здесь следует дополнить, что на уровне психоэнергетического тела все чувства и ощущения усиливаются и обостряются в десятки и сотни раз! — от Т. Смирнова)…
И вот пришла смерть, рыкая как лев; вид её был очень страшен, она имела некоторое подобие человека, но тела совсем не имела и была составлена из одних только обнажённых костей человеческих. С собою она несла различные орудия мучений: мечи, стрелы, копья, косы, серпы, железные рога, пилы, секиры и иные орудия неизвестные. Увидев всё это, смиренная душа моя затрепетала от страха; святые же ангелы сказали смерти:
— Что медлишь? Разреши душу сию от уз плотских, скоро и тихо разреши, ибо она не имеет много греховных тяжестей.
Тотчас же смерть приступила ко мне, взяв секиру, отсекла сперва ноги мои, потом руки, затем при посредстве другого орудия все остальные части моего тела разрушила и члены от составов отделила. И не имела я ни рук, ни ног, и все тело моё омертвело. Смерть же взяла и отсекла голову мою, так что я не могла повернуть головою, и она была мне чужою. После всего смерть сделала раствор в чаше и приподнеся его к моим устам, напоила меня. И столь горек был раствор тот, что душа моя, не имея сил стерпеть горечи, содрогнулась и вышла из тела, как бы насильно оторванная от него. Святые ангелы тотчас же приняли её на руки свои. Взглянув назад, я увидела тело моё, лежащее бездушным, бесчувственным и недвижным. Совлекши его, как совлекают одежду, я смотрела на него с безмерным удивлением (кстати, о наблюдении себя со стороны в момент клинической смерти сообщают многие наши современники — от Т. Смирнова). В это время бесы, явившиеся в образе эфиопов, обступили ангелов, державших меня, и начали вопить, показывая написания грехов моих:
— Множество грехов имеет душа эта, — поэтому пусть даст она ответ пред нами.
Святые ангелы начали тогда отыскивать в жизни моей добрые дела и, с помощью Господа Бога, благодатью Коего я творила добро, обрели их…
Малейшие добрые дела мои святые ангелы собирали, готовясь положить их на весы против моих злых дел. Эфиопы же, видя это, скрежетали на меня зубами, желая похитить меня из рук ангельских и низвести на самое дно ада…»
Как известно, по-настоящему умного человека заботит не только качество его «этой», «физической» жизни, его в большей степени интересует существование «трансперсональное», «запредельное». Банальная истина — наша жизнь временна, коротка, конечна. А ответы на тот более чем важный вопрос «Что с нами произойдёт “после”, “потом?» давно существуют…
В самом деле, процесс (или принцип) того самого «торга» за душу в посмертном её состоянии, а равно «взвешивание» добрых и злых дел (покойного), подтверждается и в современной популярной эзотерической литературе. Так, например, в «индийской эзотерике» говорится о «хронике Акаши»; в течение всей жизни в духовном сердце человека совершается «запись» абсолютно всех его желаний, мыслей и поступков. После смерти же происходит их «синхронизация», приведение в соответствие всего положительного и отрицательного, так сказать, — подсчёт, баланс или «взвешивание». В результате чего выдаётся «кармическая программа», определяющая, «куда» будет направлена душа умершего. Об этом же явлении, как о ЕИП, известно и в современной парапсихологии. ЕИП — это единое информационное поле. Благодаря всепронизывающей, субстанциональной, впитывающей способности Света сознания, каждое явление от микро- до мега-события фиксируется и навечно запечатывается в космических пространственных системах. Ничто в мире, никакие деяния, никакие мысли и желания не исчезают бесследно, а навсегда фиксируется в ЕИП! Именно поэтому идея «чистых», нераскрытых преступлений совершенно не состоятельна, а тайное рано или поздно станет явным. И, конечно же, Свет всякого «индивидуального» сознания также обладает этой же «фотографической эмульсией» — способностью к вневременной «фиксации»…
А «мытарства» прп. Феодоры ещё только начинаются; это, так сказать, «акаша» или «синхронизация» плюсового и минусового психического заряда в развёрнутом виде…
«…Когда мы поднимались от земли к высоте небесной, нас встретили сначала воздушные духи первого мытарства, на котором судят за грехи языка, за всякое слово праздное, бранное, бесчинное скверное. Тут мы остановились, и бесы вынесли к нам свитки, на которых были написаны все легкомысленные слова, сказанные мною от юности, — всё, что я говорила неразумного и скверного, особенно же кощунствованные и смехотворные речи, которые я допускала произносить в юности, как это бывает у многих…»
Это известный нам бес агрессии. Но добрые «хранители» уберегли от него Феодору…
«…Тут мы приблизились к другому мытарству, называемому мытарством лжи, на которой истязуются всякое ложное слово, особенно клятвопреступления, призывания имени Божия всуе, лжесвидетельства, нарушение обетов, данных Богу, неполное исповедание грехов и тому подобное. Духи этого мытарства весьма яры и свирепы, — они испытывали меня весьма настойчиво, не упуская ни одной подробности…
После того достигли мы третьего мытарства, которое называется мытарством осуждения и клеветы. Удержанная там, я увидела, сколь тяжек грех оклеветать кого-либо, обесславить, похулить, а также надсмеяться над чужими пороками, забывая о своих. Всех, кто предается власти этого греха, жестоко истязают злые духи…»
У нас это «провокатор».
В общем, прп. Феодора последовательно преодолела беса-«пищевика», беса-«половика», беса «зависимости», «ленника», «депря» и т. д. И со всеми отвратительными и устрашающими подробностями. Как, например…
«…Тут мы приблизились к мытарству содомских грехов, на котором истязуют противоестественные грехи мужчин и женщин, мужеложство и скотоложство, кровосмешение и иные тайные грехи, о которых стыдно и вспоминать. Князь этого мытарства имел весьма скверный и безобразный вид и весь был покрыт смрадным гноем; слуги его во всем были подобны ему: смрад их был весьма нестерпимый, вид мерзкий и страшный, ярость и лютость чрезмерная. Увидев нас, они поспешно вышли навстречу и обступили нас, но не найдя во мне, по милости Божией, ничего, за что бы могли привлечь к суду своему, со стыдом отбежали…»
Между прочим (вниманию читателя-эзотерика!), существует отдельно и мытарство «ересей» — у нас это уровень «эгориального» беса. И это очень серьёзно, а в нашем примере это звучит так:
«…Между тем мы подошли к мытарству ересей, где истязуются неправые мудрования о вере, отступления от православного исповедания веры, неверие, сомнения в истинах богооткровенного учения, хулы на святыню и тому подобные грехи. Это мытарство я миновала без всякого испытания и была уже недалеко от врат в небесное царствие».
В нашей книге мы доберёмся (слава богу, ментально) до этого уровня в гл. «Религии бесов».
И наконец…
«Наконец, встретили нас злобные духи последнего мытарства, называемого мытарством жестокосердия. Истязатели этого мытарства весьма жестоки и люты, но особенно лют князь их, имеющий весьма унылый и скорбный вид, дышащий огнём ярости и немилосердия. На мытарстве том без всякой милости испытываются души немилосердных. И если кто-нибудь, хотя и совершит многие подвиги, будет постоянно соблюдать посты и усердно молиться, а также сохранит неосквернённою чистоту свою, но при этом окажется немилостивым и затворит сердце своё для ближнего, тот низвергается оттуда в ад и заключается в бездне, и таким образом сам остаётся лишённым милости. Но мы и это мытарство, благодатью Христовою, миновали без особых препятствий… Так миновав все страшные мытарства, мы с радостью великою приблизились к самым вратам небесного царствия. Были эти врата подобны светлому кристаллу и от них исходило неизреченное сияние…»
Прп. Феодора наконец-то достигла метапсихического Света, благостной плоскости всесуществования вселенского Света Любви, но какой ценой?!
В то же время…
«Окончив обхождение райских обителей, я низведена была в преисподние земли и видела страшные и нестерпимые муки, во аде грешникам уготованные…
Обходя пропасти ада, я слышала и видела там плач, вопль и горькое рыдание пребывающих в тех муках. Одни из них вопияли: “о, горе нам”; другие воздыхали: “увы, как тяжко нам!”; третьи проклинали день рождения своего…»
А такие «экскурсии» «Туда», в Ад, в своих видениях и сновидениях некоторые люди совершают и до сих пор! И мне, как специалисту в области сновидений, об этом известно не мало. Прп. Феодора же продолжает, и мы заканчиваем «мытарства»:
«После всего ведшие меня ангелы привели меня в обитель преподобного Василия, которую ты видишь, и водворили меня здесь…
Здесь окончилось видение. По окончании его Григорий воспрянул от сна и много размышлял, удивляясь виденному и слышанному от блаженной Феодоры. Поутру же он пошёл к преподобному Василию, чтобы получить от него обычное благословение. Преподобный сказал:
Вот ты получил, что так сильно желал: видел Феодору, слышал о переходе её в будущую жизнь от неё самой и был в обители моей… Таким образом, ты созерцал всё, что желал знать.
Услышав такие слова, Григорий познал, что сон его был не ложным мечтанием, но действительным откровением от Бога, исходатайствованным молитвами преподобного; тогда, возблагодарив Бога, он поклонился духовному отцу своему, после чего получил от него приличное случаю наставление»
Любопытно, что в определённых аспектах православные мытарства перекликаются с посмертными переживаниями-путешествиями сознания умершего человека и в Египетской Книге мёртвых, и в Тибетской священной книге «Бардо Тодол» (т. е. по буддийским представлениям), и, в принципе, сходятся с другими мифологемами многих народов и стран. Что опять-таки подчёркивает и всеобщность, и единое происхождение эзотерических знаний о посмертных состояниях человеческой души. Так, например, в Тибетской Книге мёртвых на разных этапах перед умершем предстают в