ть, а идольский жрец вошёл в храм по обычаю своему, желая принести жертву бесам, но не нашёл бесов, ибо они оттуда бежали. Не являлись ему бесы и тогда, когда он стал приносить им жертвы, — как прежде они обыкновенно являлись: и недоумевал жрец, по какой причине его боги оставили храм свой. Усердно молил он их, чтобы возвратились они на своё место, а они издалека вопили:
— Не можем мы войти туда, где был в прошлую ночь странник, который шёл из пустыни в Неокесарию.
Жрец, слыша это, поспешил за Григорием, настиг его, остановил и с гневом стал кричать на него, упрекая его в том, что он, будучи христианином, дерзнул войти в храм богов их, и что боги из-за него возненавидели это место и удалились; грозил ему судом царским, намереваясь тотчас насильно вести его к мучителям. Святой Григорий, кроткими и мудрыми словами утоляя гнев жреца, сказал наконец:
— Бог мой так Всемогущ, что и бесам повелевает, и мне дал такую силу над ними, что они и против воли послушают меня».
«В другой раз преподобный Макарий (Александрийский) пожелал посмотреть сад и гробницу называемую “Кипотафион”, в которой были погребены Ианний и Иамврий, волхвы (маги, жрецы) египетские, жившие во времена фараона, чтобы там побороться с бесами; ибо про это место говорили, что в нём было множество лютевших бесов, которых собрали туда названные волхвы посредством своего волшебства. Волхвы те между собою были братья и вследствие своей хитрости и большого искусства в волшебстве были у фараона в большом почёте и имели весьма большую силу во всем Египте…
…- Когда я приближался к вертограду, — говорил он, — к названному кладбищу, на встречу мне выбежало до семидесяти бесов в различных образах; одни из них сильно кричали, другие со страшною злобою скрежетали на меня своими зубами, третьи летали подобно воронам, кидались мне в лицо и вопили:
— Чего ищешь ты здесь, Макарий? — Зачем ты пришёл к нам? Не соблазнили ли мы когда-нибудь кого-либо из ваших иноков? Владей, на месте твоего жительства, с подобными тебе тем, что принадлежало прежде нам. Ведь ты владеешь пустыней, из которой выгнал подобных нам бесов. У нас же нет ничего общего с тобою. Зачем ты пришёл в наши места? Как пустынник довольствуйся пустынею, это же место устроившие его отдали нам. Ты не можешь здесь оставаться…
Когда Макарий входил в вертоград, его встретил страшного вида дьявол с обнажённым мечём и загородил ему дорогу. Святой Макарий сказал дьяволу:
— Ты идёшь на меня с мечём, я же иду на тебя во имя Господа Саваофа в силе Бога Израилева.
И дьявол отбежал от него»
Случай, когда человек возвращается к языческой вере и предаёт идеал Любви, описывается так:
«Когда Никомах (некто один из первых гонимых христиан) уже был недалёк от своей кончины и уже немного потерпеть оставалось ему, чтобы получить венец мученический, он неожиданно лишил себя сего славного венца. Оставив доброе исповедание, он отрёкся от Христа и воззвал во всеуслышание:
— Я никогда не был христианином! Я согласен принести жертву богам.
И тотчас воины прекратили мучение его и сняли его с мучилищного дерева.
Когда окаянной этот богоотступник принёс жертву идолам и поклонился им, то на него напал бес и сильно ударил его об землю, так что Никомах стал с яростью бесноваться, кусая язык свой и испуская кровавую пену до тех пор, пока не испустил свою окаянную душу».
Сражение религии с магией (в лице соответствующих носителей), битва учений (воина с бесами), противостояние «эгрегоров» (у нас — «эгоров») — это поистине великая битва, превосходящая всякую индивидуальность; это уже война глобальная, массовая, «народно-освободительная». Здесь воин Христа предстаёт уже богатырём, титаном, беспощадно поражающим Тёмные Силы, но не без поддержки созидательных Сил свыше…
«Дойдя до морского берега, преподобный Даниила Столпник вошёл в церковь святого Архистратига Михаила, Воеводы сил небесных, и пробыл в ней семь дней. Здесь он услыхал о том, что в Анапле есть один пустой идольский храм, в котором живёт много нечистых духов, так что никому нельзя было проходить мимо того места: плывущих они потопляли в воде, а на проходящих нападали, как разбойники, и убивали. Услыхав об этом, святой решил идти туда и жить там… Посему Даниил отправился в пустой храм, вооружась одним непобедимым оружием святого креста, и вместе с тем воспевая: “Господь — свет мой и спасение мое: кого мне бояться?” И прежде борьбы полчище бесовское пришло уже в ужас. А сей духовный воин, обходя углы храма, ограждал их крестным знамением, каждый раз преклоняя колена и молясь Богу. Когда настал вечер, пришёл начальник бесов и начал бросать в святого камнями; затем послышался страшный рёв и вопли, поднялся шум; но Даниил, безбоязненно стоя на молитве, говорил: “Если ополчится против меня полк, не убоится сердце мое; если восстанет на меня война, и тогда буду надеяться”. Таким образом провёл он первую и вторую ночи. В третью же ночь увидал он множество бесов в виде величайших исполинов, с мрачными лицами, страшных, как людоеды, скрежещущих зубами, пламенеющих гневом на святого и говорящих:
— Кто тебе, несчастный, посоветовал придти сюда, где мы, давно обитая, являемся хозяевами этого места?
Говоря это, они устремились на Даниила — одни, желая бросить его в море, другие — усиливаясь побить его камнями; однако ни один из них не осмелился приблизиться к святому. Святой же, вспомнив слова Господа: “сей род не может выйти иначе, как от молитвы и поста”, поступил так: затворив все входы храма, он оставил одно только небольшое окошко, а сам начал поститься и молиться. В непродолжительное время всё бесовское полчище, силою Божиею прогнано было оттуда, и народ стал проходить мимо того места без всякой опасности».
А о сути всех духовных чудес, приобретений в магии (шаманизме) откровенно сообщается в следующей истории; всем чудесным и всякой силой наделяют мага никто иные, как хорошо знакомые нам бесы:
«В царствование Декия жил в Антиохии некий философ и знаменитых волхвователь, по имени Киприан (в последующем священномученик), родом из Карфагена. Происходя от нечестивых родителей, он ещё в детстве посвящён был ими на служение языческому богу Аполлону. Семи лет он был отдан чародеям для научения волхвованию и бесовской мудрости. По достижении десятилетнего возраста, он был послан родителями для приготовления к жреческому служению, на гору Олимп, которую язычники называли жилищем богов; там было бесчисленное множество идолов, в коих обитали бесы. на этой горе Киприан научился всем диавольским хитростям: он постиг различные бесовские превращения, научился изменять свойства воздуха, наводить ветры, производить гром и дождь, возмущать морские волны, причинять вред садам, виноградниками и полям, насылать болезни и язвы на людей, и вообще научился пагубной мудрости и исполненной зла диавольской деятельности. Он видел там бесчисленные полчища бесов с князем тьмы во главе, которому одни предстояли, другие служили, иные восклицали, восхваляя своего князя, а иные были посылаемы в мир для совращения людей. Там видел он также в мнимых образах языческих богов и богинь, а равно различные призраки и привидения, вызыванию коих он учился в строгом сорокадневном посте; ел же он по захождении солнца, и то не хлеб и не какую-либо иную пищу, а дубовые желуди… Так он стал волхвователем, чародеем и душегубцем, великим другом и верным рабом адского князя, с коим беседовал лицом к лицу, удостоившись от него великой чести, как о том он сам открыто засвидетельствовал…
— Поверьте мне, — говорил он, — что я видел самого князя тьмы, ибо я умилостивил его жертвами; я приветствовал его и говорил с ним и с его старейшинами; он полюбил меня, хвалил мой разум и пред всеми утверждал. И обещал он мне поставить меня князем, по исхождении моём из тела, а в течение земной жизни — во всём помогать мне; при сём он дал мне полк бесов в услужение. Когда же я уходил от него, он обратился ко мне со словами: “Мужайся, усердный Киприан, встань и сопровождай меня: пусть все старейшины бесовские удивляются тебе”. Вследствие сего, и все его князья были внимательны ко мне, видя оказанную мне честь. Внешний вид его был подобен цветку; голова его была увенчана венцом, сделанным (не в действительности, а призрачно) из золота и блестящих камней, вследствие чего и все пространство то освещалось, — а одежда его была изумительна. Когда же он обращался в ту, или другую сторону, всё место то содрогалось; множество злых духов различных степеней покорно стояли у престола его. Ему и я всего себя отдал тогда в услужение, повинуясь всякому его велению…
Отсюда ясно, каким человеком был Киприан: как друг бесов, совершал он все их дела, причиняя вред людям и обольщая их. Живя в Антиохии, он много людей совратил ко всяким беззакониям, многих погубил отравами и чародейством, а юношей и девиц закалал в жертву бесам. Многих он научил своему гибельному волхвованию: одних — летать по воздуху, других — плавать в ладьях по облакам, а иных ходить по водам. Всеми язычниками он был почитаем и прославляем, как главнейший жрец и мудрейший слуга их мерзких богов. Многие обращались к нему в своих нуждах, и он помогал им бесовскою силою, которой был исполнен: одним содействовал он в любодеянии, другим во гневе, вражде, мщении, зависти. Уже весь он находился в глубинах ада и в пасти диавольской, был сыном геенны, участником бесовского наследия и их вечной гибели».
Вообще, пребывать или, лучше сказать, «сожительствовать» с бесами на повседневном, «бытовом» уровне — это одно, а вот вступать с ними в особенную, тесную связь в духовной области, и тем более по знанию или незнанию прибегать к их «помощи» — совершенно другое. Это уже потеря, продажа, гибель души определённо и однозначно! Миф о продажи человеческой души дьяволу, в котором составляется и подписывается некое соглашение, договор, акт, — известен очень давно. Так в рассказе об оскорблённом Феофиле, бывшем управляющем экономными делами церкви, мы узнаем…