— И это точно не паранойя, — удовлетворенно сказала Риви. — Интересно только, кто и для чего хотел, чтобы я влюбилась в Новала. А кандидатов, увы, много. Тот же клуб спасительниц Яфина.
Риви вздохнула, обошла дуб и заглянула в узкий переулок, куда ходить Новал уже не велел. Потому что ведет он в тот самый лабиринт улочек в городской низине. А там, по словам Новала, можно было потеряться навеки.
— Дальше переулка не пойду, — пообещала себе Риви. — Вдруг там где-то следы найду?
Надежда была так себе, но Риви пошла. Дошла до конца переулка, длинного, надо сказать, и с интересом полюбовалась ярко-розовым слегка перекошенным домиком, стоявшим прямо напротив. Потом вздохнула и пошла обратно.
И даже не сразу поняла, что не так, когда из переулка вышла. Просто почему-то вспомнила про боевую жену магистра Варну и поставила щит, сама не зная зачем. Шагнула еще раз, глядя по сторонам, сообразила, что как-то слишком тихо, и получила удар сжатым воздухом в грудь. Не сильный удар, призванный скорее сбить с ног и оглушить, заставить потеряться в пространстве, чем покалечить. Но у Риви бил щит, смягчивший этот удар еще больше, и мужика, выскочившего из-за дуба, она встретила многообещающей улыбкой и взмахом ладоней, заставив траву, по которой он бежал, резко вырасти на полметра.
Мужик благополучно споткнулся и упал, не забыв высказаться по этому поводу.
Риви улыбнулась еще шире и пошла к нему, решив, что уж он ей все расскажет.
И даже не заподозрила в тот момент, что именно так в скандалы и вляпываются. Просто пока еще не все участники этого скандала из своих укрытий выбежали.
Глава 12
О том, как просто все начинается и чем может закончиться
***
— Вот, получается, она совершенно обыкновенная, такая же, как все. Только уши как у летучей мыши, — убеждала подруг одна девушка.
— А я вам давно говорила! — порывисто воскликнула другая девушка. — Еще и дерется, как мужик! Где это видано, а?! Ее нужно поставить на место, тогда она сама откажется, лишь бы ее оставили в покое и не выставляли совсем уж дурой!
— Да, тебя она выставила дурой знатно, — с подковыркой произнесла третья девушка, из-за чего вторая грозно засопела.
— Да подождите вы! — потребовала четвертая. — Что там с обыкновенностью?
— Все! — рявкнула вторая.
— Да подожди! — с нажимом повторилась четвертая и указала пальцем на первую. — Пускай она говорит!
— Ну, нет в ней никакого волшебства и прочей сказочности, — рассудительно произнесла первая. — Все вообще из-за того, что мастер Ваня в своем мире читал какую-то сказочную историю и их послы в первое мгновение ему показались прямо иллюстрацией к этой истории. Ну, видела я этих послов. Издалека. У брата на плечах сидела, он мне програлся…
— По сути говори! — опять потребовала четвертая, самая нетерпеливая.
— По сути. Ну, по сути те послы производили впечатление. И батюшка говорил, что они очень сильные маги, не всякий наш магистр-природник с ними сравнится. А уж темные… Вы, кстати, знаете, что они договорились и в следующем году к ним пошлют наших амулетчиков и кого-то из кикх-хэй, чтобы учить. А от них нам тьмаборцев, чтобы помогали группе мастера Локара. У них там опыт именно с нашей тьмой…
— Ты опять отвлекаешься! Начхать мне на тьмаборцев, лишь бы этот предмет профильным не сделали, хватит нам и защиты. Ты говори по сути! — перебила ее четвертая.
Рассказчица печально вздохнула.
— Так вот, про магов, природников, — сказала она. — Понимаете, те их послы казались сказочными существами из-за своей силы и возраста. У них там, чем сильнее маг и чем лучше он слился с их лесом, который для них фактически источник… в общем, батюшке кто-то рассказывал, что у них даже есть маги, которые живут по тысяче лет. Правда, живут они уже странно и на людей не сильно похожи. Есть такие, как те послы, которым несколько сотен лет и очень тесная связь с лесом. А есть девчонки вроде нашей проблемы. Обыкновенные. Она такая же аспирантка, как и все. Она даже близко не магистр и даже не мастер еще. Всего лишь старший ученик, которого сюда отправили, чтобы она чего-то здесь набралась и, может, развила в себе что-то, нашла какое-то понимание. И не факт, что найдет. Понимаете?
— Понимаю. Она всего лишь выскочка, как я с самого начала и говорила. А вы заладили про неизвестную магию. Была бы у нее неизвестная магия, стала бы она просто драться? Аспирантам же можно магию использовать без ограничений! — опять вскинулась вторая.
— И что будем делать? — спросила третья.
— Что-что?! — раздраженно переспросила вторая. — Проучим. Есть у меня одна идея, только надо, чтобы кто-то помог, а то не справлюсь. И никакой магии, за которую нас могут наказать. И жаловаться она не побежит с таким-то позором. Пробираться будет кустами, а потом отмываться сутки. А мы в храны запишем, а потом «потерям» их, где-то, где побольше людей сможет посмотреть. И она даже не будет знать, почему над ней хихикают.
— Дурость какая-то, — рассудительно сказала первая.
— У тебя есть идея лучше?! — вызверилась на нее вторая.
Оппонентка покачала головой.
— Отлично, все, что нам нужно, это ее поймать и не дать драться. А там мы ее вытряхнем в яму и присыплем сверху соломой и перьями. Я даже свою подушку пожертвую.
— Так… — задумчиво сказала третья.
— И я знаю, кто и где нам выкопает яму! — обрадовала ее вторая. Отомстить ей хотелось больше всех. Тем более, у нее даже реальный повод был. — И ловить ее будем в городе, а то тут еще защитники набегут, восхищенные оттопыренными ушами.
***
Если бы Ваня увидел Бетхиша Буликара, он бы окончательно разочаровался в жителях соседнего материка. Потому что на эльфа этот мужчина был похож меньше всего. Он был высокий, с тяжелой фигурой, широкими ладонями и грубым лицом. Щетина зрелище только ухудшала и делал его похожим на вышедшего из леса разбойника. От него даже особо впечатлительные прохожие шарахались. А жесткие черные волосы вечно выбивались из короткого хвостика, и делали его облик еще неряшливее, а по темноте и страшнее.
А еще у него были обыкновенные человеческие уши, даже не сильно оттопыренные. В детстве он сильно болел и лекари не решились исправлять эти уши, чтобы еще больше не подорвать здоровье. А потом уже было поздно. Исправлять форму ушей, когда все уже знают, что эта форма даже близко рядом с идеальной не лежала было бы хуже, чем оставить все, как есть. Если в первом случае сочувствовали, хоть и фальшиво, то во втором всю жизнь бы насмехались.
Несмотря на все это Бетхиш Буликара был аристократом, причем, из первого круга.
А благодаря своим неправильным ушам, он был амбициозен, некоторые утверждали, что непомерно. И рано или поздно его должно было по дорогам судьбы занести очень высоко, либо выбросить в такую яму, из которой он уже не выберется, а семья вымарает его имя из всех своих записей.
И вот сейчас судьба, похоже, вынесла его именно на такую дорогу, которая где-то обязательно разделится на две, одна из которых уйдет вверх, а вторая закончится пропастью. И пока не дойдешь до того места, где вернуться невозможно, так и не поймешь, на которую из этих дорог ступил.
— Ненавижу эту стерву, — пробормотал он, тряхнув кошелем, из которого только что выудил все золотые монеты, чтобы расплатиться с наемником и с другим наемником, для других дел. Еще пришлось заплатить штраф. И за услуги посыльного, который подбросил очередные письма шантажируемому болвану, тоже пришлось. И…
И все деньги были его личными. И если он и дальше продолжит неизвестно куда девать такие суммы, семья может и заинтересоваться. Так что ко всему, как какому-то нищеброду, пришлось искать еще и способы добычи денег. А стерва об этом даже не думает.
— И пигалицу ненавижу, — уверенно добавил он.
Пигалицу на данный момент хотелось тихо и мирно придушить, наплевав на ее развеселую семейку и королевскую поддержку ее экспедиции. А вместо этого приходилось ее всячески отвлекать, развлекать, пугать и не оставлять в покое. А эта дуреха еще и умудрялась всему этому мешать. То она в библиотеке сутками сидит, хотя, повинуясь королевскому приказу, должна была день и ночь бродить за тем самым смазливым гением и пытаться на него воздействовать. То с той рыжей оборотнихой за покупками ходит, которая унюхала засаду издали и сумела ее обойти. То…
Да эта пигалица, несмотря на явную невезучесть, которую за ней заметили все наблюдатели, прибывшие на этот материк, умудрялась обойти все, что для нее готовили. Вон даже воздействия цветочков, которые решили использовать и вовсе от отчаяния, каким-то образом взяла и избежала, хотя внушение мальчишке делали качественное. Может тот мальчишка скрытый мозголом?
— А может, пока оставить ее в покое и просто понаблюдать? Если эта дуреха и дальше будет ходить по библиотекам, и избегать своего учителя…
Идея была так себе, но получше предыдущих. Так что Бетхиш решил попробовать и ее. А там уже действовать по обстоятельствам. Может, окажется, что гения прибить проще. Интересно, почему стерва на это не соглашается, что она такое о нем знает?
— Ладно, если и сейчас не получится с этим спасением трепетной девы, то будем наблюдать. И пускай стерва сколько угодно истекает ядом. Может зубы выпадут.
И да, у него даже было странное предчувствие. Почему-то казалось, что нужно прямо сейчас все прекратить и переключиться на наблюдения. Но деньги были уплачены и их стало неожиданно жалко, просто из-за того, что тратил их с риском привлечь внимание семьи.
***
А Расх Берви считал, что ему с этой подработкой повезло. Он вообще любил красоваться перед девушками, а тут еще и заплатили. И одного из тех громил, которых обычно нанимали, чтобы выбивать из него долги, можно было безнаказанно отпинать. Тоже ведь бонус.
А в своем очаровании он ни капельки не сомневался. Вон сколько вдовушек в предыдущем городе до сих пор за ним плачут, даже не подозревая, что потеря у них общая. И молодые девицы наверняка тоже страдают, просто не могут выставить это напоказ, у некоторых там женихи есть.