– Чувак, ты что, рехнулся? – недоверчиво скривился Пабло.
– Ты это серьёзно? – впрочем, я уже знал ответ – прочёл по решительной физиономии Коби.
Он медленно кивнул.
– Но почему?
– Деньги нужны.
– На что?
– Крупные траты. Просто огромные.
– Ну же, что ещё за тайны, Коб? – толкнула его локтем Эмили. – Давай, говори.
– Дрон12.
– Вон оно что... Дрон! – воскликнул внезапно очнувшийся Финн. – Коб, да ты оглянись вокруг! Мы можем заработать на сотню дронов! И это только начало!
Но Коби не дрогнул.
– Пойми, Финн, деньги мне нужны сейчас. Модель, которую я хочу купить, в Интернете на пике цены. Ниже не будет. Так что я хочу забрать свой пай, – бесстрастно произнёс он.
Все молчали. Даже Эмили перестала писать.
– Значит, выплата наличными, – почесал затылок Финн.
Коби моргнул. Я видел, что Финн лихорадочно подсчитывает убытки. Без Коби любое сокращение оборотов ударит по нам гораздо больнее. Во всяком случае, по нам двоим.
– Ну и на каких условиях, Коб?
– Просто честно всё поделим.
– И ты хочешь забрать весь свой пай? Ни гроша не оставишь?
– Полностью.
– Уверен? Ты только взгляни на всё это бабло!
Коби покачал головой:
– Давай обговаривать условия, Финн.
– Что думаешь? – шёпотом спросил Финн, оттащив меня в сторону.
– Триста пятьдесят? – предложил я.
– Не, – наморщил нос Финн. – Пусть берёт триста и уматывает.
– Слушай, давай по-честному. Сёстры Салливан – его работа.
– Лады, триста пятьдесят.
Я вяло кивнул, уже задумавшись о своём. Сказать по правде, размер выплаты меня не особо парил: это пускай себе Финн с Коби спорят, если хотят. До меня медленно доходило, что Коби решил свалить, когда дела наконец пошли в гору. И, глядя на пухлую пачку банкнот в своей потной руке, мне оставалось только гадать, не предвидит ли он каких-то туч на нашем горизонте.
Коби, разумеется, принял наши условия без всяких возражений.
– Не беспокойся, за делами я пригляжу, – шепнул он мне на ухо. Будто чувствовал, что я уже беспокоюсь.
– Я всегда знал, что этот план сработает, – самодовольно заявил Финн, поцеловав в дверях пачку банкнот. Ещё бы: ему впервые удалось доказать свою правоту.
€€€
– Садись, Люк. Нам нужно поговорить.
Едва войдя в гостиную и медленно опустившись на подлокотник дивана, я заметил этот слишком-уж-знакомый мамин взгляд и приготовился к неизбежному.
– Папин бизнес... ну, в общем, дела сейчас идут не очень.
– Контора закрывается?
Она неуверенно кивнула:
– Мы всё распродаём. А значит, придётся пока затянуть пояса. Никаких излишеств.
– Излишеств? – пробормотал я, пытаясь вспомнить последнюю приличную вещь, которую они мне купили. Шерстяная шапка, выкопанная мамой в каком-то секонд-хенде, явно не в счёт. Особенно с эмблемой лондонского «Арсенала» – и это мне, фанату «Ливерпуля»! Пришлось прикинуться, что всё круто, но, ясное дело, я это позорище и близко к голове не поднесу.
– Начнём с членской карточки гольф-клуба. Её придётся закрыть, – объявила мама, кивнув на разбросанные по комнате клюшки. Потом, сочувственно взглянув на папу, который, казалось, совершенно утратил дар речи, похлопала его по руке, резко поднялась и вышла из комнаты.
При виде усталого, небритого папы я вдруг почувствовал прилив нежности. Его лицо было совершенно бесцветным, будто застиранным до дыр, как старая тряпка, которой я чистил бутсы. Измотанным, помертвевшим. А теперь он ещё и своего драгоценного гольфа лишился – единственного, ради чего готов был выйти из дома.
Я пошарил по карманам и сунул ему бабки, полученные от Эмили.
– На, держи.
– Это что?
– Счета оплатишь.
Папа, нахмурившись, пересчитал банкноты:
– Но тут же целая куча денег, Люк!
– Что ж, пора и мне внести свой вклад.
– И ты даже не скажешь, где их взял?
– Подработку нашёл, уже пару недель как, – соврал я. – Я ведь вам говорил.
– Где?
– У Финновой мамы. Прибираюсь в пустых домах, – выпалил я первое, что пришло в голову.
Папа, прищурившись, смерил меня подозрительным взглядом.
– Ты, похоже, опять всё мимо ушей пропустил, – обиженно добавил я.
– А мама знает?
– О чём?
– О твоей подработке.
– Конечно, знает, – ещё одна ложь. Но не станет же он проверять. По-моему, он сейчас даже дни недели друг от друга не отличает.
– Я не могу взять у тебя деньги, Люк, – помотал головой папа.
– Тогда просто сохрани их, ладно? Или вон Интернет оплати, чтобы я не просиживал часами в туалете, разоряя соседей, – и я направился к себе. Но, выходя из комнаты, обернулся: он положил деньги на подлокотник и снова уставился в телевизор.
Правда, уже не так напряжённо.
– Я его прикончу!
– Остынь, Эм!
– Я убью его к чёрту!
– Господи, держите её!
Я шагнул вперёд и поймал Эмили за талию.
– Пусти! – пытаясь вырваться, она двинула меня по рёбрам. К счастью, подоспевший Финн успел её перехватить.
– Какого чёрта? – выдохнул я.
– Да Эмили с катушек слетела, – только в этот момент я заметил Джеймса Бёрка – или Бугая Джеймса, как мы его обычно звали: он сидел на заборе, крутя в руках, больше напоминающих две лопаты, регбийный мяч.
– С катушек слетела, Бёрк? Погоди, сейчас я тебе покажу, что такое слететь! – визжала Эмили, извиваясь в Финновых объятиях.
– Ты что творишь, Бёрк? – нахмурился Финн, изображая строгого двоюродного брата. Весьма смелая позиция, учитывая, что Бугай Джеймс на два года старше и по крайней мере вдвое здоровее Финна. Сказать по правде, даже его бедро было толще Финновой талии.
Бугай пожал плечами.
– Врёшь! – выпалила Эмили. – Всё ты прекрасно знаешь!
– Что, снова запала на меня, Эм? – своим обычным занудным тоном поинтересовался Бугай, самодовольно приглаживая зализанные волосы. Эмили молчала, напряжённо раздувая ноздри. – Впрочем, как тебя винить? Я же такой умница...
– Что-то сомневаюсь. По-моему, этот мяч и то остроумнее.
Я с трудом сдержал ухмылку. Эмили говорила чистую правду: Бугай мог сколько угодно быть звездой регби, но харизмой вряд ли превосходил забор, на котором сидел. Оставалось только гадать, в чём причина его популярности: обаяния в этом парне было не больше, чем во вчерашнем пакетике чипсов.
– Что за дела, Эм? – спросил Финн у едва переводящей дух Эмили. – Мне казалось, ваш роман давно в прошлом.
– Так и есть. А теперь этот гад слухи обо мне распускает.
– Какие ещё слухи? Факты, – с мерзкой ухмылочкой перебил Бугай. – У меня ж доказательства есть. Хотите взглянуть?
Эмили пнула в его сторону камень.
– Может, нам стоит снова быть вместе, а, Эм? Я та-а-ак по тебе скучаю, – хохотнул Бугай.
– Мечтать не вредно!
– Эмили Кларк и Джеймс Бёрк. Осалены сто двадцать раз. Идеальная пара!
– Я же сказала: это не я! – Эмили пнула ещё один камень.
– Странно, странно. Ведь именно ты пометила нас как пару. Вот, твоя учётка, – заявил Бугай.
– Дай-ка глянуть, – вмешался я и, выхватив телефон, внимательно изучил записи. Потом вернул его Бугаю и обернулся к Эмили: – Он прав. И больше сотни подтверждений.
– Это не я! – решительно замотала головой Эмили.
– Стоп! – удивлённо вскинул голову Финн. – Себя же осалить нельзя! Вроде это правило не меняли.
Я смущённо кивнул: что-то не сходилось.
– Ну, молодёжь, на этом я вас оставлю, – Бугай, спрыгнув с забора, лениво погладил Эмили по щеке. – С тобой было неплохо, Кларк. Но пора взглянуть фактам в лицо: между нами все кончено. У меня новая жизнь.
– Не трогай меня! – вздрогнула она.
– Совсем рехнулась. Вся в папашу, – злобно прошипел он.
– Что ты сказал? – рявкнул Финн, на секунду ослабив хватку. Почувствовав свободу, Эмили мигом вырвалась из его объятий, шагнула вперёд и со всего размаху лягнула Бугая в самое уязвимое место.
– Давно следовало это сделать, – хмыкнула она, пока Бугай корчился от боли. Потом мазнула меня взглядом, и я заметил, что по её щеке катится слеза. Я дёрнулся было к ней, но Эмили была уже далеко.
€€€
– Остынь, Финн, – у меня раскалывалась голова, и непрерывное мельтешение Финна перед глазами только усугубляло ситуацию. – Это всего-навсего значит, что в коде была крохотная дырочка.
– Крохотная дырочка? Больше похоже на гигантский кратер!
– Коб с этим уже разобрался. Он поговорил с сестричками-дистрофичками, и те гарантировали, что всё исправлено.
Финн продолжал шагать взад-вперёд, словно не слышал.
– Прикинь, если придурок вроде Бугая, а он реально тупой, смог взломать аккаунт Эмили... Да код, небось, открыт нараспашку, как эта чёртова дверь, – он обернулся и с такой силой пнул дверь, что содрогнулись даже стены.
Я знал, что Финн слегка переигрывает, втайне наслаждаясь тем, как моя сделка, поначалу казавшаяся такой выгодной, потихоньку разваливается. Тем не менее, учитывая реакцию Эмили, я не стал с ним спорить.
– Хочешь, я сам поговорю с близняшками? Надавлю на них чуток?
Финн наконец остановился и плюхнулся рядом со мной на скамейку.
– Нет, не раньше, чем они выпустят обновление. Нельзя их спугнуть.
– Честно говоря, «Салочки» приобрели уже такой размах, что на мелкий глюк никто даже внимания не обратит.
Финн молча нагнулся и принялся перевязывать шнурки.
– Вот только зачем это Бугаю? – продолжил я. – В смысле, ломать её учётку.
– Чтобы отомстить?
– За что?
– За унижение. Это ведь Эмили с ним порвала, а не наоборот. А порвать с Бугаем Джеймсом...
– Не похоже, слишком много усилий. Может, у Бугая ещё остались какие-то чувства к Эмили? И это всего лишь тупейший способ её вернуть?
– Никогда не видел, чтобы она плакала, – вдруг сказал Финн.
Я не ответил.