— Володя, помощь нужна!
— Какая помощь, Николай Владимирович?
— Да уж не по делопроизводству, иначе я бы секретаршу позвал! — усмехнулся Николай. С компом непонятка какая-то. Поможешь?
— Иду…
Николай зашел в кабинет и запер дверь. Володя живо достал из внутреннего кармана лист бумаги и с нажимом сказал:
— Прочтите! — Николай живо выполнил просьбу, так как почувствовал немалую нервозность собеседника. При чтении глаза его изрядно расширились с первых же строк:
Доводу до Вашего сведения, что ….200* со мной вступил в контакт человек, представившийся сотрудником службы Элдет-Банка. Он предложил мне сумму в $300000 (прописью: Триста тысяч долларов США) за то, что я предоставлю в его распоряжение электронный документ с планом реорганизации Ультрим-Банка, который, по его словам, может находиться у вице-президентов по региональному развитию или развитию бизнеса.
Далее стояло сегодняшнее число и подпись с расшифровкой. Ну ни хрена себе!!! Однако, это восклицание надо бы удержать при себе… И не сидеть остолопом, перечитывая бумагу в третий раз. Работа руководителя состоит в том, чтобы давать указания, и лучше бы эти указания были более-менее внятными и правильными. С правильностью указаний, кстати, может быть явная беда, надо бы с начальником посоветоваться! А до этого…
— Та. а.а. к… Во-первых, Володя, я знаю, что ты этого точно не сделаешь, и сочтешь это указание дурацким, но! Я просто обязан тебе об этом сказать. Никому об этом деле ни слова! Только моему начальнику и тому, кому он разрешит. Во вторых, я прямо сейчас к нему и пойду, это как раз по дороге, тебя похвалю и скажу, что у него на компе не только такая же ерунда, а даже что-то похуже и он тебя позовет, если что. И в третьих — это я тоже обязан сказать, не взыщи. Если это дурацкая шуточка, ты об этом не просто сильно, а даже очень сильно пожалеешь!
— Да какие там шуточки!
— Мое дело — предупредить! Давай, пойдем!
До нужного места дошли быстро
— Володя, еще раз спасибо тебе!
— Да не за что!
Николай было сделал шаг, как бы уходя, но резко остановился, прикинувшись вспомнившим что-то
— Кстати! У Петра Валерьевича была, вроде бы, такая же фигня с компом, если не похуже. Если он захочет поправить — позвонит.
— Хорошо, помогу.
Николай заторопился к начальнику, который, к счастью, был на месте. Войдя в кабинет, Николай перестал с трудом удерживать нейтральное выражение на лице. Начальник сразу же заметил это
— Случилось чего?
— Случилось… Даже не знаю что сказать, пока посоветовал человеку молчать и как бы походя сказал, что у Вас с компом проблема. Николай передал аккуратно сложенный листок. На чтение не ушло много времени.
— Необычно…
Сдержанность начальника произвела впечатление на Николая. «Необычно», черт возьми! Хотя… он-то в сущности, прав, обычного тут явно мало…
— Я ему сказал, что если это дурацкая шутка, то отгребет он не слабо.
— Сам-то веришь, что это шутка?
— Нет. Но я ему сказал, что обязан по должности сказать о двух очевидных вещах — никому не слова и, если это шуточка, признаваться сразу. Не признался… И нервничал он довольно сильно
— А он к тебе прямо так в кабинет зашел?
— Нет, он меня на лестнице перехватил и сказал, чтобы я позвал его, как бы для решения проблем с компом. Заодно, я при прощании с ним как бы вспомнил, что и у Вас с компом проблемы… Вы ведь явно захотите с ним поговорить.
— Хорошо, что вы оба малость соображаете… Давай-ка я ему через четверть часа позвоню. А пока… Начальник взял трубку.
— Владимир Сергеевич! Нужно с Вами повидаться. Мне и Николаю. Дело очень, подчеркиваю, даже очень важное. Да, именно сегодня, время пока назвать не могу. Пока секретарше скажите, что отчет перенесете, а потом после моего звонка позовете. Николай не возьмет папку с отчетом из-за срочности, а я ее потом поднесу, да и зайду. Ага, ждите звонка.
Начальник положил трубку
— Все понял?
— Где уж тут не понять…
— Кстати, не зря мы тебя назначили, ох не зря… Неспроста он к именно тебе заявился, ты же у нас в службе один зам один без нашего прошлого…
— Может, оно и так… Но скажу честно, это скорее всего, от моей привычки по лестнице ходить. Он бы и к вам напрямую обратился, если б вам там шли.
— Наверно, ты и прав… Ладно… Давай-ка я ему позвоню. Да скажу, что ты посоветовал обратиться.
Начальник неспешно уложил папку на столе в сейф и аккуратно запер его, затем поместил переданную Николаем бумагу в прозрачный файл, уложил ее во внутренний карман и позвонил Володе. Появился тот довольно скоро.
— Прежде всего, Владимир Иванович. Николай Вас уже спрашивал, но я тоже обязан задать этот вопрос. Это не какая-то шутка?
— Нет.
Начальник внимательно посмотрел на Володю, затем открыл сейф, достал из него пустую папку вообще без номера и аккуратно подколол туда листок в файле. Затем обратился к Володе.
— Стало быть, сотрудник службы безопасности Элдета… Рост, возраст?
— Лет сорок, рост… где-то сантиметров на пять повыше меня.
— Цвет волос, глаз?
— Глаза не помню, волосы… ну, такие, как у Николая Владимировича.
— Эх… цвет глаз мужчин при неожиданных встречах завсегда помнят только женщины… Дальше…
— Минут через пять-семь подобных вопросов о внешности, искусно перемежаемых теми, которые уточняли содержание разговора Володи, начальник взялся за карандаш. Его рисунок был заслонен монитором, но когда он показал его Володе, у того челюсть отвисла
— Вылитый! И как вам это удается-то!? — последний вопрос был явно невольным и сам Володя явно смутился.
— Да вот… есть некоторые навыки — усмехнулся начальник. На взгляд Николая, деталей в рисунке было довольно много и по такому рисунку вполне можно было кого-то искать. Однако! Тут навыки, пожалуй, совсем даже не некоторые, а просто охрененные…
— Так, Владимир. Говорю пока предварительно, мне еще с председателем это согласовать надо. Но! Если ты увидишь вновь созданную папку… ну, с датой сегодня и позже на его сетевом диске с файлом, ты этот файл им в конце концов отдашь.
— Отдать!?
— Именно так. Я разрешаю. Заодно и заработаешь… может быть.
— Да вот в том-то и дело, что может быть. Оттого и пришел. Сумма больно здоровая, кидаловом пахнет. Да и, честно говоря, подумывал, что это ваших рук дело…
— Учти, сразу отдавать ни в коем случае ничего не надо, дашь им подождать несколько дней… Попробую организовать для тебя e-mail от председателя кому-то, в нем будет то, что он самолично этот план правит. Сначала ты им письмо это передашь, создашь видимость того, что дело сложное и мутное, может, и аванс попросишь. Только затем отдашь файл и наплетешь, что все это было очень сложно и так далее. Как бы связь с тобой держать…
— Скайп не подойдет? Но это только из дому…
— Ладно, подумаю. Хотя не доверяю я всему этому… В общем, так. Как увидишь в этой же папке файл с письмом — его распечатаешь, передашь и потом удалишь. Это нам будет сигнал, что письмо передано.
— Понял. Заодно еще им скажу, что первым делом залез в почту председателя. Это, по-моему, логично. Если над файлом работают, то его и пересылать могут.
— Тут с тобой спорить не буду, тебе виднее. Правда, не знаю, будет ли письмо, но попытаюсь. Давай тогда по этому скайпу с Николаем, но быстро, кратко и по делу. Но это не окончательно, может, и еще чего придумаем.
— Неужто совсем ничего у меня не отберете?
— Эх, Володя… Не бойся, времена сейчас не те, что в моей молодости. И пусть тебя сильно совесть не мучает, план в этой папке будет не то, чтобы совсем неправильным, скорее, очень даже наоборот, но… с некоторыми особо интересными дополнениями и изменениями.
— Да я уж это понял — усмехнулся Володя.
— Вот и молодец! Так, давайте обсудим детали по связи, раз она нами никак не контролируется… Говорить нужно совсем не о предмете, но с использованием определенных слов, кое о чем сигнализирующих. Сейчас скажу, все запишем…
При получении инструкций по связи на лице у Володи было написано — «Ну и дела, блин!» Николай подумал, что его физиономия, видимо, точно такая же, и постарался как-то привести ее в порядок. Казалось бы, десятка два, ну, максимум, три слов, а сколько всего сообщить можно! Особо с учетом сделанных как бы невзначай пауз между ними. Нового-то в этом способе нет ничего, Николай о чем-то подобном еще у Киплинга читал, там, где Ким вовсю участвовал в пресловутой «Большой игре», а век-то тогда был еще 19й. Однако, одно дело про это только читать, а второе — самому заниматься, тут пожалуй, не две, а даже три-четыре большие разницы будут…
— Думаю, всем понятно, что листки эти никому светить не надо и лучше их наизусть выучить. Даже так твердо выучить, чтобы говорить, как требуется, будучи пьяным в доску. Хотя такое вам и не понадобится, скорее всего, но стремиться к совершенству надо.
— Поняли! — ответили Володя и Николай в один голос.
— Молодцы! Так, Владимир… выходи давай. Вроде никого нет вокруг. Когда ты заходил, по коридору вроде тоже никто не шатался, я камеры себе вывел на экран, тихо было. И помни! никому не слова и знай посматривай потихоньку на диск председателя.
— Сделаю! — ответил Володя, после чего дверь захлопнулась. Наступило долгое молчание.
— Да, Петр Валерьевич… Я думал, что такое только в фильмах и книгах бывает. К удивлению Николая начальник даже слегка посмеялся
— Эх, Николай, Николай… В жизни порой такое бывает, что ни в какой фильм не засунешь. Уж поверь мне, хоть и рассказать не могу… Ладно, давай-ка я позвоню председателю, пусть назначит на 12 часов, будь в своем кабинете. После его звонка ты наскоро позвонишь мне и рванешь туда, как подорванный, и без папки. А я догоню.
Возвращаясь к себе, Николай подумал о том, что начальник, осознанно, или не осознанно, но преувеличивает. Одно дело в госбезопасности работать, там-то подобные «приключения», поди, на каждом шагу, а другое дело — обычному человеку в такое вляпаться. И! тебе-то самому не хрен удивляться! сам-то уже, кстати, не «гос», но все же безопасность. Назвался груздем — полезай в кузов… Николай вернулся в кабинет и стал учить листок со словами не только просто наизусть, но даже с расчетом на использование после двухдневного и беспробудного пьянства. Когда поступил звонок от председателя, Николай выучил уже почти все.