аучиться терпению, Саманта. Здесь я приказываю. А ты повинуешься. Ясно?
– Совершенно.
– Ты будешь делать все, что я велю. И всегда.
Она стряхнула его руку.
– И не мечтай. Вчерашний вечер был фантастическим, но у меня своя голова на плечах.
Хотя она понимала, что с каждым днем, проведенным в обществе этого непредсказуемого мужчины, от ее головы было все меньше толку.
Шейх скривился.
– Ты просто пока не объезжена как следует. Но у меня еще есть немного времени.
– Я не лошадь!
– Какая жалость! Лошади не умеют лгать. Пошли. – Он направился к дверям. – Пора принимать лекарство.
– Ты совершенно невыносим, – сказала Саманта, следуя за ним. Но все ее тело уже изнемогало от желания.
В особняке Бандар сразу повел ее в крыло, где располагались спальни для гостей.
Саманта там уже бывала. Один раз. В канун Рождества Клео наводила порядок в комнатах, готовясь принимать гостей, а Саманта ей помогала. Не потому, что это входило в ее обязанности, а потому, что ей было одиноко.
Гостевые апартаменты состояли из спальни, гостиной и ванной комнаты. По роскоши они не уступали номерам пятизвездочного отеля. В спальне стояла кровать неимоверных размеров, а краны в ванной были позолочены.
– Я наполню ванну, – сказал Бандар, усадив ее на диван в гостиной.
Саманта вздрогнула.
– От меня пахнет конюшней?
– Я люблю запах лошадей, – ответил он. – Как-нибудь мы займемся любовью на лошади.
– О…
В ее воображении немедленно возникло видение: Бандар верхом на лошади, а она, совершенно голая, – у него на коленях спиной к нему.
Поводья держала дна, потому что обе руки мужчины были заняты: он ласкал ее. Шейх был обнажен, и она чувствовала его глубоко внутри себя, как вчера вечером. Лошадь пошла галопом и…
– Но не сегодня, – продолжил он, возвращая ее в реальность. – Сегодня я хочу искупаться с тобой в ванне. А потом заняться любовью в нормальной кровати.
Она опять не смогла сказать ничего, кроме восхищенного:
– О!..
Не было предела его фантазиям. Не было конца эротическим сценариям, которые он предлагал. И не было никакого сомнения, что все их он уже опробовал.
Черная ревность охватила Саманту, когда она представила себе Бандара, сидящего в ванне не с нею, не говоря уже о сексе на лошади, на твердом полу, на огромной кровати и вообще где бы то ни было.
– Ты уже пробовал это с другими женщинами, да ведь? – упавшим голосом спросила она.
– Что? А… другие женщины, – сказал шейх и задумался, нахмурившись.
Сердце Саманты замерло в груди. Она не хотела, чтобы ее догадка подтвердилась. Но что, если так? Что, если он скажет, что она права? Хватит ли ей мужества, чтобы уйти?
– У меня было много женщин. Мы живем в очень разных мирах, Саманта, – сказал он наконец. – Я живу в мире, где огромные деньги проявляют в людях их самые дурные качества. Особенно в женщинах. Я люблю секс, и это очень интимная для меня вещь, что-то вроде творчества. И я предпочитаю партнерш, которые это понимают. Я не из тех мужчин, которые любят, чтобы женщины были сверху да еще и связывали их. Мужчина должен связывать женщину.
– Связывать?
– Тебе понравится, обещаю, – заявил он безапелляционно.
– С чего ты взял? – спросила она, затаив дыхание. Но сама мысль об этом уже возбудила.
Саманту. Он свяжет ее? Где? Чем?
– Я уверен, – сказал он, не отрывая взгляда от ее разом пересохших губ. – Там есть чай, кофе и все остальное, – он указал на маленькую кухню, ловко упрятанную в углу гостиной. – Налей нам что-нибудь выпить, пока я буду наполнять ванну.
– Нет, – ответила она. – Я не хочу пить. Я хочу, чтобы ты поцеловал меня. Поцелуй меня.
Бандар. Сейчас.
Бандар был ошеломлен ее страстным призывом. И возбужден им.
С самого начала Саманта привлекала его именно этим. Своей внутренней силой. Скрытой страстностью. Вчера вечером она рабски повиновалась, и это ему нравилось, а теперь ее синие глаза полны дерзостью и вызовом, и ему хочется сорвать с нее одежду и овладеть ею прямо тут.
– Если я поцелую тебя, то уже не смогу остановиться, – сказал он, ошеломленный неожиданным чувством – ему казалось, что внутри у него вулкан, который вот-вот начнет извергаться.
– Зачем ты все это говоришь? Почему просто не поцелуешь меня?
В одну секунду Бандар оказался рядом с ней, сгреб ее в охапку и впился в ее губы таким поцелуем, какой он не дарил еще ни одной женщине. Саманта ответила ему с той же страстностью и, вцепившись в его рубашку, притянула его еще ближе к себе. Бандар почувствовал, что больше не может терпеть. Такое с ним было впервые в жизни и совершенно ему не нравилось. Он гордился своей опытностью и выдержкой.
В отчаянии он схватил ее за волосы и с силой оторвал от своих губ. Бандар посмотрел в ее дико распахнутые глаза и начал срывать с нее одежду.
К черту гордость! Всё к черту!
Он через голову снял с нее свитер, затем бюстгальтер. Когда он стал расстегивать ее джинсы, случилась маленькая заминка – кусочек ткани попал в молнию. Бандар безуспешно дергал замок, потом швырнул Саманту на ближайший диван и, не расстегивая, стянул с нее брюки вместе с совершенно несексуальными хлопчатобумажными панталончиками, которые он поклялся сжечь.
Совершенно голая, она вскочила с дивана и начала сражаться с одеждой шейха. Бандар был слишком ошеломлен и возбужден, чтобы остановить ее. Она была подобна сейчас дикому животному.
Теперь он тоже был обнажен и слишком близок к опасной черте.
Она не должна была так к нему притрагиваться, так ласкать его.
Бандар приподнял Саманту и резко вошел в нее. Потом пронес ее через всю комнату и впечатал в стену. Он грубо схватил Саманту за руки и, широко разведя их, прижал к деревянной обшивке. Бандар яростно, мощными толчками входил в нее. Он слышал, как она кричала, но не знал, крики ли это боли или удовольствия. Ему было все равно. Он совершенно не владел собой.
Уже через десять секунд, чего с ним прежде никогда не бывало, Бандар почувствовал, что изливается в нее, вскрикивая и дрожа, как перевозбужденный подросток. Он застонал, когда вспомнил, что не использовал презерватив. Но все-таки как потрясающе было ощущать, что между ними нет никакой преграды! Взрыв Саманты накрыл его новой волной наслаждения.
И лишь потом осознание случившегося начало надвигаться на него.
Саманта будет в ужасе. Она не простит ему. И будет права. Хотя, черт побери, она тоже виновата! Она не должна была так его заводить! Разве мужчина может контролировать себя в такой ситуации?
Но прежде тебе всегда удавалось, Бандар, безжалостно сказал его внутренний голос. Ты никогда не терял контроль. Никогда.
Так что же с ним происходит?
Саманта издала полувздох-полустон. Ее глаза были закрыты, голова бессильно свесилась на грудь. Она сползла бы на пол, если бы он по-прежнему не удерживал ее за запястья.
– Тебе нехорошо? – спросил Бандар, не решаясь выпустить ее из рук.
Ее веки медленно приоткрылись. Губы, так же медленно, растянулись в улыбке.
– Мне прекрасно. Спасибо, – промурлыкала она.
– Я не использовал презерватив, – сказал он, все больше ужасаясь этому. Что он наделал!
Бандар не хотел ребенка. Не теперь, когда он под постоянной угрозой и не смог бы защитить свое дитя. Он оставил бы ему кучу денег, но деньги – еще не все, что бы люди об этом ни думали. Ребенок должен расти с отцом.
– Да, – сказала она. – Я заметила.
Как спокойно она отреагировала. Слишком спокойно. Бандар напрягся. Неужели это была старая, как мир, уловка? Неужели она все это спланировала? Соблазнить его на этот сумасшедший секс, забеременеть и тем самым поймать его в ловушку?
Его уже пытались захомутать таким образом. Однажды это почти удалось, и с тех пор он стал очень осторожным. Последние пятнадцать лет он всегда держал себя в руках.
Бандар всматривался в ее лицо, пытаясь разглядеть правду в этих на вид бесхитростных чертах.
Обычно он издалека чуял охотниц за состоянием. Он не мог поверить, что Саманта из их числа. С другой стороны, никто лучше его не знал, что некоторые женщины не остановятся ни перед чем, чтобы запустить руки в миллиарды его семьи.
– Почему ты не остановила меня?
Саманта была поражена гневом, звучавшим в его голосе. Но потом разозлилась сама.
– Почему ты сам не остановился? – ответила она. – Никто не вынуждал тебя делать то, что ты сделал.
Он так резко выпустил ее из рук, что она вскрикнула.
Его глаза сузились и превратились в черные льдинки.
– Ты вовсе не так неопытна, как говорила. Ты обманула меня.
– Я тебя не обманывала, – заявила она, но тут же в замешательстве умолкла, вспомнив, что все-таки не была с ним до конца честна.
– Да у тебя на лице все написано. Ты лжешь. Его обличительный тон вывел ее из себя.
– Ну да, я обманула тебя. Чуть-чуть. В этом нет ничего страшного. Даже наоборот.
– Что ты несешь?
– Я принимаю противозачаточные, но не хотела говорить тебе об этом.
– Я не верю тебе, – сказал он холодно.
– Что?
– Ты меня слышала.
– Да. Конечно, я тебя слышала. Просто трудно проглотить столько оскорблений сразу. Знаешь что я тебе скажу, шейх Бандар бин Урод? Иди к черту! Иди к черту. И никогда больше не смей ко мне приближаться.
Саманта вихрем пронеслась мимо него.
– К сожалению, мне придется воспользоваться твоей ванной, – сказала она гневно, подбирая свою одежду с полу. – Я хочу смыть с себя любой твой след. Не потому, что боюсь забеременеть. А потому что не хочу, чтобы на мне осталось хоть что-то от человека, которому я доверилась, а он, оказывается, совершенно меня не уважает. Но ты ведь вообще не уважаешь женщин, верно, Бандар?
Она повернулась и скрылась в ванной.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Бандар сидел на диване, пил чай и ждал, когда Саманта появится из душа. Он не сомневался, что дверь ванной заперта, потому и не пытался войти. Не было смысла говорить с ней, пока она в такой ярости.