– Когда ты упала, я привел тебя в чувства, и ты сказала, что я бог порока.
Я прыснула со смеху и сложила руки на груди.
– Наглая ложь!
Кронин послал мне хитрую ухмылочку, и вся моя уверенность сошла на нет.
– Ты сильно ударилась, – сказал он в мое оправдание. Значит, правда.
– Можно я здесь сойду? – пробормотала я.
– Нет! Давай дальше, – веселясь предложил он. – После того, как я приложил тебе холодненькое на голову, ты начала раздеваться.
– Пожалуйста, пускай ложь, – взмолилась я.
– Ложь, – подтвердил Тима, и я выдохнула. А он тут же добавил: – Ты начала раздевать меня.
– Ложь! – заорала я.
Он поджал губы и покачал головой.
– Ты очень сильно ударилась, – все оправдывал он. – А потом, когда я пытался тебя одеть и поднять, чтобы отвезти к себе, ты запрыгнула на меня, придавила к кровати, и пыталась привязывать мои руки к спинке своим нижним бельем.
Он зыркнул на меня и сжал губы, борясь со смехом.
Ну здесь я даже боялась что-либо говорить.
– А можно я все же сойду?
– Отвечай!
– Вы деспот, Тимофей Андреевич.
– А вчера был богом порока! – напомнил он и пошевелил бровками.
– Боже-е-е! – застонала я и уткнулась в ладони. – Ложь?
Он закатал рукава и показал свои запястья. А там красные следы и еще маленькое бардовое пятнышко.
– А это что? – пискнула я.
– А это, мегерка моя, я вырывался, а ты меня… Кхм… сначала укусила, а потом засосала.
Я ошеломленно посмотрела на мужчину и пришла к выводу, что это катастрофа! Все это! Ну как так? Как можно быть такой неудачницей, а? Я ТАКОЕ с Крониным вытворяла, и НИЧЕГО не запомнила. Ничего. Неудачница!
– А вы что же, не воспользовались? – спросила я, так и не сумев скрыть упрека.
Тима задрал нос и уставился на дорогу. И тут меня посетила страшная догадка. Еще про стоны какие-то Вера писала.
– Что? – жалобно спросила я. – Было, да?
Нет, ну это совсем лохом надо быть, чтобы первую ночь с любимым мужчиной не запомнить.
– Яна, я сейчас тебя придушу, в самом деле! – заявил босс. И опять как заорет: – Что было? Что было-то? Твое полудохлое и полуодетое тело было. И мое иссякшее терпение тоже было.
И на этом месте он припарковал машину у здания корпорации и вышел из машины. Я тоже выбралась и поплелась за ним.
А когда мы начали подниматься в лифте, я тайком на него глянула.
– А вы меня теперь уволите? – спросила аккуратно.
Тима потер нос и уставился на меня с любопытством.
– Почти жаль тебя. Но нет, еще немножко помучайся.
И улыбнувшись едва ли не до ушей, он жестом уступил мне дорогу, когда створки лифта распахнулись.
– Позор мне! – бормотала я себе под нос. – На всю жизнь позор.
Глава 17
Это было странно – опаздывать вместе с боссом. Наверное, вполне нормально для других работников, ведь он почти всегда на все встречи брал с собой помощницу. Но я-то знала! Все знала, хоть ничего и не помнила. Для меня все это было одним большим страшным провалом. И самое противное, что мозг все еще отказывался включаться.
Потому я и вошла в приемную следом за ним. И куртку свою тоже в шкафу у Иры повесила. И только когда повернулась, увидела слегка обеспокоенную Ирину и недовольного Кронина, сложившего руки на груди.
– Ты не здесь работаешь, – напомнил босс и указал рукой на выход.
А сам сухо кивнул Ирочке и скрылся в своем кабинете.
– А что случилось? – спросила девушка, осматривая мое лицо с сочувствием.
Скорчила рожицу, изобразила рога, кивнула в сторону начальницкого кабинета.
Ирочка все поняла и охнула. А я, махнув на курточку, побрела в свой офис. И опять меня встретили пустые столы. Поморщилась, зашла в кабинет. А там через стенку Кронин. Смотрит на меня так строго и серьезно, как в самый первый день и закрывает шторку.
– Не поняла, – пробормотала я. А потом через щелочку заметила, как в кабинет входит незнакомая барышня. – Вообще не поняла!
И все. Щелочка закрылась, а больше я разглядеть не успела.
Сгрузила сумку на стол, постучала носком туфли, подумала…
– А вот зря я куртку оставила, – заключила я. – И Ира там наверное ничего не понимает, кто же еще введет ее в курс дела, если не я!
В общем, спустя тридцать секунд я была в приемной.
– И кто у босса? – как бы невзначай спросила я.
– Не знаю, – буркнула Ира. – Он не сказал. Он вообще практически не разговаривает со мной. С тобой тоже так?
Я призадумалась, вспомнила первые дни. Поморщилась.
– Ну… На меня он рычал почти все время.
– Ужас! – заворчала Ира. – Не босс, а какой-то…
– Чудовище, – подсказала я и пожала плечами. – Его все так зовут. Непонятно только почему. Милейший человек.
На что Ира фыркнула и указала на мой синяк.
– Просто упала! – призналась я и исключительно из благих намерений предложила, – А ты уже чай гостям предлагала?
– Нет. Тимофей Андреевич не говорил.
Я в ужасе охнула и пошла к буфету.
– Ну как так! Надо обязательно предлагать. Ничего, я сама отнесу, а ты…
А она уже набрала босса по телефону и спросила, нужен ли ему чай. Балбеска!
– Нет, спасибо, – холодно ответил Кронин. – Я очень занят, меня нет.
А после он отключился, а Ира послала мне колючий взгляд.
– Я же говорила!
Выдохнула.
– Ладно, давай тогда я помогу тебе с корреспонденцией.
– Да я уже почти…
– Я помогу! – настояла я и как давай помогать.
Сорок минут помогала, совсем довела бедную девочку, пока она не сбежала от меня в отдел кадров. Ей там Нона Григорьевна якобы что-то обещала дать. В целом, я осталась довольна. Потому что когда двери Тиминого кабинета распахнулись, у меня было серьезное оправдание тому, что я сидела за столом секретаря.
Первой вышла, естественно, дамочка. Ужасная! Ужасная, силиконовая и очень дорогая, судя по всему ее виду, женщина. Не знаю почему, но вот такие персоны всегда сильно меня отталкивали. Ну зачем все это? Эти тонны макияжа, эти безобразные когти в пять сантиметров, эти губы на пол лица и бидоны на пол туловища? Милочка, ты что никогда не слышала о волшебном эликсире?
– Доброе утро! – приветливо поздоровалась я, очень надеюсь, с клиенткой. И чего это Кронин не отправил ее ко мне? А кто же говорил, что женщинам комфортнее общаться с женщинами?
Правда, эта, похоже, оказалась немой. Мне она только кивнула и отошла в сторону. А за ней из кабинета показался мужчина. И я даже как-то облегченно выдохнула. Мужчину поприветствовала еще более приветливо.
– Доброе утречко!
Вот только присмотревшись, я поняла, что мужчина сгодился бы дамочке и в отцы. Хотя, он был очень ухоженным и симпатичным. И как только меня увидел, сначала пристально осмотрел, а потом и улыбнулся.
– Полагаю, та самая девушка? – спросил он и обернулся к Тиме. А он уже тоже вышел в приемную. Перевела взгляд на него и… Ой! И чего так сверкать глазами? Какая муха его укусила?
– Яна, – произнес он с тайным обещанием меня мучительно пытать.
Вжалась в кресло и застыла.
– А Ира вышла, – вспомнила вовремя. – Я на замене.
Хмыкнув, мужчина перевел лукавый взгляд с меня на Тиму и хлопнул того по плечу.
– Я тебя прекрасно понимаю, сын. Прекрасно понимаю.
Сын? Я по-новому взглянула на гостя. Значит, это и есть тот самый Андрей Кронин, основатель корпорации и самый верховный босс.
– Яночка! – обратился он вдруг ко мне и подошел к столу. Я даже встала, чтобы принять его руку. – От сына не дождусь, так что преставлюсь сам. Кронин Андрей Тимофеевич.
Послала Тиму улыбочку. Удобно-то как!
– Не забуду! – игриво сказала я и подмигнула папе-боссу.
А он заулыбался шире и, не отпуская моей руки, полез в карман. Вот! Вот это я понимаю, работа в приемной. Лафа, а не работа.
– Моя визитка, – сообщил Андрей Тимофеевич. И, хотя я надеялась на шоколадку, визиткой тоже была довольна. Решила собственную коллекцию собирать.
Уже потянулась ручкой, как кусочек серебристого картона перехватил Тима. Мы с папой-боссом недоуменно уставились на него. А он еще и рукопожатие наше разбил.
– Андрей, мне, правда, пора возвращаться к работе, – сообщил он отцу холодно и вообще неприветливо.
Тот послал мне обреченный взгляд, и обратился к сыну.
– Хоть раз назови меня папой.
– Мне пора возвращаться к работе, папа, – отрезал Тима, делая акцент на последнем слове. Одолжение, блин, сделал.
– Яночка, ты просто обязана заняться его перевоспитанием, – сообщил мне Кронин старший.
Кивнула и злорадно усмехнулась.
– Я займусь!
– А если вдруг возникнут вопросы, – таинственно поведал Андрей Тимофеевич и склонился ко мне. – Звони!
Он снова хотел поймать мою руку, но Тима меня самым наглым образом затолкал обратно за стол. А папику своему послал недовольный взгляд.
Тот покачал головой и зашагал на выход, прихватив с собой… кого? Мамашку?
– Это твоя сестра? – спросила я с любопытством, провожая уходящих взглядом. А потом ощутила на себе взгляд, посмотрела на Тиму и поняла, что только сморозила. – Ой! Ваша. Сестра? Или… не сестра?
А он все пилил меня мысленно, пилил, наверное, одни только опилки остались.
– Я тогда, это, пойду к себе, – пробормотала я. И, не оглядываясь, сорвалась на бег. Выдохнула лишь тогда, когда оказалась в своем кабинете.
Нет, ну правда! Отчего такая резкая смена настроения?
Штора так и осталась загораживать мне весь вид на любимого шефа.
Первый час я даже уговаривала себя, что так лучше. К примеру, кофеварку подключила и протестировала, в кабинете новом похозяйничала, как мне того хотелось. Даже за работу села. Вот тогда мои беды и начались. Мозг включился…
«А почему это он от тебя спрятался?»
«Это что же, теперь каждый раз так? Он тебя видит, а ты его по праздникам? Несправедливо!»
«А ничего, что ты его ночью засосала? Вам бы поговорить об этом, разобрать все по полочкам, определиться, как дальше быть»