яркого и чистого мира природы, иллюзорно-реального и вместе с тем романтически-возвышенного.
Таинственное молчание
Чуть ли не каждая картина Куинджи разжигала страсти: его обвиняли в стремлении к дешевым эффектам, использовании скрытой подсветки полотен с целью придания им таинственного света. Возможно, именно из-за многочисленных слухов, связанных со своим именем, художник в полном расцвете сил и на пике грандиозного успеха в возрасте сорока лет вдруг исчез, перестал выставлять картины и замолчал почти на двадцать лет. Боясь быть раздавленным ненужной славой, шумом и всеобщим поклонением, Куинджи решил уйти непобежденным.
Уединившись в своей мастерской, живописец никого не пускал к себе, отказался от общения, большой известности и материальных благ. Была на это затворничество какая-то глубоко личная причина. Публика считала Куинджи исчерпавшим себя художником, не сумевшим найти новые темы и сюжеты для своего творчества. Однако все ошибались, ибо он хоть и молчал, но не бездействовал, а неустанно работал, искал новые пигменты и грунтовые основы, которые сделали бы краски стойкими к влиянию воздушной среды и сохранили бы первоначальную яркость. В этот период было создано около пятисот живописных работ и трехсот графических, одни из которых указывают на область новых творческих интересов, другие продолжают и углубляют старые. Пластические поиски Куинджи развивались параллельно: реализм сосуществовал с романтизмом, декоративизм с натурностью, импрессионизм — рядом с экспрессией.
Несмотря на то, что Куинджи немало заработал на жизнь продажей картин, он, вряд ли, мог прожить без источников дохода, там более участие художника в общественной жизни было очень активным, мастер выделял на благотворительность огромные суммы. Куинджи, будучи очень предприимчивым человеком, в свое время купил доходный дом, отремонтировал его и с прибылью использовал на протяжении многих лет. Кроме того, в 1886 живописец приобрел в Крыму участок. Вообще значительная часть его произведений написана в Крыму, который был для него духовным центром. Много лет Архип Иванович мечтал заниматься творчеством именно у моря. Ежегодно сюда приезжали многочисленные ученики из Академии художеств для проведения летней практики на пленэре.
Куинджи любил музицировать, играл на скрипке, а его супруга — на фортепьяно. Несмотря на большое состояние, художник всегда жил скромно. Когда после его смерти описывали имущество, то обнаружили и занесли в опись: «Гостиная: один диван, два кресла и восемь стульев мягких, один рояль. Столовая: один буфет, обеденный стол и двенадцать стульев. Мастерская: четыре мольберта, один этюдник, стенное зеркало в деревянной раме, скрипка в футляре». И это — все.
Спустя двадцать лет молчания о Куинджи заговорили вновь и даже больше, чем раньше. Художник показал некоторые новые работы своим ученикам, а затем и узкому кругу друзей. Демонстрация проходила в его мастерской, куда были приглашены друг живописца, ученый-химик Дмитрий Менделеев с супругой, художник Михаил Боткин, писательница Екатерина Леткова, архитектор Николай Султанов и другие. Куинджи представил картины «Вечер на Украине», «Христос в Гефсиманском саду», «Днепр утром» и третий вариант «Березовой рощи».
Полотно «Вечер на Украине» (1878–1901, Государственный Русский музей, Санкт-Петербург) можно считать парной «Украинской ночи», поскольку композиционно и стилистически они решены в одном ключе, хотя в первой работе мы видим уже «нового» Куинджи, сочетающего в высокой поэтизации и точном изображении украинского ландшафта романтизм и реализм. Краски горят на белых стенах хаты. Нужно отметить, что в «Вечере на Украине» эффект декоративности доведен до предела: с одной стороны — более темной — хаты горят бирюзовым цветом, контрастирующим с малиновым и усиливающим эффект горения. «Вечер на Украине» является едва ли не самым показательным для творческого метода Куинджи произведением. Цвет сообщает изображению зачарованную недвижность, необычайный покой какого-то неземного свойства. Декоративизм мастера проявился здесь особенно обнаженно.