— Никак не успокоишься?
— Я волнуюсь за нее! Вот и всё. — Девушка смахнула непослушные локоны с лица. — Я не хочу наводить панику раньше времени, но Аня думает уволиться.
— В смысле? — не понял Сергей.
— В том самом. Говорит, что есть предложение в другом городе…
— Дела… Я думал, что Аня будет последним человеком, который уйдет из фирмы.
— Ага. — Маша достала из микроволновки жаркое и поставила на стол, предлагая мужу самостоятельно разложить еду по тарелкам.
— А при чем тут Коржаненко? — уточнил Сергей.
— А ты не находишь… странным? Ты же знаешь, что между ними раньше было… кое-что. А Анюта не из тех, кто относится к этому делу легко… А тут… — Маша села за стол. — Андрей приходит в фирму, вдруг становится отличным сотрудником. А ведь ты его знаешь. А Аня хочет сбежать.
— Думаешь, все так плохо?
— Не знаю.
— Я бы поставил на то, что наш чудо-босс вправила засранцу мозги на место, — предложил Сергей.
— А я на то, что он зомбировал Анюту. Наигрался, и теперь она не знает, куда деться.
Сергей отложил вилку. Такая мысль ему в голову не приходила. Всегда собранная и строгая Аня?
«Да нет…» — мужчина посмотрел на жену.
— Я съезжу в офис на неделе, проверю, как там дела.
«Выбирая между хорошими отношениями с родителями Коржаненко и Анютой… — Сергей задумался. — Однозначно Анюта. Где я еще найду такого руководителя?»
Глава 25
— Ты сегодня задумчивая… — протянул Андрей.
С ним было трудно поспорить — я уже минут двадцать покручивала карандаш на столе, совершенно не обращая внимания… ни на что. Ни на то, что Андрей уже давно отложил ноутбук и принялся шуршать на кухне. Ни на то, как на столе появлялись вазочки с разными вкусняшками. Надо отдать должное Андрюше — красоту он не только видел во всем, но и создавал ее вокруг себя с удовольствием. Так что даже рахат-лукум лежал в прозрачной мисочке как-то особенно эстетично.
— Ничего не случилось? — парень поставил передо мной кружку чая.
— Да нет… просто думаю…
— Ты всегда думаешь. Но обычно не выпадаешь из реальности.
— Да нет… — повторила я. — Просто… Не обращай внимания.
— И все-таки? — надавил он, садясь напротив.
Каким-то идиотским и невообразимым образом… Нет, не могу. Мысли… все не так. Каким-то образом мы с Андреем перескочили все то, что бывает у нормальных парочек и оказались здесь.
Мы вместе живем, у нас нет никакой интимной близости, мы только обсуждаем работу и вместе ужинаем.
Всё.
И, с одной стороны, какая-то стабильность — это же должно быть хорошо? А с другой… до боли не хватало чего-то… чего-то… Чтобы страсть кружила голову, чтобы сердце разрывалось от любви, чтобы… чтобы хотелось выбегать на улицу и плясать под дождем вместе.
И меня до чертиков пугает, что этого с Андреем я никогда не испытаю. Что моя жизнь так и останется… блеклой? Бесконечные проблемы, трудности и их преодоление. Мама, бабушка, мой отец с мачехой. У меня на лбу словно вытатуировали огромную надпись «отличница». В школе, в институте, в офисе.
Словно единственное трепетное приключение, которое достанется мне, — это безумная ночь с Андреем после клуба.
— Скажи, о чем ты мечтаешь? — я подняла взгляд на Коржаненко.
Милый. Я смотрю на него, и мне хочется улыбаться. Мне хочется, чтобы он меня обнимал. Но… вдруг больше никогда и ничего не будет?
Вдруг наши пути разойдутся… да в любой момент.
А где-то там, на горизонте, мне светит Краснодар. Новый город, новая должность, меньше ответственности. Быть может, переезд — не самая плохая идея. Быть может, там я найду себя. Или построю новую себя. Составлю последнюю свою инструкцию: «Как начать исполнять свои мечты, если на грабли наступать надоело».
— Странный вопрос. — Андрей пожал плечами.
— Должно же быть что-то? Чего бы ты хотел, чем бы занялся дальше…
— Полгода назад я не представлял, что окажусь здесь с тобой. И буду пахать на двух работах, раз уж на то пошло. Так что не вижу смысла загадывать. — Парень макнул в чай печенье, прежде чем отправить его в рот. — Анют, что за разговоры?
— Да так…
— Тест на амбициозность или что? — уточнил Андрей. — Типа… кем вы себя видите через пять лет?
— Забей. — Я улыбнулась. — Я спросила просто так.
«Ну конечно», — вот я уже и вру.
— Просто… Ты же знаешь, что я выросла в деревне?
— У тебя сегодня очень странные темы для беседы.
— Просто ностальгирую. У нас был большой огород, особенно смородиновых кустов. Я всегда ненавидела ее собирать, зато потом бабушка всю зиму варила компоты, так что это в итоге было здорово. А еще бабушка пекла пирожки в печи, которые постоянно подгорали с одной стороны. — Прикрыла глаза, вспоминая, как я сидела с ножом и обрезала корочки. — А каждое утро начиналось с того, что нужно подоить козу, собрать яйца в курятнике…
— Можно вопрос? — перебил меня Андрей.
— Конечно.
— У тебя… такие своеобразные родственники. Отец, по сути, бросил. Мама… болела… Как после всего ты вспоминаешь детство с таким удовольствием?
А Андрей, говоря о своем, богатом и сытом, только грустит.
— Хотела бы я, чтобы ты попробовал… Не в плане родственников, конечно.
Андрей засмеялся.
— Ты представляешь меня с козой?
— Не поверишь — каждый день, — скривилась, вспоминая Жанну, которая продолжала вешаться на Коржаненко. Пока наши с ним недоотношения мы держали в тайне, остудить пыл Жанночки не удавалось. Ни ему, ни мне.
Я с ее легкой подачи превратилась в завистливую стерву, Андрей — «ну что ты, масик, не говори глупостей, дурашка мой ненаглядненький».
— Ладно. — Андрей забрал у меня так и не тронутый чай, убирая кружки в раковину. — Чувствую, что сегодня мы смотрим «Поросенка Бэйба»? — вздохнул парень горько.
Вот как-то так…
Вечер, кино, каждый разойдется по своим постелям. Андрей — рисовать, я…
«Я согласна на работу», — пока парень запускал ноутбук, я набрала короткое сообщение Виктору.
«Отличная новость! Рад, что ты решилась».
А я нет.
На душе как-то все равно гадко.
Словно я обманываю Андрея. Или дарю ложную надежду… Но и спросить: «А к чему движутся наши отношения?» — тоже не могу. Не представляю, как это… Вернее, боюсь представить. Ну вот как такие разговоры заканчиваются обычно?
«Конечно, я люблю тебя и мы будем вместе до конца жизни!» — так не бывает. Это или ложь, чтобы отвязалась поскорее со своими разговорами. Или правда дураков. Потому что не бывает «люблю до гроба». Ты или работаешь годами над отношениями, развиваешься вместе с партнером в одном русле и кладешь все силы на построение той самой любви. Или через месяц, полгода, пять лет вы разбегаетесь, не понимая, что нашли друг в друге. И ответы в духе «мы будем вместе до конца жизни» — тот самый тревожный звоночек, после которого стоит бежать подальше.
А что еще можно сказать на вопрос про отношения?
«Нам хорошо здесь и сейчас, зачем загадывать?» — а я не могу не загадывать. Мне нужен план наперед, хочу все знать, испытывать хоть какую-нибудь уверенность.
«Мы просто развлекаемся»? Прибейте меня веником, услышав подобное, я бы сбежала из квартиры в ту же минуту.
Вот и получается — мне не угодишь.
А любовь? Влюбленность, по крайней мере… Разве с ней не должно быть все проще?
Возможно… Возможно, мне бы хотелось, чтобы вместо слов и расспросов Андрей просто обнял бы и сказал, что все будет хорошо. Чтобы я не думала обо всех этих «если».
А я трусиха. Спросить — не спрошу. Сказать? Не скажу… Потому что, если Андрей опять меня бросит — мне будет больно. Опять. А если я просто уеду?..
Будет ли больно ему?
Как же я не хочу узнавать ответ на этот вопрос.
Глава 26
Отношения — та еще хрень, я вам скажу. Или я делаю что-то не так.
Мы за две недели пересмотрели столько романтически-сопливых комедий, что я… Я чувствую, что из меня скоро песок посыплется.
Задачку мне Анюта задала ту еще. Быть «взрослым». Скучно, глупо, хочется выть. А я, дурак влюбленный, лишний раз шага ступить боюсь, лишь бы не упустить подаренный мне шанс.
Хочется иной раз, не знаю… Подхватить Анюту на руки, закружить по коридору, чтобы потом вместе упасть на кровать…
Но разве можно? Знаю Анюту, начнется: «У тебя швы, а врач тебе запрещает, ну что ты дурачишься?»
Так что я превратился в само обаяние и целомудрие. Сижу на назначенной диете, веду себя образцово-показательно. Работаю. Работаю как проклятый. Потому что за всей той маской, что пришлось временно надеть, чтобы Аня перестала меня отталкивать, я наметил то, чего хочу на самом деле.
Во-первых, независимость. Причем не только от родителей. От Ани, если это касается финансов и должности, в том числе.
У нас и так все… странно, так приплетать сюда еще возможные конфликты на работе — нефиг. Плюс — деньги. Меня просто убивает мысль, что я столько лет дарил ничего не значащим для меня женщинам такие вещи, что любая почувствовала себя королевой. И ничего не могу дать Анюте сейчас. Мой финансовый предел — букет цветов от милой старушки из перехода.
От этого просто хотелось биться головой об стену.
Кому-то там, чьего лица я не вспомню даже при огромном желании, я мог дать почти всё. Элитный парфюм, люксовую косметику, роскошные платья, телефоны. Черт, я как-то подарил машину девице, которая по памяти читала стихи Есенина. Просто потому что мог и у меня было подходящее настроение.
А Ане я не мог дать ничего. Человеку, из-за которого у меня душа оживает. Человеку, который не бросил и готов столько терпеть и прощать, вправлять мне мозги на место и просто быть рядом.
Так что цель номер два. Исправить эту несправедливость.
Я хочу, чтобы у Ани было все. Вообще все, о чем она только может мечтать. Любой каприз.
Но из этого желания вытекают проблемы — надо работать. Больше работы — меньше Ани. И вместо того, чтобы сближаться, я все больше чувствую, как она отдаляется от меня.