— Что будем делать? — спросила Линди подруг. — Не хочу так мучиться до конца жизни! Я хочу стать психологом, а не ходить к нему на приём!
— А я не стану кардиохирургом, если не смогу сосредоточиться на поступлении в медицинский колледж! — В отчаянии воскликнула Минди.
— А я не выиграю первые президентские дебаты, если не смогу думать о реальных проблемах! — выкрикнула Синди.
Венди показала на потолок и сложила указательные пальцы крестом, имея в виду, что не осуществит свою мечту стать космонавтом.
— Всё зашло слишком далеко, девочки, — сказала Синди. — Мы как будто в «1984», но с Большим Братом больше нет смысла бороться. Нужно взять себя в руки, пока не стало поздно. Ради собственного же блага и чтобы сохранить здравый рассудок, мы должны забыть о близнецах Бейли.
Книгообниматели подняли стаканы с молочными коктейлями и звонко чокнулись. Они были готовы начать жизнь с чистого листа. Да, им придётся несладко, но сделать это было необходимо, если они хотели вернуться к нормальной жизни.
Но, увы, Вселенная решила как следует посмеяться над благими намерениями Книгообнимателей.
Двери открылись, и в кафе «Сказка» вошли Шарлотта, Боб и близнецы Бейли. Как раз в эту секунду Венди оторвалась от своего коктейля и увидела Алекс и Коннера. Сперва она подумала, что у неё галлюцинации. Они ведь только что говорили о близнецах Бейли! Какое странное совпадение, что они оказались в том же кафе и в то же время. Но чем дольше Венди на них смотрела, тем сильнее убеждалась, что ей не мерещится и это действительно Алекс и Коннер Бейли. Венди оцепенела от потрясения, руки и ноги будто отнялись, а лицо у неё резко побледнело.
— Думаю, нам правда надо прочесть «Приключения Шерлока Холмса», — сказала Синди. — Давайте опять соберёмся здесь на следующей неделе и обсудим книгу как раньше.
— Согласна, — кивнула Минди. — Только можно встретиться на день позже? А то именно в тот день я снимаю брекеты.
— Поздравляю! — воскликнула Линди. — Тебе надо будет носить пластинку?
Венди замычала, пытаясь привлечь внимание подруг, но её заглушал шум в кафе.
— Первые полтора месяца, а потом только ночью, — ответила Минди.
— Такое облегчение было, когда я от них наконец-то избавилась, — поделилась Синди. — Как будто с зубов сняли наручники.
— Мой стоматолог говорит, что мне не нужны брекеты, — похвасталась Линди. — И это хорошо, мне бы терпения не хватило их носить.
Венди ушам не верила: как можно обсуждать такую ерунду, когда прямо у них под носом произошло нечто из ряда вон?! Наконец она сумела пошевелить одной рукой и легонько похлопать Синди по плечу.
— Венди, ты чего? — спросила Линди.
— У тебя такой вид, будто тебя сейчас стошнит, — заметила Минди.
— Может, это от молочного коктейля? — предположила Синди.
Венди так отчаялась обратить внимание подруг на то, что увидела сама, что прибегла к самому последнему средству, которым не пользовалась с самого первого класса, — она заговорила!
— Алекс… Коннер… там! — пропищала Венди.
Голос у неё был пронзительный и визгливый, как у недавно вылупившегося птенца. Книгообниматели, ошарашенные тем, что Венди издаёт звуки, не сразу поняли смысл её слов. Когда же до них дошло, они так резко повернули головы к двери, что чуть не потянули шеи. Увидев воочию близнецов Бейли, Книгообниматели будто превратились в каменные лики четырёх президентов на горе Рашмор — такие же неподвижные и белые.
Тем временем Алекс и Коннер с интересом разглядывали интерьер кафе, сочетавший в себе сказочные мотивы и дух классической закусочной пятидесятых годов. До них доходили слухи, что Золушкины мачеха и сводные сёстры после переезда в Другой мир открыли ресторан, но видели они его впервые.
Розмари заметила близнецов краем глаза, когда принимала заказ у посетителей, но тут же бросила их, чтобы поприветствовать старых друзей.
— Так-так, смотрите, какие люди! — воскликнула Розмари, обнимая Алекс и Коннера.
— Привет, Розмари, — сказал Коннер. — Классное у вас кафе!
— А Петунья и ваша мама здесь? — спросила Алекс.
— У мамы отгул, а Петунья нашла новую работу, трудится в ветеринарной клинике, — объяснила Розмари. — Ну и скатертью дорожка, официантка из неё просто кошмар! Но я обязательно скажу им, что вы заходили! Вы поужинать хотите?
— Да, нам столик на четверых, пожалуйста, — сказала Шарлотта.
— Идите за мной.
Розмари взяла со стойки четыре меню и усадила гостей за столик с диванами рядом с тем, за которым сидели Книгообниматели. Поспешно схватив со стола свои книги «Приключения Шерлока Холмса», подруги спрятались за ними, но Алекс и Коннер, с восторгом разглядывавшие сказочный интерьер, даже не заметили бывших одноклассниц.
— Как поживает Золушка? — спросила Розмари, когда близнецы уселись на диванчик.
— Ну, вообще-то…
Алекс собралась было выложить Розмари всю правду, но поймала мамин суровый взгляд. Все темы, которые могли нарушить семейную идиллию, сегодня были под строжайшим запретом.
— У неё всё хорошо, — ответила Алекс. — Надежда уже совсем большая.
— Здорово! Передавайте ей от нас привет, — сказала Розмари. — Надеюсь, вам понравится еда. Когда будете готовы сделать заказ, просто помашите мне… Ой, и у нас закончился салат «Бобовый стебель».
Розмари отправилась принимать заказ у брошенных посетителей, пока Алекс, Коннер, Шарлотта и Боб изучали меню. В нём упоминалось столько людей и мест сказочного мира, что запрет обсуждать случившиеся там события бесил близнецов донельзя. Они надеялись, что милый семейный ужин не затянется надолго.
— Ну, дети, что нового? — спросила Шарлотта. — Как поживают ваши друзья?
Она была совершенно невозмутимой и говорила как ни в чём не бывало, поэтому Алекс и Коннер смекнули, что правдивый ответ её не интересует. Ребята переглянулись, и тут до них наконец-то дошло, что затеяла мама. Милый семейный ужин был возможностью притвориться, что семья их самая что ни на есть обычная и жизнь они ведут самую что ни на есть обычную. У близнецов возникло чувство, что они оказались в пьесе, сценария которой не знают.
— Хорошо, — сказал Коннер. — Э-э… Златовласка и Джек ждут первенца!
— Как здорово, — ответила Шарлотта. — Они знают, мальчик или девочка?
Разумеется, Шарлотта прекрасно знала, что в сказочном мире нет ультразвука, но Коннер продолжал ей подыгрывать.
— Не-а. Думаю, они хотят, чтобы это был сюрприз.
— Мы с вашим папой тоже не стали узнавать пол, когда ждали вас, — вспомнила Шарлотта. — Мы не знали, будут ли это два мальчика или две девочки, знали только, что детей двое. И представьте наше удивление, когда родились мальчик и девочка! Нам даже не пришлось возвращать детские вещи.
Коннера почему-то заинтересовала эта история.
— Правда? А как бы вы нас назвали, если бы мы оба оказались девочками или мальчиками?
— Первенца мы в любом случае хотели назвать Алекс, — сказала Шарлотта. — Мне с детства нравилось это имя — так звали мою любимую куклу. Но если бы Коннер был девочкой, его звали бы Сара.
— Какое совпадение! Когда мы с Маргарет планировали завести ребёнка, тоже хотели назвать девочку, если бы она родилась, Сарой, — поделился Боб. — С Алекс и Коннером пришлось помучиться?
Шарлотта рассмеялась, воспоминая, как всё было.
— Роды были легче лёгкого по сравнению с тем, что началось после. Ваша бабушка так обрадовалась появлению внуков, что навещала нас каждый день и приводила с собой кого-нибудь из сказочного мира. В самый первый день с ней пришла Матушка Гусыня и нечаянно положила Коннеру вместо бутылочки свою фляжку! Слава богу, я ни на шаг от вас не отходила и вовремя это заметила! А на второй день к нам заявился Совет фей в полном составе. Они были очень любезны, но постоянно преображали вещи в нашем доме с помощью волшебства! Когда они ушли, мы свой дом не узнали!
Близнецы никогда не слышали эту историю и, как и Боб, смеялись от души. Они видели, что маме так же приятно рассказывать её, как им слушать.
— Хорошие были времена, — с грустной улыбкой сказала Шарлотта. — Скучаю по ним.
Именно таких милых семейных разговоров и не хватало маме близнецов с тех пор, как погиб их папа. Сейчас они не обсуждали как обычно смерти и разные беды, а просто смеялись и делились воспоминаниями.
Но как бы Алекс ни хотелось послушать ещё истории о своих родителях, она не могла не думать о том, что всецело занимало её мысли. Коннер же чувствовал нетерпение сестры и понимал, что рано или поздно она не выдержит и прервёт мамину игру в притворство.
— Мам, мне жаль, что у тебя не было возможности рассказать это раньше. Ты права, вы с папой учили нас, что семья должна быть на первом месте, а мы об этом забыли.
— Спасибо, Алекс, — сказала Шарлотта. — Для меня это очень важно.
— Но, — продолжила Алекс, — я не могу делать вид, что всё хорошо, когда это не так.
Коннер закрыл лицо руками.
— Ну вот, началось.
— Алекс, я просила вас не поднимать эту тему, пока мы не…
— Извини, но я должна, — перебила маму Алекс. — Прямо сейчас очень многим людям нужна наша помощь. Я знаю, мы с Коннером уже много чем пожертвовали, и вы тоже, потому что помогали нам, но нам неважно, чем ещё придётся пожертвовать, если это поможет спасти наших друзей и другие семьи. Мы поступаем правильно, потому что этому вы с папой тоже нас научили. Так что, пожалуйста, позволь нам это.
Теперь взгляд Шарлотты изменился: он был не разочарованный или сердитый, а гордый. Она потянулась через стол и взяла ребят за руки.
— Простите меня, я такая эгоистка… Просто мне хочется, чтобы вы успели пожить как все обычные подростки, пока не стали взрослыми, но я постоянно забываю, что вы у меня не обычные. Неважно, чего хочу я, — вы должны жить так, как вам суждено. Мне тяжело пришлось, когда я потеряла вашего папу, и в последнее время у меня было такое чувство, что я и вас потеряла, и это ужасно.
— Мне жаль, что ты так думала, — вздохнул Коннер.