— А дату?
— Нет, не помню, — ответил после раздумий. — Ты хочешь сказать...
Я замолчал, потому что понял, что он хочет сказать. С момента моего исчезновения могло пройти как две недели, так и семь месяцев. Почему семь? Потому что энтузиасты уже опросили чуть ли не всех ороборгцев и установили последнюю дату перемещения сюда. Получился диапазон в семь месяцев. Это начиная с момента появления арки.
Также было известно, что сюда попали люди, которые знали один язык. То есть речь шла о конкретной территории. Куда подевались те, кто переходил в других местах, — отдельный вопрос.
Возможно, игр было несколько, или те люди дожидались своего часа. Ведь когда сюда попали, мы нашли следы пребывания людей.
Этими и другими вопросами много кто задавался. Лично мне на них было плевать. Я на другом сосредоточился.
И вот сейчас, когда Дмитрий задал этот вопрос, до меня дошло...
— Арки тоже осенью появились, — озвучил он горькую правду. — А последний попавший сюда переместился в начале весны. Если ты не помнишь снега на улицах, перед тем как в арку попал.
— Не было снега, — резко ответил я. — Получается, моя сестра может быть уже мертва.
Дмитрий молча положил мне руку на плечо и сжал ободряюще. Я этого не заметил.
Казалось, внутри что-то оборвалось.
***
Что будет делать человек с частично восстановленной памятью, который понял, что в прошлом его ничего хорошего не ждет и, возможно, случилась трагедия, которой он так не хотел допустить?
Он обратится к богу.
Я просил. Умолял вернуть меня. Когда в ответ получил молчание, спросил, есть ли хоть что-то, что я должен сделать для возвращения.
И бог ответил.
Ты слишком мал, чтобы просить.
Этот голос прозвучал как пощёчина.
К ощущению разбитости и отчаянья добавилось ощущение собственной никчемности.
***
Чтобы прийти в себя мне потребовалось три дня.
В тот, первый, день Ева в городе отсутствовала — отправилась на вылазку вместе с крупным отрядом. Вечером она нашла меня, и я второй раз рассказал, что случилось, и какая правда мне открылась.
Девушка выслушала молча, а потом просто обняла. Мы так и стояли, настолько долго, что мышцы затекли. Как ни странно, это заполнило ту пустоту, что образовалась во мне.
Тренировка наутро ещё немного вправила мозги. Я и к алтарю заглянул. Взял новый навык под названием «уязвимость». Пассивный. Если бы на него надо было тратить ману, то не рискнул бы взять. Это умение позволяло «видеть-чувствовать» уязвимые места. Самое то, чтобы не зависеть от взгляда и находить бреши в обороне противника.
Помимо уровня, бог мне выдал ещё два очка престижа. О чем я узнал ещё по возвращении, но тратить не спешил. Из-за подавленности и не спешил. С навыком проще было. Я, по сути, зашёл посмотреть, что предлагают нового. Как прочитал описание, так сразу и вложился.
После долгих размышлений два престижа и одно очко характеристик я вложил в ядро.
Очень уж мне понравилась возможность быстрее восполнять ману. Да и количество ударов тоже требовалось увеличить. Так что энергетическое ядро выросло до двенадцати, а время восполнения сократилось до получаса. Это шестьдесят единиц маны или тридцать ударов веером. То есть шестьсот целей за одну обойму.
Ну и да, восполнение двух единиц в минуту постепенно меня двигало к возможности атаковать беспрерывно.
Недостающую боевую мощь я собирался добрать за счёт оружия. С которым не спешил. На второй день, несмотря на полное смятение внутри, которое только начало рассасываться, я вышел со всеми на охоту. В тот день были довольно жаркие бои у озера.
На третий день это повторилось.
С той лишь разницей, что в этот раз нас слили, а не мы.
Да и кто. Эрмерцы!
Как-то они выпали из поля моего зрения. После того захода к ним в город их попытки добраться до нас закончились. Вражда не прекратилась, мы по-прежнему с ними дрались, но в центре, а не у стен.
Тем неожиданнее было, что, столкнувшись с отрядом эрмерцев, откуда ни возьмись появился огромный монстр. Он был метра три ростом, в длину ещё больше. Чем-то напоминал ящерицу. С бронированной чешуёй и отличной магической защитой. Я эту тварь так сходу пробить не смог. На тот момент у меня ещё и маны оставалось совсем чуть-чуть.
Сначала раздался треск, следом крики людей, а после я увидел эту тварь. Она возвышалась над всеми и пронеслась через наш строй, образовав просеку. Ничего её остановить не смогло.
Про больших тварей и конкретно этого монстра я слышал. Их редко, но встречали на арене. Никто убить не смог, и обычно встреча заканчивалась смертью людей. Пытались их и целенаправленно выслеживать большими отрядами. Но неудачно, насколько мне было известно.
Для нас неудачно.
А вот хорошо знакомый кучерявый, который восседал на загривке твари, ключи управления от твари нашёл, буквально растоптав наше войско.
Всё произошло минуты за две.
Чем закончился бой, я не увидел. Снова откуда ни возьмись появился тот быстрый парень и ударил мечом мне в спину. Я только клинок, торчащий из моей груди, рассмотреть и успел, отправившись на возрождение.
Это было вечером третьего дня. Чувствовал я себя уже получше, но так и не определился, что делать.
На первый взгляд это было очевидно. Я догадывался, чего хочет бог.
Разрушения алтарей.
Мысль очевидная, если бы не одно но.
Вчерашний разговор с Евой. Я ведь ей рассказал всё. Не стал ничего утаивать. Слова бога тоже упомянул. Она девушка неглупая, пришла к таким же выводам, что и я.
— Получается, если мы победим, и ты к этому приложишь руку, бог выполнит твою просьбу?
— Не совсем. Я стану достаточно заметным, чтобы попросить.
— Звучит как-то расплывчато, не находишь?
— Предложения лучше у меня нет, — вздохнул я.
— Хм... Допустим, эти кровожадные боги действительно захотят пойти навстречу победителю. Допустим, ты разрушить алтарь... Но ты понимаешь, какую цену за это заплатишь?
— Понимаю.
Две с половиной тысячи человек. Которые умрут окончательно.
Это в лучшем случае. В худшем мне придётся убить всех противников.
Семь с половиной тысяч человек.
— Сомнительно, что бог тебя сразу вернет, после того как ты уничтожишь второй алтарь. Скорее всего, он даже не обратит внимания или скажет что-нибудь в духе «я подумаю», — продолжила размышлять Ева. — Тогда тебе придётся разрушить основной алтарь. Это две с половиной тысячи человек, — озвучила она то, что я и сам понимал. — После чего бог тебя похвалит и скажет, что ты большой молодец. Если постараешься ещё, то по итогу игры вернешься домой. С таким грузом на душе. Это не моё дело, но ты уверен, что твоя сестра хотела бы этого?
— Я не знаю.
Мои воспоминания о сестре были скудны. Я не мог точно сказать, чего она хотела.
Хотя кого я обманываю. Тех обрывков, которые ко мне вернулись, хватило, чтобы наверняка сказать — она добрейший человек, который очень переживал, что обременяет близких. Я даже вспомнил, как она ругалась со мной из-за того, что я подрабатываю, ни с кем из друзей не общаюсь и веду замкнутый образ жизни.
То есть она, мучаясь от боли, без возможности выйти куда-то, то и дело отправляясь в больницу на сохранение, когда случалось обострение, ругала меня за то, что я мало веселюсь и бездельничаю.
Такая девушка никогда бы не захотела, чтобы её брат убил семь с половиной тысяч человек.
Тем более, ради чего? Пообещай мне бог исцеление сестры, и уверен, у меня бы и капли сомнений не возникло. Перебил бы всех.
А так, как бы горько это ни было осознавать, я, скорее всего, появлюсь на похороны. А то и вовсе смогу лишь навестить могилу.
Неизвестно, к чему бы эти размышления привели.
Я сказал, что отходил три дня, но не сказал, что окончательно привело меня в чувство.
Начиная с момента появлениям на играх, я реагировал на события. Надо выбрать покровителя, и все побежали к храму — что ж, побегу туда. Надо убивать последователей — что ж, я могу и это, тем более подходящей силой меня снабдили.
Первая значимая цель, которая у меня появилась, не считая выживания, — это отомстить Буяну. Отомстил ли я ему? Нет. Что толку от смерти, если это временно. Так, мелкие неудобства, которые я ему доставил. Зато часть памяти вернул. Чем достиг второй цели.
А дальше было как-то непонятно, к чему стремиться.
На третий день вопрос мотивации решился сам собой.
Лучше бы не решался. Лучше бы я раньше пришёл в себя.
До нас не сразу дошло, что происходит. Просто кучерявый снова умудрился пригнать монстра. Придуманные против него тактики не сработали, и большая часть отряда отправилась на возрождение. Другая часть разбежалась. Это, как ни странно, было лучшей тактикой, чтобы свести жертвы к минимуму. Только вот эрмерцы в этот раз устроили полноценную облаву.
А за мной снова явился тот парень. И снова я отправился на перерождение. Слишком уж быстро он двигался. Мне тупо не хватило умения, чтобы среагировать.
Своё обещание он держал и находил меня на поле боя.
Должен признать, это разозлило. Во мне с новой силой проснулось желание достойно ответить и заставить пожалеть об этом.
Судьба сестренки беспокоила меня. Как и возможность возвращения. Я так и не решил, готов ли уничтожать чужие алтари. Но прямо в тот момент, поднимаясь по лестнице из святилища, я был готов ответить со всей доступной мощью на брошенный вызов.
Для чего отправился в замок. Покупать наконец-то себе нормальное оружие. До этого я хотел собирать очки доблести, пока не наступит момент, когда потребуются веские козыри.
Кажется, сейчас именно такой момент. Очень уж мне не понравилось, что нас так сливать начали.
Первым делом я купил себе дополнительный слот для привязки. Да, как же это глупо, старый нож таскать. Я почти был готов от него отказаться. Сколько им уже не пользуюсь? Лучше второе магическое оружие взять. Но позже, сейчас я действовал, придерживаясь старого плана.