— Что ж, — шеф уставился на Алекса знаменитым немигающим взглядом. — По фигурантам, насколько я понимаю, все. Теперь мне нужен отчет по всему комплексу мер, предпринятых вами для перехвата и поимки преступников.
Алекс украдкой вздохнул, пережидая болезненные толчки в самое темя, от которых даже потемнело в глазах, а потом вывел в уголок экрана заранее подготовленную шпаргалку и начал доклад.
Он долго и нудно перечислял номера задействованных в операции подразделений, имена командиров и названия кораблей, после чего перешел к описанию разработанных штабом процедур перехвата пиратского корабля и действий штурмовых и десантных групп. Ему казалось, что в тщательно продуманных мероприятиях практически отсутствуют какие-либо изъяны, и потому немало настораживал и вселял тревогу тот факт, что по мере изложения лицо шефа на экране мрачнело все больше и больше. Знаменитые брови неуклонно сближались друг с другом, и Алекс поспешил завершить доклад словами:
— Все вышеизложенное подробно описано в докладной записке, отправленной на ваше имя два часа назад.
Шеф окинул Алекса угрюмым взглядом и произнес:
— Я правильно понял, что вы предлагаете поставить под ружье половину солнечной системы? Вы хоть понимаете, сколько материальных, людских и финансовых ресурсов потребуется на поддержание в постоянной готовности такого количества техники и личного состава?
Алекс пожал плечами.
— Меньшими затратами тут, к сожалению, не обойтись. Сейчас поясню.
Он набрал в грудь побольше воздуха и начал:
— Дело в том, что невозможно заранее предсказать точку возврата «Ириды» в солнечную систему. Все стандартные программы разработаны таким образом, чтобы звездолет выходил из гиперперехода в заранее обозначенной области пространства вблизи Цереры. Однако, вообще-то говоря, это совсем не обязательно, так делается исключительно в целях безопасности. Теоретически корабль может возникнуть буквально в любом месте, достаточно лишь изменить соответствующие параметры. Как я уже упоминал, Жаклин Уильямс — специалист грамотный, общавшийся с подобным программным обеспечением самым тесным образом, а следовательно, ей вполне по силам внести в программу возвращения самые кардинальные изменения, которые позволят сместить стандартную точку возврата. И тем не менее, полностью исключать Цереру мы не можем, а значит, силы безопасности космопорта поставить под ружье все-таки придется. Теперь дальше… Наши специалисты просчитали возможные варианты и пришли к выводу, что есть еще два наиболее вероятных места в солнечной системе, куда могут направить «Ириду» похитители. Самое очевидное — Земля.
Шеф слушал внимательно. Алекс заметил, что теперь одна бровь поднялась выше другой, отчего начальственный лик сразу же потерял всю свою агрессивность. Это было хорошим признаком, и Алекс поспешил закрепить успех:
— Однако, на мой взгляд возвращение корабля непосредственно на Землю практически исключено. Для этого планета слишком населена. Средства слежения несомненно засекут приближающийся звездолет задолго до входа в атмосферу, поэтому спрятать его от посторонних глаз совершенно определенно не получится. К месту посадки моментально слетятся разнобразные спецслужбы, включая самую обычную полицию, и у похитителей просто не останется ни единого шанса на то, чтобы разгрузить корабль и успеть скрыться. Они явно не дураки, а значит, соваться в столь очевидную западню, конечно не станут. Но это всего лишь мое личное мнение, наши эксперты считают иначе. Поэтому мы обязаны учитывать малейшую возможность того, что преступники станут действовать именно по этой схеме. Что неминуемо приводит нас к очевидному выводу: силы безопасности земного сектора также должны находиться в состоянии полной готовности к перехвату. И, наконец, наиболее вероятный с моей точки зрения вариант. Марс.
Лицо шефа разгладилось, брови разошлись в стороны, и теперь с экрана на Алекса грустно смотрел всего лишь пожилой, смертельно уставший человек, мечтающий только об одном: побыстрее скинуть с плеч это дело и забыть «Ириду» и все с ней связанное как страшный сон. Алексу даже стало его немного жаль. Еще бы. Нести на своих плечах подобную ответственность, наверное, ох как непросто…
Однако, судя по всему, это была лишь минутная слабость, и мгновением спустя наваждение исчезло без следа. Шеф снова воззрился на Алекса уже привычным строгим взглядом, ожидая продолжения. Судя по всему, он почти смирился с тем, что его подчиненный опять оказался прав, и избежать огромных затрат совершенно точно не получится.
Алекс налил в стакан воды, сделал пару глотков, немедленно отдавшихся болезненными толчками в висках, и продолжил:
— Марс предпочтителен по многим соображениям. Во-первых, диспетчерская служба на Фобосе далеко не столь современна и оснащена чисто технически, как, например, на той же Церере. Есть, правда, аналогичная служба в Маринер-сити, однако, она контролирует лишь вполне определенную часть пространства над городом. Исходя из этого, легко представить себе гипотетический вариант, когда возвращающийся корабль окажется вне зоны действия любых средств слежения. Во-вторых, огромная площадь абсолютно пустынных земель, где можно спрятать «Ириду» так, что ее сам черт не найдет. Простите… И в-третьих, население Маринер-сити достаточно велико, чтобы появление трех новых колонистов не вызвало ненужных подозрений. Добавьте сюда регулярные челночные рейсы к Земле, Луне, Церере… В общем, я голосую за Марс. А значит, повышенная степень готовности всех сил безопасности марсианского сектора представляется абсолютно неизбежной. В любом случае, затраты на операцию будут немаленькие.
Алекс замолчал, ожидая реакции начальства на только что обрисованную картину возможного развития событий. Шеф несколько секунд молчал, а затем произнес, глядя на него в упор:
— Церера, Земля, Марс… Я правильно понял?
— Да, все верно, — Алекс согласно кивнул. — Базы на спутниках Юпитера, Сатурна и внешних планет мы всерьез не рассматриваем по причине малого количества обслуживающего персонала. Скрыться там явно не удастся. Хотя, естественно, все они получили подробные предписания. Есть еще ничтожная вероятность того, что «Ирида» объявится вблизи одной из дальних колоний. На этот счет также разосланы специальные предупреждения. Как только звездный маяк зафиксирует завершение гиперперехода, нам придет соответствующее сообщение. Так что, думаю, шансов скрыться у них абсолютно никаких.
— Хм… Вы хорошо поработали, Алекс, я доволен. Рад, что я в вас не ошибся. Итак, осталось немного — взять эту шайку с поличным. Когда, по вашему мнению, следует ожидать их появления?
— День-два, не больше, — ответил Алекс. — Если они действительно на Лорелее, то задерживаться им совершенно незачем.
— Хотелось бы верить. Что ж, работайте, Алекс, я на вас надеюсь.
Изображение на экране свернулось и угасло. Алекс долго смотрел перед собой остановившимся взглядом, потом потянулся к селектору и сказал:
— Нина! Соедините меня с Коллинзом… И принесите что-нибудь от головы…
Только не гильотину, мрачно подумал он, скривившись от боли. Еще рано.
— Какого черта?! — Катерина не скрывала своего раздражения. — Я же ясно выразилась, что намерена действовать в одиночку.
Все-таки она прекрасна, подумал Рон. Даже в гневе. А то в последнее время я уже начал забывать, как она выглядит на самом деле, без ставшей давно привычной маски ледяного льва. Человеческий облик ей явно к лицу.
Он долго переминался с ноги на ногу, не зная, что сказать, а потом все же выдавил из себя:
— Не мог же я оставить тебя одну?
И сразу понял, что произнесено это было жалким извиняющимся тоном, каким мог ответить только человек, действительно признающий свою вину. Катерина мгновенно почувствовала дрожь в его голосе и немедленно ощетинилась.
— Да? — сердито произнесла она. — А Джоша, значит, смог?
Рон смущенно отвернулся и уставился на корму антиграва, заякоренного стальными тросами у самого выхода из отсека.
Да, наверное, я виноват, подумал он. И я это знаю, и ты это знаешь. Но теперь все равно изменить ничего невозможно, так, может, перестанем уже играть друг у друга на нервах?
Однако, Катерина не унималась. Судя по всему, судьба Джошуа занимала ее сейчас гораздо больше, чем собственная. Да и судьба Рона впридачу.
— Мог бы представить себе, какие чувства должен испытывать человек, оказавшийся в полном одиночестве на чужой планете, — продолжала она. — Это, пожалуй, похлеще Робинзона. У того хотя бы был Пятница.
Рон неожиданно для себя вдруг разозлился. Да что она, в самом-то деле… Как мальчишку.
— Хочешь сказать, в твоем плане мне была уготована роль Пятницы при нашем уважаемом Джоше? — ехидно осведомился он. — Ну, спасибо тебе, обрадовала. А меня спросить — об этом ты не подумала? Или недосуг было?
— Недосуг, — отрезала Катерина. — Сам-то долго думал, прежде чем кидаться вслед за мной?
— Долго, — парировал Рон. — Я всю жизнь только об этом и думаю.
Оба замолчали, перебрасываясь свирепыми взглядами.
Семейная ссора, думал Рон. Обычное дело, не первая и, вероятно, не последняя. Но как же мне все-таки повезло, что под рукой у Катерины нет сковородки! И посуду совершенно точно никто бить не станет по причине полного ее отсутствия. Какое, наверное, разочарование для рассерженной жены. Ну, просто ничего нельзя сделать из того, что сделать просто необходимо! Иначе, какая же это ссора. Ни сковородки, ни посуды… Остается одно — мириться.
Катерина, видимо, подумала о том же, потому что отвела взгляд в сторону и сказала примиряющим тоном:
— Ладно, сделанного не воротишь. Давай думать о том, каким образом пережить ускорение при гиперпереходе.
Однако, Рон еще не остыл окончательно.
— В конце-то концов, у Джоша есть Флар с его жрецами, — хмуро заметил он, не в силах сразу отстроиться от поднятой темы. — Не Пятница, конечно, но тоже может сгодиться.