— Думаете, его работа? Что-то не верится…
— Да я и сам, прямо как и ты сейчас, в затылке сегодня утром чесал, когда от злости отошел. Веришь ты, что я могу определить, когда человек брешет, а когда нет? А особенно вот этот злодей…
— Ну, в то, что Вы такое можете — верю охотно, видите людей насквозь, на себе испытывал. Но все же… одно непонятно, почему это ему, злодею, такая привилегия?
Председатель демонстративно сжал кулак так, что на костяшках пальца проступили два белесых следа.
— Мы, так сказать, с детства работали в тесном контакте. Порой настолько тесном, что кулаки по роже прикладывались, да так, что вот и до сих пор вот отметины видно… Чего смотришь с удивлением? Председатели правления тоже в молодости, бывает, дерутся.
— Пожалуй… Но вот такого, чтобы два дравшихся в детстве заняли аналогичные посты в разных организациях — я никак не припомню…
— А ведь прав ты… Ну да ладно, давай к сути. Когда он в интервью говорит о том, что до сегодняшнего дня не планировал отвечать на вопрос о надежности — он не врет. Но! Когда в конце заявляет, что он тут не при чем — брешет, сука, и явно брешет… Что ты на это скажешь?
Николай снова непроизвольно почесал в затылке.
— Можно подумать 2–3 минуты?
— Давай. Хотя я с утра над этим думаю, так ничего и не придумал, уже начал было подозревать, что нюх совсем потерял, но просмотрел три раза — все точно.
К счастью, Николай четко запечатлел в памяти весь утренний «разбор полетов» в IT, на котором он присутствовал. Да и попробовали б они его не пустить, когда председатель повесил доклад о происшествии на Николая! Очень хорошо, что он запомнил то, что сведения о заново появившейся уязвимости на серверах, от которой они начинали забивать каналы связи, появились в Интернете три, максимум четыре дня назад. От этого можно оттолкнуться!
— Владимир Сергеевич, я попробую порассуждать вслух, надеюсь, что не собьюсь на какую нибудь дичь… Если оба Ваших утверждения — правда, то получается так, что точная дата запуска вируса или чего-то еще, не была ясна. В пользу этого говорит и то, что изначальный затык в сети произошел из-за уязвимости на серверах, которая всего 2–3 дня в Интернете известна.
— А вот этого я не знал!
— Да, был совсем свежий косяк. Получается, что день запуска вируса просто совпал с днем интервью? Ох, и не верится же мне в такое совпадение, но если это так… тогда все логично. Утром он не знал, а когда все в полдень слетело…
— Кстати! А почему все разнесло практически сразу же после полудня? Не в 11:36, или, скажем, в 12:47? Тоже совпадение?
— О как… Вот тут мне в совпадения, с учетом Вашей информации, верится все меньше. Но тогда… получается, что кто-то уже давно готовился сделать пакость, заметил уязвимость, у него получилось… А полдень — выходит, условленный срок для нанимателя, что это его работа? Косяк у нас в сети мог ведь произойти-то и без его участия…
— Ключевое слово тут «давно».
— Но это ж… Николай замялся
— Договаривай! Говори правду и не бойся!
— Э… С одной стороны, это может показаться… как бы сказать, неумной чрезмерной подозрительностью и шпионскими романами попахивает, но с другой — надо бы мне с непосредственным начальником поговорить, если разрешите. Он в таких делах должен разбираться намного больше моего… Получается, что кого-то к нам заслали и уже давно…
— Или перекупили, возможно, даже и не так давно. Эк ты вежливо выражаешься, вместо того, чтобы просто сказать, что «ты, мужик, сдурел», оборот «неумная чрезмерная подозрительность» применил! Председатель ухмыльнулся.
— Все же лучше быть вежливым и говорить, хотя бы малость при этом думая… Если толком не следить за тем, что вылетает изо рта, то следить все равно придется, но вот только за тем, что обратно прилетает в голову.
— Это ты, Коля, верно сказал, ох, верно…
— Так все-таки, спросить начальника? Учитывая его старые связи и квалификацию?
— О чем бы его спросить-то?
— Ну… хотя бы о том, что он думает по этому поводу и попросить совета. Опыта у него в этих делах явно намного больше. И болтать об этом направо и налево разведка точно не станет, даже бывшая.
— Бывших разведчиков, Коля, не бывает… А спросить — ну… почему бы и нет? Спроси, хуже не будет, потом расскажешь. Наказать за эту историю уже никого не накажешь, раз все уволились… Кстати, спасибо тебе, за то, что спасателя позвал!
— Да я, как туда пришел, вообще испугался! Опыта в оценке поведения людей у меня явно меньше Вашего, но понять то, что все ударились в панику и наступила полная…
— Понятно, что практически всем было видно, что жопа там приключилась не только полная, но и очень даже глубокая! А почему ты именно его позвал?
— Да я его в подобной аварии уже давно видел и он тогда был единственным, что оказался в состоянии взять на себя ответственность в критической ситуации.
— Расскажи-ка!
— Как бы покороче рассказать-то, чтоб не растекаться…
Николай припомнил то, как несколько лет назад в довольно крупном банке проходило расширение процессингового центра, работающего с картами, да не просто так, а одновременно с переходом на другое ПО. Новые сервера и прочие железки, начали перевозить в новую серверную, которая на глазах забивалась различного рода оборудованием, или, по словам Ростецкого, «электрическим барахлом». Авария случилась тогда, когда нагрузка была уже переведена на новое оборудование, но его завоз еще продолжался. На вид просто банально вырубилось электричество, и все продолжало работать на стремительно тающих источниках бесперебойного питания, однако поди ж ты быстро разберись, от чего это самое электричество вырубилось! То ли где чреватое пожаром короткое замыкание, то ли вообще сдохли входные цепи бесперебойников и они отключили автомат питания! Тут бы даже резервный дизель не помог, если б его и успели подключить в запарке переезда. В итоге около двух десятков человек собрались у перекинувшегося вниз пакетника и смотрели на него, как баран на новые ворота. Были там и начальник управления и директор департамента и непосредственный начальник Ростецкого… В конце концов Ростецкому это, видимо, надоело, и сказав всем «если что случится, то виноват буду я» он решительно и быстро, так, что никто не успел его даже окликнуть, сделал два шага вперед. Дернув пакетник вверх и придержав его пальцем, он отдал команду:
— В серверную, живо!!! Смотрите, что там! Если что не так — вопите, вырублю!
Довольно занятным было то, что первым среагировал на команду один из вышестоящих начальников Ростецкого и, в точном соответствии с указанием, даже очень живо рванул в дверь. Как оказалось, пакетник просто не выдержал повышенного тока при включении какой-то железки, а в остальном все было нормально. Начальник управления потом долго благодарил Ростецкого за то, что он «взял на себя ответственность». Вообще-то, ответственность за такое должен был брать на себя сам начальник, но Ростецкому грех жаловаться — пришел он в банк на должность обычного менеджера, а ушел, даже не старшим, а ведущим с соответствующими записями в трудовой книжке. Николай позже расспрашивал Ростецкого о том, как именно он понял, что там все было нормально, но не получил внятного ответа, которого, похоже, не знал и сам спрашиваемый. «Я в этом случае ну прямо, как та собака, которая все понимает, но не говорит». Техническая интуиция у него тут сработала в полный рост, как и в множестве иных проблем, хотя и намного менее напряженных и критичных.
— Да, Коля… Хорошо, что такие люди у нас есть! Надо бы ему премию выписать. Или в должности поднять?
— Премию-то можно, а насчет высокой должности… Можно с ним поговорить, но я думаю, что он сам этого сознательно сторонится. Таких профессионалов, как он, намного меньше, чем разных должностей, а мужик он толковый, захотел бы — точно пробился. Да и IT это будет, как красная тряпка для быка.
— Надо бы потолковать с ним при случае… Ладно, давай там по-быстрому о других происшествиях…
Выйдя из кабинета председателя, Николай заторопился к своему непосредственному начальнику и быстро рассказал ему все, что обсуждалось с председателем. Начальник слушал его очень внимательно и после завершения рассказа остановил рвавшегося было продолжить вопросы Николая взмахом руки. Прошло 3–4, возможно, что и пять минут.
— Да… История это явно непростая и подозрительная… То, что он видит, когда люди брешут, причем в разы понадежнее детектора лжи — это святая правда, и то, что они с председателем Элдета в молодости не раз колотили друг друга по мордам — тоже правда, мне ли не знать…
Начальник СБ поморщился, непонятно, почему. Николай решил этого не заметить.
— Меня, Петр Валерьевич, полдень больше всего смутил, я и подумал, что дело тут нечисто…
— В общем так… Для проверки этого вопроса, чем я сам лично займусь, надо узнать, когда именно был внесен дополнительный вопрос в интервью — до полудня или после. Во всех таких интервью вопросы планируются заранее. Сдается мне, что ответ будет «после» и вы правы, но проверка необходима… Устроивший вчерашнее, очевидно, не мог знать, что у нас все почти на пять часов ляжет, мы ему тут, к сожалению, сами сдуру помогли. А наниматель его решил этой ситуацией воспользоваться и гордо болтнул лишнее на камеру, не подумавши. Эх, Николай, если б ты знал, сколько всякого можно узнать, проанализировав излишние разговоры даже в телевизоре, не говоря уже про беседы один на один!
— Могу себе только представить… Спрашивать не буду, все равно ведь не ответите.
— Правильно понял, что не отвечу. Кстати! Тебе болтать об этом деле не советую категорически.
— Так же категорически не собираюсь! Сам вот прямо сейчас вижу, к чему болтовня тщеславная приводит.
— Это хорошо, лучше на чужих ошибках учиться. Ладно, по результатам я вам с председателем сообщу. Надеюсь, что за неделю справлюсь, надо будет старые связи поднять.
Николай подумал о том, что самое время сейчас смотаться.