На несколько долгих мгновений наступила полная тишина.
— Похоже, о снайпере можно больше не беспокоиться, — тихо сказал Рон. — Доигрался, гад… так ему и надо.
Опомнившись, вражеские десантники кинулись врассыпную, прикрываясь валунами и бросив извлеченные контейнеры на произвол судьбы. После чего открыли ураганный огонь по зависшему над скалой противнику. Впрочем, особого урона нанести им так и не удалось. Лишь две из выпущенных гранат достигли цели, однако бронированное днище с легкостью отразило нападение. Обычные пули летающее чудовище вообще не замечало, и они отскакивали от бортов, расписавшись в полном бессилии причинить хоть какой-нибудь вред.
Обстрел прекратился лишь после того, как ослепительный лазерный луч описал поперек каньона широкую дугу и угас, не дойдя до замерших от ужаса черных десантников каких-нибудь десять-пятнадцать метров. Подобные действия совершенно справедливо были восприняты как последнее предупреждение, после чего противник сложил оружие и с поднятыми вверх руками сдался на милость победителя.
Антиграв снизился к самой поверхности, и из него градом посыпались бойцы с автоматами, облаченные в марсианские скафандры с раскраской под цвет пустыни. У каждого на заплечном ранце красовалась большая эмблема, в точности повторяющая рисунок на днище антиграва. Победители мгновенно обезоружили пленников и окружили их, взяв в полукольцо.
— Идем, — сказал Алекс, поднимаясь. — Все кончено.
— Не понимаю, — ответил Рон. — Кто это такие? Откуда?
— Спецназ. Подразделение «Арес-Омега».
— А-а… ну, теперь-то, конечно, все ясно. «Арес-Омега», кто же еще… А я-то думал…
Алекс остановился и повернулся к напарнику.
— Ты что, ничего о них не слышал? — в изумлении спросил он.
— А должен?
— Нет, конечно… Но все равно странно. «Арес-Омега» — довольно известное в Маринер-сити элитное подразделение, подчиняющееся только Службе Безопасности. В моем лице.
— Постой…так, выходит, ты все это время знал?
Алекс недовольно поморщился, но потом все-таки кивнул.
— В общем, можно сказать и так. А если быть точнее, то надеялся.
— И ничего мне не сказал?!
— Послушай, — Алекс попытался взять Рона за руку, однако тот неожиданно отстранился. — Операция готовилась в строжайшей тайне, и тем не менее, противник знал о нас буквально все. Я уже не понимаю, кому можно доверять, а кому нет. Разумеется, к тебе это не относится… А «Арес-Омега»… это мой последний туз в рукаве и, надо признать, я до конца не был уверен, сработает он или нет. И полной уверенности нет даже сейчас.
— Вот как?
— Представь себе. Я попросту не знаю, выполняют они сейчас только мои приказы или чьи-то еще. А теперь подумай: мы с тобой целиком и полностью в их власти… как, впрочем, и наши драгоценные контейнеры. Вот так-то.
— Да ты просто параноик, — сказал Рон. — Знал бы, никогда с тобой не связался.
— Возможно, — согласился Алекс. — Но если бы я не был параноиком, то лежал бы сейчас, уткнувшись лицом в марсианский песок… Идем, а то нас уже, кажется, заждались.
Он повернулся и начал торопливо спускаться с песчаного холма, не особенно беспокоясь о том, следует за ним напарник или нет. Рон некоторое время постоял неподвижно, а потом все-таки пошел вслед за Алексом, мрачно буравя ему спину. Взгляд был такой интенсивности, что, казалось, должен был бы прожечь здоровенную дыру в ранце безопасника. И уж во всяком случае, тот просто обязан был почувствовать, мягко говоря, неудовольствие своего спутника. Однако Алекс ничего не чувствовал.
«Что-то список моих прегрешений перед Службой Безопасности растет с угрожающей быстротой, — думал он. — Даже представить себе не могу, что произойдет, когда шеф узнает о спровоцированном мной боестолкновении с разведкой СГСА. Только войны спецслужб нам и не хватало. Увольнение — самое мягкое из того, что меня ждет. А скорее всего, отправят искупать грехи куда-нибудь в теплое местечко рядом с Каттнером и Жаклин. Или еще куда подальше, хорошо, если не навсегда.»
Около антиграва их уже ждал здоровенный спецназовец в буро-рыжем марсианском скафандре со звездами полковника на левом плече.
— Привет, Алекс, — произнес он, не выказывая никакого особенного почтения своему прямому начальству.
— Привет, Олег. Почему так долго? Мы уже почти перестали надеяться.
Услышав это «мы», Рон скорчил презрительную гримасу, однако промолчал. Спецназовец недоверчиво покосился на него, судя по всему, гадая о сложных взаимоотношениях между Алексом и этим штатским.
— Согласно полученному приказу, — сказал он, — необходимо было обеспечивать вашу безопасность, ничем себя не обнаруживая. Поэтому мы следовали на значительном удалении, сканируя окружающее пространство и стараясь не упускать вас из виду. Слежку за вами мы заметили сразу, но решительных действий не предпринимали до получения специального сигнала. Возможно, я в чем-то ошибся?
— Нет-нет, все правильно, — заверил Алекс. — Однако после того, как я отправил сигнал, прошло довольно много времени. В чем дело?
— Наш противник тоже профи, — угрюмо ответил Олег. — Они засекли нас едва ли не раньше, чем мы их. Поэтому, как только мы дернулись в вашу сторону, нас встретил оставленный в арьергарде антиграв.
Алекс невольно повернулся в ту сторону, где над самой поверхностью стелился густой шлейф жирного черного дыма.
— Нет, не этот, — сказал Олег, заметив движение начальника. — Другой.
Причина задержки стала понятна. Алекс хотел было поинтересоваться судьбой оставленной в засаде вражеской машины, но вовремя прикусил язык. Если бы она сильно отличалась от судьбы горевшего в отдалении собрата, они бы сейчас не разговаривали.
— Хорошо, полковник, — сказал он. — Вы выполнили приказ. Распорядитесь насчет погрузки контейнеров… вон тех, у моего квадроцикла… и еще один в квадроцикле Кристиана… и убираемся отсюда к чертовой матери.
— А с этими что делать? — спросил Олег, кивнув в сторону пленных.
— Разоружить и отпустить, конечно. Когда взлетим, дадите связь с моим отделом. Нужно выслать антиграв для эвакуации. Выполняйте.
Когда полковник отошел в сторонку, Рон, не глядя на Алекса, произнес:
— Выходит, все это время я играл почетную роль подсадной утки? Что ж, спасибо, ничего не скажешь.
— Ты о чем? — не понял Алекс. — Какой еще утки?
Рон обошел стоящего на пути бывшего напарника и молча полез внутрь антиграва.
— Не забывай, — сказал ему в спину Алекс, — что все это время я был рядом.
Рон даже не обернулся.
Когда антиграв поднялся над полем недавнего сражения и, развернувшись, направился в сторону невидимого за пылевой бурей города, Алекс, сидевший в кресле рядом с командиром десантников, произнес:
— Дайте мне связь с Маринер-сити. Нужно позаботиться о наших друзьях.
Рон, расположившийся в кресле за спиной Алекса, взглянул в иллюминатор. Сгрудившиеся у разбитых квадроциклов черные фигурки выглядели донельзя жалко, и даже трудно было представить, что всего каких-то полчаса назад они представляли реальную смертельную угрозу. Картину дополнял уткнувшийся носом в песок полуразрушенный антиграв. Густые черные клубы дыма, еще недавно неудержимо рвавшиеся наружу из оплавленной дыры на корме, сменились тонкими белесыми струйками, немедленно уносившимися прочь ни на секунду не утихавшим ветром. Судя по всему, внутри выгорело все, что только могло гореть.
Рон с мимолетным сожалением подумал о судьбе пилота.
Алекс, отдав своим заместителям необходимые распоряжения, снова повернулся к полковнику:
— Курс на Маринер-сити отменяется.
— Разве мы не возвращаемся на базу? — удивился Олег. — Согласно вашему собственному приказу я должен доставить вас вместе с грузом в космопорт Скиапарелли, стартовая площадка номер восемнадцать.
— Приказ отменяется. Вот новые координаты.
Алекс протянул ему коммуникатор. Олег некоторое время всматривался в светящийся экран, после чего спросил, не сумев скрыть недоумения:
— Земля Меридиана? Кратер Джонса? Но там же ничего нет, одна пустыня.
— Надеюсь, уже есть, — ответил Алекс. — Выполняйте.
Олег встал, наклонился к пилоту и принялся обсуждать новый курс. Задача в немалой степени осложнялась бушующей на равнинах пыльной бурей, из-за чего перемещаться было возможно исключительно по приборам. Единой системы позиционирования на Марсе до сих пор не существовало, и приходилось довольствоваться указаниями, поступавшими со станции на Фобосе. Что немало осложняло навигацию по незнакомому маршруту, да еще в осеннюю непогоду.
Наконец, они пришли к соглашению, и машина начала отчетливо забирать вправо, одновременно наращивая скорость.
Алекс не вмешивался. Он, не отрываясь, смотрел в иллюминатор, и такое поведение выглядело довольно странным, поскольку окутавшие антиграв песчаные струи полностью скрывали обзор. Одна сплошная рыжевато-белесая муть без каких-либо деталей.
— Опять какие-то сюрпризы? — негромко произнес Рон. — Тебе еще не надоело?
— Мои сюрпризы могут спасти нам жизнь, — ответил Алекс, отворачиваясь от окна.
— Параноик, — констатировал Рон.
Алекс промолчал. Он вполне понимал обиду Рона. Никому не хочется чувствовать себя марионеткой, которой могут манипулировать все, кому не лень. Однако пора уже прекратить тешить свое самолюбие и трезво взглянуть на вещи. Сколько можно? Все-таки не зеленый стажер со станции «Афродита», а как-никак бывший пилот звездного корабля. Без пяти минут капитан.
«На самом деле я мог бы многое сказать ему, — думал Алекс. — Но не стану этого делать, дабы не подливать масла в огонь. Пусть справится со своими чувствами сам.»
Олег вернулся на место и сообщил:
— Пыльная буря захватила все пространство от равнины Хриса до Земли Меридиана. Будет непросто. Путь к кратеру Джонса займет не менее часа.
— Хорошо, — отозвался Алекс, откидываясь на спинку кресла. — Будет время отдохнуть и собраться с мыслями.