104. Как Бог Отец связан с Сыном своим великою любовью, так и царь Люцифер был связан с царем Миха-Элем великою любовью как единое сердце, или единый Бог: ибо родник Сына Божия достигал в самое сердце Люцифера.
105. Но, однако, свет, который он имел в своем теле, имел он в собственность; и этот свет, пока он сиял, качествовал совместно и совмещался с бывшим вне его светом Сына Божия как нечто единое, хотя их и было два; и еще были они связаны друг с другом как тело и душа.
106. И подобно тому как свет Божий правит во всех силах Отца, так правил и он во всех своих ангелах как могущественный царь Божий и носил на главе своей прекраснейший на небе венец.
107. На этом я хочу теперь и закончить, так как в следующей главе буду иметь с ним еще очень много дела. Пусть он здесь еще немного повеличается в своем венце, скоро он будет с него снят.
108. Этот блаженный князь и царь имеет имя свое от света, или молнии, или исхождения света, что знаменует поистине Бога Духа Святого.
109. Подобно тому как Дух Святой исходит от света, и слагает и образует все, и господствует во всем, таково же и могущество и блаженство херувима: он есть царь и сердце всех своих ангелов, то есть лишь только ангелы его взглянут на него, как заражаются волею своего царя.
110. Подобно тому как воля сердца заражает все члены тела и все тело поступает тогда согласно постановлению сердца; или как Дух Святой восходит в средоточии сердца и освещает все члены тела, так и херувим заражает всем своим сиянием и волею всех своих ангелов, так что они все вместе суть как бы единое тело и царь есть сердце внутри его.
111. Этот славный и прекрасный князь образован по роду и качеству Святого Духа, и есть поистине славный и прекрасный князь Божий, и связан с прочими князьями в любви как единое сердце.
112. Таковы три князя Божиих на небе. Когда же теперь молния жизни, то есть Сын Божий, восходит в среднем круге в неточных духах Божиих и являет себя, торжествуя, то и Дух Святой восходит также, торжествуя, ввысь. В этом восхождении восходит также и Святая Троица в сердце этих трех царей, и каждый торжествует по своему качеству и роду.
113. В этом восхождении воинство всего неба, все ангелы становятся ликующими и радостными, и раздается дивное «Тебя Бога хвалим». В этом восхождении сердца пробуждается Меркурий в сердце, равно и во всем салиттере неба: тогда восходит в Божестве дивное и прекрасное образование неба в многообразии цветов и родов, и каждый дух являет себя в своем образе особо.
114. Я ни с чем не могу сравнить этого, только с благороднейшими камнями: рубином, изумрудом, ониксом, сапфиром, алмазом, ясписом, гиацинтом, аметистом, бериллом, сардониксом, карбункулом и подобными им.
115. В таких цветах и родах являет себя природное небо Божие в восхождении духов Божиих, и когда теперь свет Сына Божия сияет в нем, то оно подобно светлому морю цвета перечисленных выше камней.
116. Но так как дух дает мне познать образ неба, то я не могу прекратить это описание и предоставляю действовать тому, кто хочет, чтобы так было. Хотя бы диавол мог возбудить ругателей и насмешников над этим, я не пекусь о том, мне достаточно благодатного откровения Божия: пусть они себе ругаются, пока не узнают того сами к вечному стыду; источник раскаяния будет грызть их тогда.
117. Я не восходил также на небо и не видел этого плотскими глазами, еще того менее сказал мне кто-нибудь об этом: ибо хотя бы ангел пришел и возвестил мне это, все же я не мог бы без просвещения Богом ни понять, ни тем более поверить. Ибо я все еще оставался бы в сомнении, даже если бы то был добрый ангел, исполнявший воление Божие, «потому что сам сатана принимает вид ангела света» (2 Кор. 11, 14) для соблазнения людей.
118. Но так как это родится в средоточии или окружности жизни, как ярко сияющий свет, подобно небесному рождению или восхождению Святого Духа и в огненном побуждении духа, то я не могу ему противиться, пусть мир продолжает ругаться надо мною.
119. Свидетельствует дух, что весьма малого еще недостает, и вот взойдет молния во всей окружности мира сего; ради того и дух этот есть вестник или возвеститель дня. Какой человек не будет обретен к тому времени в рождении Святого Духа, в том и вовеки не взойдет это рождение, но он останется в источнике тьмы жестким, мертвым кремнем, в котором восходит вечно источник ярости и погибели; там вечно будет он ругаться, пребывая в рождении адской мерзости: ибо какого качества дерево, таков и плод его.
120. Ты живешь между небом и адом; куда ты сеешь, там и пожнешь, и то будет пищею твоею в вечность. Если посеешь ты ругательство и презрение, то и пожнешь ругательство и презрение, и оно будет твоею пищею.
121. Потому, о человек, будь осмотрителен и не слишком уповай на мирскую мудрость; она слепа и рождена слепою: но когда в ней рождается молния жизни, то она уже более не слепа, а видит. Ибо Христос говорит: «Должно вам родиться свыше» (Иоанн. 3, 7), иначе не можете войти в Царство Небесное. Поистине должно родиться таким образом в Духе Святом, который восходит в сладкой родниковой воде сердца в молнии.
122. Потому и Христос заповедал крещение или возрождение Духа Святого в воде, ибо в сладкой воде сердца восходит рождение света. Это есть великая тайна, и она оставалась сокрытой от всех людей от начала мира и до сего дня. Я намерен ясно описать и доказать это в своем месте.
123. Теперь заметь себе образ неба: когда ты смотришь на мир сей, то пред тобою прообраз неба. Звезды знаменуют ангелов: ибо подобно тому, как звездам надлежит пребыть неизменными до конца сего времени, так и ангелы должны вечно пребывать неизменными в вечном времени неба.
124. Стихии знаменуют дивную соразмерность и переменность образа неба: ибо подобно тому, как глубина между землей и звездами непрестанно меняется в образе своем, то она дивно светла, а то затуманена, то бывает ветер, то дождь, то снег, и глубина бывает то голубой, то зеленоватой, то беловатой, то темной.
125. Такова и переменность неба в многообразии цветов и образов; однако не по тому роду, как в мире сем, но сообразно восхождению духов Божиих: и свет Сына Божия сияет в нем вечно, но одно восхождение бывает все же больше в этом рождении, нежели другое: потому дивная премудрость Божия непостижима.
126. Земля знаменует небесную природу или седьмого природного духа, в котором возникают образования, и формы, и цвета. Птицы, рыбы и звери знаменуют многообразие форм в небе.
127. Ты должен знать это, ибо о том свидетельствует дух в молнии, что хотя в небе возникают различные формы, подобные зверям, птицам и рыбам мира сего, но по небесному образу и роду и в небесной ясности; а равно и различные деревья, кустарники и цветы; но как они возникают, так снова и переходят, ибо они не бывают сплочены воедино, подобно ангелам, но слагаются так в рождении восходящих качеств в природном духе.
128. Когда какой-нибудь образ слагается в одном из духов, так что получает пребывание, но другой дух вступает в борьбу с первым и побеждает, то образ снова рассеивается или же изменяется, сообразно роду качеств: и это в Боге как бы святая игра.
129. Потому и все твари в мире сем, как-то: звери, птицы, рыбы и гады – созданы не вечными существами, но преходящими, как равно преходят и образы неба. Здесь я помещаю это только как указание, когда же ты будешь читать о сотворении мира сего, ты найдешь это описанным подробно.
Глава XIIIОб ужасающем, жалостном и бедственном падении царства Люцифера
Пред это зеркало да будут созваны мною все гордые, скупые, завистливые и гневные люди; здесь увидят они начало своей гордости, скупости, зависти и гнева, а также и исход и конечную награду.
2. Ученые произвели много различных диковин о начале греха и происхождении диавола и дрались из-за них между собою; каждый думал, что он владеет истиною, а между тем она оставалась равно сокрытой от них всех до сего дня.
3. Но так как этому предстоит быть отныне совершенно явленным, как в светлом зеркале, то надо предположить, что отныне близок великий день откровения Божия, когда ярость и возжженный огонь разлучатся от света.
4. Потому пусть никто не ослепляет себя сам: ибо время возвращения того, что человек утратил, отныне близко, занимается утренняя заря, пора пробудиться от сна.
5. Теперь спрашивается: но каков же источник первого греха Люциферова царства? Здесь надо снова обратиться к высочайшей глубине Божества и рассмотреть, из чего царь Люцифер стал тварью или чем был в нем первый источник злобы.
6. Извиняются диавол и скопище его, а равно и все безбожные люди, порождаемые в погибели, все еще тем, что Бог поступает с ними несправедливо, извергая их.
7. И нынешний мир осмеливается также говорить, что Бог порешил так в своем предустановленном совете, чтобы одни люди были блаженны, а другие осуждены; а также что Бог ради того изверг князя Люцифера, чтобы он явил зрелище гнева Божия.
8. Как если бы ад или зло были от вечности и Бог имел в намерении своем, чтобы в нем были и должны были быть твари; и они дерутся и силятся доказать это писаниями, хотя не обладают ни познанием истинного Бога, ни разумением писания; хотя и в писания попали иные заблуждения.
9. Христос говорит, что диавол был убийцею и лжецом искони и не устоял в истине (Иоанн. 8, 44). Но так как эти словопрители и спорщики так усердно помогают ему и превращают истину Божию в ложь, делая из Бога жаждущего и яростного диавола, сотворившего зло и еще продолжающего желать его, то и сами они вместе с диаволом суть убийцы и лжецы.
10. Ибо подобно тому, как диавол есть основатель и отец ада и осуждения, и создал сам себе адское качество, и устроил себе из него свой царский престол, так и эти писаки суть строители лжи и осуждения, помогающие диаволу утверждать свою ложь, и делать из милосердного, любовного и приветного Бога убийцу и усердного губителя, и превращать истину Божию в ложь.