В сражении с люком Дальгард на время упустил из виду ящик и потому был захвачен врасплох, когда этот предмет с пронзительно высоким свистом, на самом пороге восприятия, неожиданно вынырнул из-за края крыши и устремился прямо к нему. Дальгард прыгнул в люк и, к счастью, приземлился на крутой рампе. Он потерял равновесие и заскользил в темноту, стараясь затормозить руками; в ушах продолжал звучать пронзительный вопль ящика.
В этой части конического здания дарила полная темнота, и двумя этажами ниже входа, в который он так бесцеремонно влетел, Дальгард сильно ударился о стену. Лёжа в темноте и пытаясь восстановить дыхание, юноша продолжал слышать вопли ящика. А может, это призыв? Размышлять было некогда, следовало побыстрее уходить.
На четвереньках разведчик прополз по короткому коридору и обнаружил следующую уходящую вниз рампу, на этот раз не такую крутую; по ней он вполне мог спуститься стоя. Внизу было светлее, свет пробивался сквозь отверстия в декоративных полосах. Увидел он и дверь, закрытую на запор.
Дальгард даже не попытался открыть её, хотя и положил руку на засов. Ящик — это охотничья собака. Может, он уже привлёк внимание хозяев к этому зданию? Вдруг он откроет дверь и встретится с опасностью, которой должен избегать. Дальгард отчаянно попытался поискать мыслью. Но чуждой волны не нашёл. Может, охотники умеют контролировать свои мысли? Он так мало знал а Других, a водяные так ненавидят своих прежних хозяев, что скорее избегают, чем изучают их.
Шестое чувство разведчика говорило ему, что снаружи никто не ждёт. Но чем дольше он будет медлить, тем меньше будут его шансы. Он должен убраться отсюда — и быстро. Отведя в сторону запор, Дальгард чуть приоткрыл дверь и выглянул на пустынную улицу. В десяти футах дальше темнел проём ещё одной двери, где можно будет укрыться, ещё дальше — узкий переулок под балконом. Он отметил эти укрытия и вышел.
Вроде всё тихо. Юноша побежал. И тут снова раздался разрывающий уши вопль, и летающий ящик устремился на него. Дальгард отскочил от двери и ушёл под балкон: он понимал, что должен уходить, но в укрытие, чтобы этот чёрный предмет не смог его ударить. Вот бы найти вход в подземные коридоры, наподобие уходящих от арены… Но теперь он даже не знал направления на арену, а подняться наверх, чтобы осмотреть местность, не мог.
Разведчик вновь соприкоснулся с чуждым умом! Они шли к нему, по сигналам своего пса. Он не должен позволит им загнать себя. Дальгард подавил приступ паники и попытался справиться с напряжением, туго натянувшим нервы. Бежать бесконечно тоже нельзя. Наверно, именно это им и нужно. И вот он стоял под балконам и пытался не слышать пронзительного вопля, внимательно изучая переулок.
Это был узкий боковой путь, и он не очень мудро поступил, выбрав его; впереди гладкие стелы окружали место, которое когда-то было садом. Дальгард не знал, нападёт ли на него ящик, если захватит на открытом месте, но проверять это глупо… не мог он и судить о скорости его движения.
Стены… Ветерок из переулка донёс запах реки. Возможно, переулок кончается у воды, а Дальгард считал, что если доберётся до воды, то сумеет запутать преследователей. Да и выбирать долго нельзя: чужаки приближались.
Дальгард легко пробежал под балконом, резко повернул, достигнув конца защитной стены, и прыгнул. Пальцы его ухватились за резьбу на стене, он подтянулся и перекинул тело в узкий проход. Над ним по-прежнему нависал выступ строения. Послышался глухой удар: это ящик ударился о преграду. Значит, если у ящика появится возможность, тот действительно ударит его! Это стоило знать.
Разведчик заглянул за стену. Дальше тянулись густые заросли сада, превратившиеся за многие годы отсутствия ухода в сплошную чащу. Если он до неё доберётся, возможно, сумеет скрыться. Дальгард оценивающе взглянул на окно, на дверь, ведущую на балкон. Ножом открыл дверь, зашёл в дом и пробежал по комнатам на первый этаж, к выходу в сад.
На уровне земли колючая путаница ветвей выглядела устрашающе. Придётся прорубать дорогу. Сможет он это проделать и уйти от вопящего раскачивающегося в воздухе преследователя? Заброшенная тропа вроде бы давала слабый шанс на успех, а ещё Дальгард заметил, что кусты в основном начинают ветвиться в нескольких футах над землёй.
Решив попытать удачу, колонист отчаянно врубился в зелёную массу, сметая ножом преграды. И оказался в странном тусклом мире, где мёртвые и живые ветви переплетались, создавая крышу над головой, отгораживали от тепла и света солнца. С влажной поверхности, пачкавшей руки и колени, тянуло разложением и запахом потревоженного перегноя. Пришлось подождать, пока глаза не привыкнут к полутьме; только тогда он разглядел старую тропу, которую выбрал в качестве проводника.
К счастью, через несколько футов беглец обнаружил, что тропа не так заросла, как он опасался. Толстый матрац вверху перекрывал солнечный свет и убивал ростки, и потому удавалось ползти без особых усилий. Дальгард слышал жужжание насекомых, но животных поблизости не водилось. Земля становилась всё более влажной, перегной стал похож на грязь. Разведчик не смел надеяться. Но либо река была уже близко, либо в саду протекал ручей, впадающий в неё.
Преследователь продолжал издавать пронзительные звуки, однако, хотя листва и искажала звук, Дальгард считал, что ящик больше не кружит непосредственно над ним. Может, он сбил его со следа?
Вскоре он увидел ручей или, скорее, цепочку мелких заводей, над которыми сплошным покровом соединялась растительность. Ручей привёл беглеца к стене, там он уходил в дренажное отверстие, и Дальгард был уверен, что сможет в него проползти. Ему не хотелось погружаться в тёмную нору, но другого выхода он не видел. Протискиваясь в слякоти и грязи, чувствуя вокруг влажный камень, разведчик пополз в неизвестное.
Однажды ему пришлось остановиться и убрать камни, врезавшиеся в дно. По другую сторону этого опасного места можно было ползти дальше. Сможет ли ящик выследить его здесь? Он не знал принцип его действия; оставалось только надеяться.
Но вот он увидел впереди серый свет, пополз с новыми силами — и столкнулся с решёткой, за которой — открытый мир. Снова пошёл в ход нож, Дальгард энергично подкапывал преграду. Работал он долго, но наконец решётка рухнула в мутный ручей; Дальгард приготовился тоже погрузиться в него.
Лишь из-за своего опыта охотника он избежал смерти. Какой-то инстинкт заставил юношу увернуться, и чёрный ящик не разбил ему голову, а только скользнул по ней. Но даже от такого удара Дальгард потерял сознание и упал в мутную воду.
14. Пленник
Раф находился в двух кварталах от парившего широкими кругами ящика, когда заметил, как тот остановился и с резким высоким свистом по прямой линии устремился вниз. Через несколько секунд ящик снова поднялся, словно в замешательстве, тем не менее продолжая висеть над этим местом и испуская пронзительный вопль. Пилот перебрался на следующее здание, но всё ещё оставался в квартале от конического сооружения, над которым парил теперь ящик.
Раф в нерешительности остановился. Спуститься на улицу и расследовать? Но, не успев принять решение, пилот увидел передовую группу чужаков на улице внизу, они целеустремлённо двигались к коническому зданию, держа оружие наготове. Судя по их поведению, ящик загнал добычу, которую они так долго искали.
Но всё оказалось не так просто. Испустив ещё один душераздирающий вопль, машина снова взмыла в воздух и полетела над коническим зданием дальше, по-видимому, к улице за ним. Раф понял, что не должен пропустить конца этой охоты, и двинулся по крышам, чтобы занять удобный наблюдательный пункт. Наконец он оказался на крыше склада, выходящего прямо на реку.
Ниже по течению шла маленькая лодка. Два чужака гребли, третий сидел на носу. На некотором удалении по берегу продвигалась ещё одна группа чужаков; обе группы направлялись, по-видимому, к зданию слева от того, на котором укрылся Раф.
Пилот вновь услышал резкий вопль ящика и увидел, как тот подлетел к реке. Но в том направлении была только густая зелень. Конец странной охоты наступил совершенно неожиданно. Раф не был к этому готов, и всё кончилось, прежде чем он сумел как следует разглядеть добычу. Что-то показалось на берегу реки, и в то же мгновение ящик упал вниз, как хорошо нацеленное копьё. Ударил, и существо, которое только что выбралось — насколько мог судить Раф, прямо из-под земли, — упало в воду. Вода сомкнулась над ним, а ящик опустился на берег. Лодка с чужаками устремилась прямо к тому месту, где погрузилось в воду выползшее из зелени существо.
Один из гребцов оставил своё место, перегнулся через борт и нырнул в маслянистую воду. Он сделал две попытки, прежде чем ему повезло и он вынырнул с грузом. Чужаки не пытались втащить пленника в лодку, только держали его голову над водой, и снова направились вниз по течению. Заплыв за край пирса, они исчезли из поля зрения Рафа; вторая группа на берегу подобрала ящик и тоже ушла.
Но Раф видел достаточно; на мгновение он застыл. Существо, которое выползло из земли, получило удар по голове и упало в воду, — он готов был поклясться, что это не мохнатое животное, каких он видел на морском острове. Гладкокожий, похожий по сложению на чужаков… Один их них, преступник, повстанец? На кого шла охота?
Мучаясь сомнениями, пилот перебирался с крыши на крышу, пытаясь установить, куда исчезла лодка, но река везде была пуста. Если чужаки где-то вышли на берег, они просто растворились в городе. Наконец Рафу пришлось воспользоваться своим маяком, и тот провёл его по пустому метрополису к полю.
У шара продолжалась лихорадочная деятельность; чужаки грузили предметы из склада; но Лабле и Хобарт стояли у флиттера. И когда пилот подошёл к ним, капитан пристально взглянул на него.
— Что случилось?
Раф почувствовал, что за время его отсутствия что-то изменилось, Хобарт ждал от него объяснений, которые помогут прояснить обстановку. Он коротко рассказал об охоте и её конце, о поимке незнакомца. Когда он закончил, Лабле кивнул.