– О, вот и Снежок. Как раз вовремя, – хмыкнул Финн, заметив несущуюся по коридору грузную фигуру. – Сейчас самая потеха и начнётся.
В этот момент дверь столярной мастерской распахнулась, и оттуда вывалился школьный сторож Танк со здоровенной отвёрткой в руках. Споткнувшись о первого поросёнка, он рухнул на второго, воткнув отвёртку ему в ногу.
Тот издал болезненный стон.
Танк, отчаянно ругаясь, поднялся, по-прежнему сжимая в руках своё окровавленное оружие.
Девчонки в ужасе отшатнулись.
Пэдди с истерическим воплем бросился к поросятам.
– Какого чёрта! – раздался голос Снежка.
– Хо-хо, – воскликнул Финн, – сейчас будет бойня.
Снежок ускорил шаг.
Оператор съёмочной группы, поймав его в кадр, сделал наезд и вывел крупный план.
– С дороги! Уберите немедленно эту штуку! – Снежок потянулся к камере, но поскользнулся и рухнул навзничь, прямо в аккуратную кучку липкого свиного навоза.
– Что за день! Всё лучше и лучше, – Финн удовлетворённо потёр руки.
– И чему ты, позволь узнать, так радуешься? – от негодования Эмили даже топнула ногой. – Это же Диана Принс!
– Кто? – прищурился Финн.
– Вон там, в луже крови, – Диана Принс, – мотнула головой Эмили. – Наша звёздная хрюшка.
Мы недоумённо переглянулись.
– Вы, парни, иногда такие тупые, – Эмили разочарованно постучала себя по лбу. – Это ведущая свинка, остальные поросята всё за ней повторяют. И без неё...
У меня в голове всплыла картинка: поросята с Дианой Принс во главе строем бегут по загону. И я вдруг понял. Диана Принс была клеем, скреплявшим поросячий взвод. Без неё они были всего лишь командой без капитана.
– Чёрт. Ты имеешь в виду, нет Дианы Принс – нет и парада поросят?
– Ага-а. То есть?.. – Эмили явно ждала продолжения.
Я поморщился.
– То есть нет и поросячьих видео.
– Нет поросячьих видео? – вскрикнул Финн, похоже, представив себе потерю потенциальной прибыли.
– Дошло наконец, – закатила глаза Эмили.
– О, мистер Фицпатрик! Чем обязана удовольствию Вас лицезреть?
– Что, мисс? – улыбнулся Финн. Просто сама невинность. – Я пришёл на прослушивание для мюзикла.
Мисс Шайн отправила его в конец строя.
– Ладно, теперь слушайте внимательно. Сейчас Марджи сыграет нам «Еда, славная еда»6. Пожалуйста, пойте как можно громче, изо всех сил, чтобы я вас слышала. Текст перед вами, на доске, – она кивнула, и Марджи заиграла вступление. – Помните: как можно громче.
Пока мы пели, мисс Шайн прохаживалась вдоль шеренги претендентов, как сержант-инструктор, изучающий вверенный ему взвод новобранцев. Время от времени она останавливалась, привставала на цыпочки и подносила ладонь к уху, стараясь расслышать каждую ноту. Когда она подошла ближе, я вдруг почувствовал, что мой голос дрогнул. Рядом покрякивал коротышка Бобби МакДона. Но мисс Шайн проплыла мимо, словно нас там и не было.
А вот добравшись до Финна, она замерла надолго. Финн раздувал лёгкие, всё увеличивая громкость, пока не начал орать вместо пения.
Но по непроницаемому лицу мисс Шайн трудно было что-либо понять. Дойдя до конца шеренги, она развернулась на своих шпильках, хлопнула в ладоши, и Марджи оборвала мелодию на середине такта.
– Что ж, неплохо. Давайте попробуем ещё раз. Тот, чьего плеча я коснусь, петь прекращает.
На этот раз мисс Шайн двигалась позади строя, чтобы окончательно заморочить нам головы. Я оглянулся через плечо: она как раз подошла к Финну, но, услышав его потуги, затряслась, будто проглотила кусок льда. Финн же, словно почувствовав её присутствие, поднял громкость ещё на одно деление и добавил капельку лучшего кокни7, на который только был способен. Судя по лицу мисс Шайн, она настолько перепугалась, что пару секунд даже не могла шлёпнуть Финна по плечу.
Я отвернулся и продолжил петь.
Шлёп – и её рука уже на моём плече.
– Вы, пожалуйста.
Шлёп.
– И Вы, Бобби.
Бобби МакДона – крякающий утёнок – тоже выбыл из числа претендентов.
Шлёп.
Шлёп.
Шлёп.
Наконец лицо мисс Шайн немного расслабилось. Она хлопнула в ладоши, и в зале снова воцарилась тишина.
– Ну вот, теперь гораздо лучше. Тем, кто остался петь, мои поздравления: вы в подтанцовке. Остальные тоже могут поучаствовать, но, боюсь, пение вам придётся имитировать.
– Имитировать? – воскликнул искренне потрясённый Финн. – Но мисс, это же чудовищное унижение!
– Немой сирота из сцены в работном доме, первый акт. Это всё, что я могу предложить.
– Но мисс, я работал моделью, у меня есть опыт...
Послышалось приглушённое хихиканье.
– Я даже проходил прослушивание для телевизионного конкурса вокалистов.
– В самом деле? – брови мисс Шайн взлетели. Она сняла очки и в полном замешательстве оглядела Финна с ног до головы. – И как, прошли?
– Эм... нет, – вздохнул Финн.
Раздалось громкое фырканье, затем взрыв деланого смеха:
– Спросите ещё, что сказали судьи, мисс!
Я обернулся.
Толпа расступилась, пропуская вперёд Кимберли Фаррелл, уже готовую вцепиться Финну в горло. Ким «Я тебе это припомню!» Фаррелл, одна из самых печально известных жертв Финна. В восьмом классе он торжественно объявил, что бросает её, из комментаторской будки, на весь стадион, да ещё перед финалом кубка, и с тех пор она не упускала случая ему отомстить.
– А что тут смешного, Кимберли? – поинтересовалась мисс Шайн, глядя в зал.
– Судьи... э-эм... я пытаюсь вспомнить, что именно сказали ему судьи, мисс, – запинаясь, проговорила Кимберли, решив отыграть свою роль до конца. – Как там было, Фицпатрик? Скулящие лисы?
– Что ж, прошу Вас, – мисс Шайн, скрестив руки на груди, повернулась к Финну. – Мы очень хотим услышать, что же сказали Вам судьи.
Финн неловко повёл плечами.
– Мистер Фицпатрик?
Финн, не моргая, смотрел прямо перед собой.
– Это даже в Интернете есть, мисс, – с ухмылкой вмешалась Кимберли, доставая телефон.
– Ладно, ладно, – понурился Финн. – Они сказали, что моё исполнение – нечто среднее между воем девчонки, оплакивающей распад очередного бойз-бенда, и визгом лис, дерущихся за дохлую кошку.
– Дело закрыто, – усмехнулась мисс Шайн. Сдавленные смешки в толпе переросли в истерику. – Боюсь, это значит «нет». Для вас обоих, – она указала на меня. – А теперь вон. Сейчас же.
– Но мисс, – возмутился я, – роль немого сироты меня вполне устраивает!
– Нет уж, – отмахнулась мисс Шайн. – Этот мюзикл – слишком серьёзное дело. Лоботрясам вроде вас здесь не место.
Я не стал возражать, поскольку краем глаза увидел в зале безумно жестикулирующего Коби.
– Вы, парни, что вообще здесь делаете? – язвительно поинтересовался он, оглядываясь по сторонам.
– Ну же, Коб, – укоряющим тоном воскликнул я. – Это школьный мюзикл! С гарантией на пару часов в неделю снимают с уроков.
– А перед премьерой и того больше. Вот только мы облажались, – простонал Финн. – Ох уж эта Кимберли Фаррелл и её длинный язык.
– Казалось бы, при чём здесь твоё пение? – я прикусил губу, чтобы не расхохотаться.
– Ладно, эта штука живо поднимет вам настроение, – просиял Коби, вручив нам обоим по хрустящему коричневому конверту. – Наши первые дивиденды. Только здесь не открывайте.
– И сколько там? – оживился Финн.
– Семьдесят пять.
– Миленько, – я почти отбил свои начальные вложения.
– А, гроши, – фыркнул Финн.
– Да брось, Финни, для начала вполне достойно.
– Ага. Всё ещё будет, только не горячись, – поддакнул Коби.
– Время давить на педали. Нужно заполучить парочку крутых сделок. Особенно теперь, раз у Пэдди с поросятами голяк.
– Ты что, не слышал? – ухмыльнулся Коби, косясь на Финна.
– Чего именно?
– Ну, насчёт поросят?
– Лучше не говори, – побледнел Финн. – Их пустили на котлеты?
– Может, на бекон? – предположил я.
– Не, парни, круче, – покачал головой Коби. – Вы вообще помните, что там были телевизионщики? И что сцена «поросята сеют хаос в школе» отснята целиком?
Мы кивнули.
– Так вот, – от волнения голос Коби дрогнул. – Они использовали её в качестве тизера для своего документального фильма. Только вчера вечером слили в сеть, а сегодня она уже в тренде. Интернет просто кипит. Угадайте, кто главная звезда этого шоу?
– Снежок?
– Не-а, Диана Принс, разумеется. Наша хромая свинка.
– Да ладно! – у Финна отвисла челюсть. – Обалдеть!
– Но, правда, Снежок дышит ей в затылок.
– Какой сюрприз, – я закатил глаза. – Теперь у телевизионщиков есть крутейшее видео, как Снежок летит прямиком в свинячьи какашки.
– А потом в таком виде толкает речугу, – добавил Коби.
– Ну, что ещё мы пропустили? – спросил я, доставая телефон, чтобы войти в сеть.
– В общем, стоило выйти тизеру, Пэдди выложил видео о том, как Диана Принс восстанавливается после тяжёлой травмы, как подволакивает свою перевязанную культю. Народ в неё просто влюбился.
– И кто бы мог подумать, что трёхногая свинка может стать героем Интернета? – хмыкнул я, наморщив нос.
– У неё уже куча подписчиков. Такими темпами Пэдди ей отдельный канал откроет.
– Пэдди не мог не знать, что тащить поросят в школу – огромный риск, – задумчиво произнёс я.
– Но он окупился! – воскликнул Коби. – Может, Пэдди даже рассчитывал на некий драматический эффект.
– Такой бойни он точно не планировал, – возразил Финн. – Получилось неожиданное, но весьма приятное дополнение.
– Вряд ли приятное. Он своих поросят обожает.
– Ну и заставил ты меня поволноваться, Коб! Я-то был уверен, что инвестиции в свиноводство схлопнулись, – Финн показал Коби язык. – А эта хрюшка может в момент удвоить нашу прибыль. И все в выигрыше.
– Ну, кроме мистера Рафферти. Думаю, Снежок его здорово пропесочил.