Рида посреди этого бедлама не наблюдалось, куда-то он успел деться. Так что и остановить веселье было некому.
— Отдай! — особо проникновенно взвыла преследовательница, попыталась повторить маневр ловкой эльфы и с разбега влетела в казан с помытой и ждущей костра крупой.
Костер, кстати, никто так и не разжег, не до него всем было, видимо.
— Так, — мрачно сказал Яфин, выходя из тени дерева.
— Это все из-за тебя! — еще более проникновенно заорала преследовательница, дрыгая ногой, чтобы избавиться от очень удачно зацепившегося дужкой котла. В процессе она выплескивала остатки крупы и воды, но остановиться и снять с ноги посудину почему-то не догадалась. — Да я сейчас тебе всю прическу сожгу! И плевать мне на последствия!
— А ну, всем замереть! — рявкнул Яфин и, к его удивлению, все действительно замерли, словно в стазисе.
Риви умудрилась застыть с поднятой ногой. Ее преследовательница — наклонившись вперед и выставив перед собой руку. Остальные кто как. Яфину даже показалось, что сейчас начнут падать птицы, переставшие махать в полете крыльями, но обошлось.
— Что за ерунда здесь опять происходит?!
— Это все она! — первой отмерла преследовательница и ткнула пальцем в направлении Риви. — Она издевалась над моей темой, говорила так, словно я дура какая-то!
Яфин перевел взгляд на свою аспирантку.
— Подслушивать не надо, — мрачно ответила она. — Уже с самой собой поговорить нельзя, потому что подкрадываются и подслушивают. Но я решу эту проблему, буду развешивать вокруг себя паутинки, жалящие.
— Вот, она опять издевается, намекает! — чему-то непонятному обрадовалась преследовательница.
Риви одарила ее заинтересованным взглядом. Наверное было интересно, на что же умудрилась намекнуть, сама того не заметив.
— Так, мне надоел этот цирк, — душевно сказал Яфин. — Обед отменяется, раз он вам не нужен. Здесь убрать, упаковаться и быть готовыми к отъезду. Риви, пошли.
И рукой махнул в сторону сросшихся деревьев. Не при этих любительницах подслушивать же с собственной аспиранткой разговаривать.
— Так, — сказал Яфин, остановившись под деревьями.
Риви передернула плечами. Она физически чувствовала недобрые и любопытные взгляды на своей спине. Но оборачиваться не собиралась, пускай любуются, чем есть. А то еще додумаются приближающие линзы создавать и пытаться читать по губам. Против подслушивания Яфин щит поставил, а против чтецов по губам…
— Так… ты действительно издевалась?
— Я рассуждала вслух, — призналась Риви. — О том, что с этой темой вообще можно сделать. А что там можно сделать, не являясь мастером-животноводом, которые, кстати, тоже не смогли решить эту проблему? В целом не решили. Навешивание чар на каждое отдельное яйцо — невыгодно, эти несчастные куры и их яйца столь не стоят, чтобы маги над каждым яйцом сидели. А эта туда же. Так что, ничего кроме, как посадить кур на яйца разной формы и цвета, и наблюдать за процессом, а потом результатом я не придумала. И никто не придумает. А у этой… любительницы кур, даже этих кур и их яиц нет.
— Понятно, — сказал Яфин серьезно, и Риви внутренне подобралась, всей кожей ощутив, что ничего хорошего для нее за этим словом не последует. — Отлично. Куры, так куры, там как раз их и не хватало для полного счастья. Теперь к тебе.
Риви тихо выдохнула и глубоко вдохнула, стараясь обрести спокойствие и равновесие.
— Почему ты ведешь себя как эта самая неразумная кура?! — мягко спросил Яфин.
Риви захотелось схватиться за щеки, чтобы Яфин не видел, что они запылали. А ведь они точно запылают. От негодования и злости на него. Он ведь в этой ситуации тоже виноват, изображает тут девичью мечту, нуждающуюся в защите.
— Ты — аспирант! — чуть повысил голос руководитель. — Эта вся толпа — студентусы! Ты должна помогать мне и Риду с ними справляться, а не веселить народ, участвуя в их проделках. Я понимаю, не подружиться с Виртой было сложно, вы живете в одной комнате, да и она девушка разумная. И не подумай, я ничего против этой дружбы не имею. Да даже будь она первокурсницей, это было бы вашим личным делом, хоть и добавляло бы сложностей. Вам обеим. Но это…
Он широко махнул рукой, а Риви пришлось заставлять себя держать голову ровно, а не смотреть на носки ботинок.
— Риви, ты должна осознать, что эти девчонки не то, что тетради у тебя отбирать, они спорить с тобой права не имеют. Или ты дождешься, когда тебе дадут лекции или практические занятия, и продолжишь и там спорить с учениками, бегать от них, петляя как заяц?
— О, — сказала Риви и помотала головой. Об этой проблеме она как-то не подумала. Наверное потому, что все время думала о совершенно других проблемах. Тех, которые создали пророки, король, родственники и лично Яфин.
— «О», — передразнил Яфин. — Берись уже за голову. Осознай, что ты не учишься в школе на старшем курсе. Ты мой личный ученик и обязана мне помогать, а не создавать проблемы.
Риви очень захотелось сказать, что с этим делом он отлично справляется и без личных учеников, но мужественно промолчала.
— Ты в следующий раз еще и вина подрядись для всей этой компании купить, — проворчал Яфин. — Чтобы наверняка.
И Риви очень захотелось это самое вино купить, ему назло. А потом самой его выпить и начать горланить песни. Интересно же, что он станет делать? Упакует в коробку и отошлет обратно родственникам, чтобы такая недостойная аспирантка его не позорила?
— Так, ты думаешь о чем-то не том, — уверенно сказал Яфин. — А лучше бы думала, что станешь делать здесь и сейчас. Что станешь делать для того, чтобы таких веселых забегов больше не случалось?
Риви пожала плечами, загадочно улыбнулась и призналась:
— Паутинку развешу. И пускай они ходят ко мне за своими тетрадками как хотят.
Яфин хмыкнул, махнул рукой и велел:
— Пошли.
Ну, Риви и пошла, а что ей оставалось делать?
Убирали бардак студентусы медленно и печально. Защитницы Яфина вообще стояли кучкой, что-то обсуждали и смотрели на приближающую парочку с таким ожиданием, словно точно знали — Яфин сейчас объявит, что решил сжечь ведьму, укажет на Риви и отправит всех собирать хворост.
Мастер Рид тоже стоял в стороне и загадочно улыбался.
— Почему не собираетесь? — спросил Яфин, посмотрев на клуб защитниц.
Девушки нехотя стали расходиться.
Риви огляделась, убедилась, что собирать ей нечего. Немного подумав, подошла к своей лошади, нашла в седельной сумке сверток со степняцким вяленым мясом, которое купила просто из любопытства и вернулась посидеть на камне. За сборами она наблюдала с ленивым любопытством. Мясо жевалось с трудом, но, на удивление, было вкусным, с какими-то приправами. А за неимением другого обеда вообще оказалось находкой.
— Что, обругал тебя? — с видимым удовольствием спросила одна из защитниц Яфина.
Риви пожала плечами, радуясь уже тому, что на этот раз подкрасться к ней не смогли. Она прекрасно слышала шаги за спиной. И недобрый взгляд ощущала.
— Все видели, какое у тебя было лицо, когда ты вернулась, — продолжила речь девушка.
— Хм, — сказала Риви и обернулась. Немного посмотрела на жизнерадостную особу, которую даже узнала — именно ей принадлежала тетрадка с темой про разноцветные ромашки. — А почему бы и нет? — спросила саму себя и велела защитнице: — Пошли.
— Куда? — удивилась девушка. Видимо заподозрила, что сейчас ее отведут в тихое место и оттаскают за волосы.
Риви отвечать не стала. Сходила опять к своей лошади, достала из седельной сумки тетради, которые туда засунула и пошла обратно. Собеседница таки и осталась стоять возле камня, непонимающе хлопая глазами.
— Держи, — вручила аспирантка тетрадь владелице. — Тема у тебя очень странная и все, что можно сделать, это хотя бы поискать сведения о том, что цвет на самом деле может влиять на свойства растений настолько, чтобы они у них кардинально менялись. Надейся, что в той школе библиотека есть. План придумаешь себе сама, демоны тебя знают, как ты сведения собираешь. Потом мне покажешь, а то вдруг он будет такой же странный, как и тема, а магистру Яфину твою описанную работу еще подписывать. Он расстроится, если работа будет столь же странная, как и тема. Тебе же не хочется его расстраивать.
Девушка пришибленно помотала головой.
— Отлично. Если найдешь сведения, попробуешь что-то сделать с ромашками. Не найдешь… ну, подробно опишешь что тебя заставило заподозрить, что изменение цвета способно повлиять на лекарские свойства этих сорняков. Как ты пришла к подобным выводам, что стало толчком. Ну, как в стандартной лабораторной работе по выявлению свойств растений. Вы же делали эти работы, правда?
Любительница цветных ромашек загадочно моргнула.
— Вот и хорошо, — улыбнувшись, спокойно сказала Риви. — Передай, кстати, своей боевой подружке, что я не шутила. Что ей действительно для практической работы понадобятся куры, яйца и амулеты для наблюдений. Не понимаю, зачем выбирать такие странные темы? Они же столько проблем доставляют и рискуешь выглядеть в итоге дурочкой, решившей оспорить всем известные факты. Ну, прямо как одна моя младшая кузина, которая утверждала, что выросшие в горах огурцы будут синего цвета. Посинеют от холода, представляешь? Но она тогда была такой малявкой… Да. Надеюсь, у вас все получится и вы прославитесь.
Девушка опять моргнула, открыла рот, видимо собираясь что-то сказать, закрыла его.
Риви ей ободряюще улыбнулась.
— Я на тебя пожалуюсь, — заявила любительница ромашек.
— Магистру Яфину? — спросила аспирантка. — Да сколько угодно. Он сказал, что я должна избавлять его от проблем и всячески помогать. Вот, чем могла — помогла.
И рукой махнула. Удачно так, в направлении предмета разговора.
И что эта дурында сделала? А она пошла жаловаться. И Риви, сидя на камне и жуя удачно купленное мясо, с некоторыми удовольствием наблюдала пантомиму. Особенно ей понравилось, как лицо у Яфина стало удивленным, он протянул руку и взял открытую девушкой тетрадь. Прочитал, что там написано, пожал плечами и кивнул. Видимо, утвердил план действий. И отошла от него бедная девушка печальная-печальная. Видимо, наконец осознала, почему уйма студентусов предпочитает неделями штурмовать несговорчивую владелицу разрешающей подписи, лишь бы выбить тему постандартнее и попроще.