Комната выдачи находилась совсем рядом. Зашёл в неё, прикинул, как тащить, и понял, что будет сложновато. Броню лучше прямо здесь надеть.
Не знаю, кто её создавал, но он позаботился об удобстве. Туника надевалась как обычная футболка. Разве что не так удобно. Натянул, поёрзал, вроде нормально сидит. Не как влитая, ощущения непривычные, но и какого-то дискомфорта не чувствую.
Лук закинул на плечо, шлем на голову нацепил, скрученные матрасы вниз положил, сверху на них остальные покупки поместил, так и поднял всё добро. Мешки не трогал.
Когда обратно вышел, Кирилл в коридоре дожидался. Дверь не закрывал, ему видно было, в том числе оставленные мешки.
— Там восемь мешков крупы для общего пользования. Не вашего, а общего. Ваша благородность распространяется на то, чтобы вынести их? Или за это тоже платить надо?
— Мы вынесем, не переживай, — угрюмо ответил Кирилл. — Если закончил, прошу на выход.
Больше не обращая на него внимания, вышел на улицу. Присмотрелся, выискивая тех, кто не относится к людям Кирилла. Здесь широкая улица, сразу несколько домов выходит, поэтому людей хватает.
— Народ! — повышаю голос я. — Там восемь мешков крупы купил для общих нужд. Если эти замковые попытаются их себе оставить, скажи мне, разберусь!
Реакции неоднозначные, но меня услышали.
Не желая терять время, отправляюсь к храму, но по пути ко мне пристраивается какой-то парень.
— Привет, ты же Драк? — обращается он ко мне.
— Допустим. А ты кто?
— Может, помочь? — кивает он на ту горку вещей, которые я несу перед собой.
Они не тяжелые, но тащить неудобно.
— Помоги, — передаю один из матрацев.
Это нарушает общую конструкцию, и некоторое время тратим, чтобы ничего не рассыпалось.
— Меня Маклай зовут, — представляется он. — В прошлом Иван, но кому какое дело, что было раньше?
— Твоя правда. Чего хотел?
Нет, я рад, что он вещи несет, но не просто же так. Хочет чего-то.
— Хочу к тебе в команду, — заявляет он. — У меня третий уровень, есть необычный навык — призрачный меч. Наносит дополнительный урон.
Сразу не отвечаю, думаю над его предложением.
— Ты один хочешь или с кем-то? — уточняю.
— У меня есть друзья. Нас шесть человек. Все третьего уровня, — с охотой отвечает он.
— А чем тебе у Матвея не служится?
— Так у него и служу, — улыбается он. — Но нас уже настолько много, что конкретно с Матвеем я в походы не хожу. Он усиливает только сильнейших. Мы пока не такие.
— Не буду что-то обещать, но подумаю.
— И на том спасибо. Я тогда вечером подойду, если не против. Если что, мы всегда готовы с тобой в поход отправиться.
— Договорились.
Вещи он мне помог донести до здания, где я жил. Поднявшись, разложил матрацы. Они чуть за кровать выходили — та нестандартного размера. Не двухспальная, но и не одноместная. Полуторка. Вдвоем с Евой здесь можно поместиться, если прижаться друг к другу.
Лично я не против.
***
Разобравшись с одной частью дел, я вернулся к тренировкам.
Но не тем, которые из меня уже душу несколько раз вынули. Вместо того чтобы махать железом, я забрался на крышу, где уселся тренировать взгляд дракона.
Что-то мне не давало покоя всё это время. Хотя почему что-то.
Вполне конкретная идея, которая требовала проверки.
Ещё пару дней назад, до того как серьезно повысил восприятие, я замечал, что если при активации взгляда вглядываться в людей, то видишь новые детали.
Сейчас, казалось, ничего не поменялось. С высоты я также видел белые сгустки.
Но это только на первый взгляд. В переносном и буквальном смысле.
Спустя час наблюдений я смог сделать несколько выводов.
Первый, довольно важный: количество «жизненных» сил у тех, у кого высокий уровень, отличалось от «нубов», как их называл Тимофей. То есть тот же Матвей, за которым я наблюдал, или Дмитрий, который так и продолжал тренировать, выглядели куда ярче, чем рядовые члены нашей армии.
Это решало две ключевые проблемы. Определение высокоуровневых последователей — далеко не всегда было понятно, кто есть кто. И убийство низкоуровневых в моем случае, чтобы не тратить веер впустую.
Второе важное, что я заметил, — это то, что при наблюдении за человеком общее полотно превращалось в переплетение сгустков и нитей. Сам по себе это не вывод, конечно. Я и раньше это замечал, просто не так детально, как сейчас. Вывод, а точнее, идея в том, чтобы ударить разрушением не по организму, а по этим нитям. Что тогда будет?
Идея требовала проверки, но у меня сегодня в планах отдых, так что завтра узнаю.
***
— Матвей, можно тебя на минутку отвлечь?
Рыжий командир посмотрел на меня усталым-недобрым взглядом.
Он уселся у храма, в одиночестве, чтобы поужинать. Не потому, что сноб, а потому, что его банально за день задолбали.
С крыши было хорошо видно, как часто к нему обращаются с тем или иным вопросом.
— Обещаю сильно не доставать, — добавил я.
— Ну садись, — кивнул он на место рядом. — Что спросить хотел?
— Два вопроса у меня. Первый — с каких пор люди Кирилла берут плату за пользование алтарем?
— Они что, и с тебя плату потребовали? — удивился он.
— Ага.
— Отчаянные, — хмыкнул рыжий. — Они почти не сражались. Поэтому единственный доступный способ не подохнуть с голода — брать мзду с тех, кто сражается.
— Но это же тупиковый путь, — подивился я.
— Тупиковый, — согласился Матвей. — Думаю, скоро их сместят.
— Мы?
— Мы — это кто? — покосился он на меня.
— Ну, мы все, — не понял я вопроса.
— Хех, парень, — покачал головой Матвей. — Просто чтобы ты понимал. Любая структура держится на общей идее, системе поощрений и наказаний, вертикали власти, командирах, ну или управленцах, и на выстроенных процессах. Ты парень молодой, неопытный, но мозги-то есть. Вот и скажи мне, что из перечисленного у нас, — выделил он это слово, — имеется.
— Общая идея?
Это же очевидно. Мы все хотим выжить.
— Да, конечно, — откровенно развеселился Матвей. — Ты, наверное, сейчас подумал про выживание. Что у всех одна цель, что даёт повод действовать сообща. И это действительно так. Но этого мало. Потому что одни не хотят ничего делать. Другие хотят паразитировать на ресурсе. — Это он сейчас про Кирилла? — Третьи не прочь уничтожить других последователей, их алтари. Четвертые, наоборот, драться хотят, но уничтожать считают неправильным, потому что это ведет к истинной смерти. Пятые же и вовсе настаивают на переговорах, изучении окружающего мира и то, в чем состоит смысл игры. А теперь представь, что все эти группы имеют своё мнение по поводу того, как именно это сделать. Куда пойти, в каком составе, какое оружие брать, с кем договариваться и так далее. Так что там насчёт общей идеи?
— Всё настолько плохо?
— Всё нормально, — морщится Матвей, вяло уплетая элитную кашу, с качественной белковой смесью. — Просто нам нужно время. На всё время. На каждый из пунктов. А касательно Кирилла — достаточно послать тебя одного, чтобы выбить их оттуда. Они ведь не хотели тебя пускать, да?
— Откуда знаешь?
— Это логично. Им опасно запускать сильного последователя, который может их всех убить, внутрь. Так они хотя бы дверь закрытой держат, утешая себя иллюзией безопасности.
— Но это же тупо.
— Тупо, — соглашается он. — В любом случае есть вопросы более важные. Не переживай, я присматриваю за замком, и рано или поздно этот вопрос решится. Что ты ещё хотел спросить?
— Сегодня один парень попросился ко мне в отряд.
— И?
— Можно?
— Можно тебе собрать свой отряд? — уточнил он. — Ох-ох-ох. Хочешь совет, парень? Представь себе пирог. Часть этого пирога — вкусная, сочная, сладенькая, — говорит он, причмокивая. — А вторая — полная дерьмо. Власть — это как пирог, который надо есть полностью, каждый день, по несколько раз. Сладенькая часть очень манит, но и про дерьмо забывать не стоит. Соотношение вкусного и плохого зависит знаешь от чего? — наставляет он на меня ложку, только что облизанную. — От твоих навыков, опыта, авторитета и десятков других моментов. Если хочешь — набери. Один фиг у нас командиров не хватает. Но не удивляйся, когда в пироге окажется много дерьма.
— Я попробую.
Речь Матвея меня впечатлила, я отнесся к его словам серьезно, но свои люди откроют новые возможности.
— Тогда подумай вот над чем. Чем выше уровень твоих подчиненных, тем сложнее их контролировать. Без обид, Драк, но к тебе они хотят, потому что ты обеспечишь легкую прокачку. А когда получат, что хотят, останутся с тобой? Не ударят в спину?
— Может быть и такое?
— Почему нет? — пожимает он плечами.
— А во мне ты тоже видишь угрозу?
— Поверь, мне это и самому не нравится.
— Хм… Спасибо за откровенность.
К чему бы это? Откровенность, чтобы вызвать доверие?
Если так, то Матвей лишь обострил мою паранойю.
***
Шария отошла от алтаря. Того, что позволял потратить очки благодати.
Задумка женщины удалась на все сто.
Усиленный отряд мужчин накрошил несколько сотен противников. Этого хватило, чтобы сотня женщин получила один-два уровня. Да и сама Шария тоже получила девятый. Что было ещё вчера. А сегодня она получила десятый.
Потому что слухи, особенно подкрепленные правильной речью, — сильный инструмент в правильных руках.
Изначально никто не хотел умирать. Но когда выяснилось, что смерть совершенно безболезненна, и та, кто отдала жизнь за усиление мужчин, всего лишь «закрывает на пару минут глаза», после чего оказывается в храме, общественное мнение изменилось. Главный страх утих. То, что женщины чувствовали небольшую слабость, и вовсе было сущей мелочью, на которую не обратили внимания.
Получать уровни, а значит, и возможности, не сражаясь, — разве это того не стоит?
Богиня оказалась щедра. Многие получили «правильные» навыки, позволяющие ещё больше укрепить связь с мужчинами… И власть над ними.