ныне тем ухом ничего не слышит».
«Однажды ночью Павел (из рассказа некого солдата, практикующего “правило”) стоял на молитве. Внезапно около икон явился солнцеобразный свет и посреди света сияющий белизною голубь. От голубя раздался глас: “Прими меня, я — Святой Дух — пришёл соделать тебя моею обителью”. Павел выразил радостное согласие. Голубь вошёл в него через уста, и Павел, измождённый постом и бдением, внезапно ощутил в себе сильнейшую блудную страсть: он кинул молитву, побежал в блудилище. Голодная его страсть сделала насыщение страстью ненасыщаемым. Все блудилища и все доступные для него блудницы сделались его постоянным притоном. Наконец он опомнился»[41].
С той или иной степенью «соприкосновения» с бесовским светом связана «прелесть». Прелесть — это известное в православном учении понятие, означающее обман, самообман, заблуждение, связанные с усилением всех эго-составляющих подвижника, а именно, в первую очередь: высокомерие, самомнение, гордыня, самоупоение, высокоумие… В этом случае говорят, что человек «впал в прелесть», «пребывает в прелести» или стал «прельщённым», как в следующей истории:
«…Этот Валент (монах) долго жил в пустыне. Много изнурял свою плоть и по жизни был великим подвижником, но потом, обольщённый духом самомнения и гордости, впал в крайнее высокомерие, так что сделался игралищем бесов. Однажды глубоким вечером, когда уже было темно, Валент плёл корзины и уронил шило на пол. Долго не находил его, как вдруг, по бесовскому наваждению, появился в келлии зажжённый светильник, с ним он нашёл потерянное шило. Это дало пищу его надменности. В упоении гордостью подвижник ещё более возмечтал о себе, так что стал наконец презирать и сами Тайны Христовы.
Диавол же, уверившись, что Валент совершенно предался обману, принял вид Спасителя и ночью пришёл к нему, окружённый сонмом демонов в образе ангелов с зажжёнными светильниками. И вот появился огненный круг, и в середине его Валент увидел как бы Спасителя. Один из демонов, в образе ангела, подошёл к нему и сказал: “Ты благоугодил Христу своими подвигами, и Он пришёл видеть тебя. Итак, ничего другого не делай, а только, встав вдали и увидев Его, стоящего среди всего сонма, поклонись Ему, потом иди в свою келлию”. Валент вышел и, увидев множество духов со светильниками, поклонился антихристу.
После этого обольщённый до того простёр своё безумие, что, придя на другой день в церковь, сказал при всей братии: “Я не имею нужды в приобщении, сегодня я видел Христа”. Тогда святые отцы, связав его цепями, в течение года лечили его, истребив в нём гордость своими молитвами, разнообразным унижением и суровой жизнью, как говориться, противное, врачуя противным»[42].
Как же следует поступать при встрече со светом?
На этот счёт имеется одно золотое правило, предписание. Так в Добротолюбии есть такое разъяснение:
«Вопрос: Что делать, когда бес преобразуется в Ангела света и прельщает человека?
Ответ: Для этого человека имеет нужду в большой разсудительности, чтоб добре распознавать различие добра и зла. И так не увлекайся скоро по легкомыслию тем, что представляется, но будь тяжел (нескородвижен) и с большим испытанием доброе принимай, а худое отвергай. Всегда должен ты испытывать и разсматривать. а потом верить. Ведай, что действо благодати явны, и бес, хотя преобразуется, подавать их не может, именно — ни кротости, ни приветливости. ни смирения. ни ненавидения мира, ни пресечения похоти и страсти, — кои суть действа благодати. Бесовския же действа суть — надмение, высокоумие, устрашение и всякое зло. По таким действиям можешь распознать от Бога ли возсиявший в душе твоей свет или от сатаны. Фридакс видом похож на горчицу, и уксус цветом похож на вино; но при вкушении их гортань распознает и определяет различие каждой из сих вещей. Так и душа, если имеет разсуждение, умным чувством может распознавать дары Духа Святаго и призрачныя мечтания сатаны»
Имеется у христианских старцев и такие, дополняющие предыдущее, предостережения и указание на различение «светов»:
«Как и когда душа может ощутить славу Божию; и о лживости диавола, показывающаго иногда свет, или нечто похожее на свет”.
Никто, слыша о чувстве ума, да не воображает, будто слава Божия является ему чувственно. Мы говорим, что душа, когда бывает чиста, неизречённым некиим вкушением ощущает божественное утешение, но не так, чтоб при сем чувственно являлось ей что либо из невидимаго. Почему, когда кому либо из подвизающихся явится свет, или зрак какой огневидный, или глас, пусть он ни под каким видом не принимает за истинное такое явление. Ибо это явно есть прелесть вражия, — и многие, с которыми это случалось, по неведению, сбивались с пути истиннаго. Мы же знаем, что пока живём страннически в тленном теле сем, устраняемся от Бога, — т. е. не имеем возможности видимо видеть ни Его, ни дивных вещей Его пренебесных».
«О видении душею духовнаго в себе света, о светах вражеских и о том, как сделать. чтоб, живя в мире быть чужду мира”.
Что ум наш, когда начнёт в нём ощутительно действовать божественный свет, соделывается весь светлым, так что сам богато видит сей, сущий в нём, свет, в этом не должно сомневаться. Так всегда бывает, коль скоро душа сильно возгосподствует над страстями. Но бывает, что нечто подобное призрачно является в уме и от злокозненности вражеской, то как свет, то как огнь. Как учит божественный Павел, говоря, что и сатана иногда преобразуется в Ангела светла (2 Кор. 11, 14). Почему не должно в такой надежде, (т. е. в надежде видеть свет в себе) приступать к прохождению подвижнического жития, чтоб сатана не нашёл поэтому души предуготованною к восхищению ея в прелесть и не восхитил в самом деле. Но должно то одно иметь при сем в виду, чтоб достигнуть любви к Богу всем чувством и с полным удостоверением сердечным, — что и есть любить Бога всею душею, всем сердцем и всем помышлением. В ком действуется сие благодатию Божиею, тот, живя в мире, чужд бывает мира»
Очень важно своевременно рассказывать своему наставнику (старцу, священнику) о явлении «ангелов» и просить совета, как правильно сделал один монах…
«Брата, совершавшего подвиг безмолвия, бесы решили заморочить и явились ему в виде ангелов. Они разбудили его, чтобы он начал молиться и осветили всю келью. Но брат пошёл к старцу и сказал:
— Авва, сегодня ко мне пришли ангелы со светильниками и подняли меня на молитву.
— Не слушайся их — это бесы, — сказал старец. — Если они снова придут будить тебя, скажи: “Когда хочу, тогда и встаю, а вас слушаться не буду”.
Брат послушался старца и вернулся к себе в келью. Ночью, как обычно, пришли бесы и разбудили его. А он, как ему было велено, сказал:
— Когда хочу, тогда встаю, а вас слушаться не буду.
— А, это тебя тот злой мошенник так научил. Неужели ты не знаешь, что его и монахом-то нельзя назвать. Однажды брат попросил одолжить ему воска, а он солгал, что его у него нет. Можно ли ему верить после этого?
Наутро брат пришёл к старцу и рассказал ему о ночном разговоре.
— Признаю, — сказал старец, — что воск у меня тогда был, а просьбе брата я не уступил, потому что знал: это будет во вред его душе. Лучше нарушить одну заповедь, чем десять. А ты не слушай бесов, которые морочат тебе голову.
Получив наставление старца, брат вернулся к себе в келью»
Слишком важный вопрос, чтобы на этом уже закрыть тему!
Бесовский свет обладает слишком БОЛЬШОЙ и ПРОНИКНОВЕННОЙ искусительной силой, чтобы воин смог устоять и не поддаться. Поэтому четыре нижеследующих примера, скорее, относятся к исключению, а точнее, уже к стойкости, бесстрастности, многоопытности и смирению Воина:
«Тогда сатана попытался обмануть и прельстить святого принятием вида ангела светлого, ибо, как говорит Апостол, иногда и “сам сатана принимает вид Ангела света”. И вот в один день, он предстал Мартину (Милостивому, епископу Турскому) во время молитвы, предшествуемый и окружённый пурпуровым светом, облаченный в царскую одежду, украшенный короною из жемчуга и золота, в сандалиях, покрытых золотом, с весёлым и радостным лицом. При виде сего необыкновенного, дивного явления, Мартин пришёл сначала в сильное смущение, и оба они долго хранили молчание. Наконец диавол сказал:
— Узнаешь ли, Мартин, кого ты ныне видишь? Я — Христос. Прежде, нежели снова явиться для своего второго пришествия, я восхотел открыться тебе.
Святой помедлил и не дал никакого ответа.
— Почему же сомневаешься веровать в видение? — сказал лукавый. — Я — Христос.
Тогда Мартин, по внушению Духа Святого, познал, что это — диавол, и сказал:
— Господь мой Иисус Христос не обещал, что Он явится в пурпуре и блистательной короне. Я не хочу верить, что вижу возвращение Христа, пока Он не придёт в том же самом виде, в каком Он пострадал и прежде всего — не покажет видимо тех ран, которые Он претерпел на кресте.
Тогда диавол исчез, как дым, и наполнил келлию таким страшным смрадом, что не оставалось никакого сомнения, что то был диавол».
«По прошествии же некоторого времени внезапно в сиянии ложного света явился Потиту (святому мученику) ангел тьмы и сказал ему:
— Вот я пришёл к тебе, о незлобивый юноша, дабы ты не изнемогал телом и душою твоею от голода и жажды, но дабы послушался своего отца и с ним насытился яствами. Я — Христос, смилостивившийся над тобою; видя твои слёзы я пришёл навестить тебя.