– Магию тренирую, – смущённо объяснил я гвардейцам.
– Осторожнее надо, – проворчал Ригард.
– Видел чашу, пошло развитие! – Я радовался и не мог держать это в себе.
– Изнутри или снаружи? – внимательно спросил Бурхес.
– Снаружи, – зачем-то соврал я. Хотел поправиться, но не стал.
– Ну правильно, так обычно и бывает, – потерял интерес Бурхес.
Я сделал себе зарубку узнать подробнее и перевёл тему разговора:
– Есть планы сделать проезд по дороге платный. Хоть медяшка, а лишней не будет. Как в других вольных баронствах?
– Обыкновенно: для нас и магов бесплатно, – ответил Ригард. – Реки, озёра тоже бесплатно: это принадлежит империи. А если попросишь серебрушку с лицедеев и пару-тройку с торгаша, так это и нормально за такой небольшой кусок дороги!
– Можно и больше, но не забывай: соседи для тебя тоже могут плату поднять, да и смотреть косо станут, – добавил Бурхес.
– Я этих соседей сроду не видел! – ответил я пренебрежительно.
– Увидишь ещё на балах и собраниях. Или ты не поедешь? – спросил с интересом Ригард.
– Поеду. Не зовут пока никуда, – ответил я, а сам про себя подумал, что жениться-то надо, а то академия накроется медным тапком.
За светскими беседами мы доехали до хутора.
– Представляете, господин барон! Плот проплыл мимо и рыбу не забрал! – удивлённо-возмущённо горячился Кут, глава семьи.
– Это я их попросил, – успокоил я его. – Вернутся к вечеру.
– Рыба может пропасть, а это убытки, – намекая на компенсацию, заметил Кут.
– Само собой! – Я полез в кошель, – Считай, купил я эту рыбу. Засуши её для меня! Сколько стоит?
– Да обычно шесть-семь серебром! – обнаглел Кут.
– Держи, – отсчитал я ему серебро. И добавил: – Ты погоди с рыбой, давай по налогам обсудим.
– Я плачу налоги! – заявил он.
– Твой доход больше десятка золотом в год. Один ты перевозчику отдал.
Пара минут вычислений, и готов ответ.
– Твой налог – два с четвертью золотого в год! – довольный итогом, заявил я.
Кут растерялся, но согласно кивнул.
– Давай так! Ты доходы не считай: сколько продашь, столько и продашь. Но мне полтора золотых в год выложи! – предложил я.
– Согласен, – произнёс Кут и повеселел.
Терять время не стали, поехали в замок. Сам плот должен был прибыть на место выгрузки позже: уж очень медленно идти против течения. Проехали место нападения, проехали развилку, где император свернул к реке, далее поворот в лес перед замком – и мы дома! Я уже называю эту мрачную глыбу камня своим домом.
Нас встретили оставшиеся солдаты и Кларисса.
– В замке всё в порядке! Ужин будет через полчаса! – доложила она звонким голосом.
Солдаты за её спиной ухмылялись. Суки, сто пудов научили её армейским обычаям, как бы ещё не отодрали на халяву. Ригард, видя моё недовольство и нарастающий гнев, поспешил вывести своих парней из-под удара:
– Смирно, пни лесные! Доложить по форме!
– В замке порядок, происшествий не было, старший охраны Арчин! – доложил один из них.
– Служанку трахнуть – не происшествие?! – не успокаивался я.
– Не могу знать! – бодро ответил тот.
Да хрен с ними, решил я. Тоже додумался: оставил пять молодых баб и пять молодых парней одних в замкнутом помещении.
Пошёл к себе. Зайдя в башню, выложил лишние вещи, подумал и вызвал всю пятерку к себе.
Ригард попросился присутствовать. Я был не против.
– Итак, воины, сами признаетесь или следствие провести?
– Что случилось? – Получивший взбучку от командира Арчин был мрачен.
– Особо ничего, но вы пользовались моим имуществом без моего согласия. Служанок трахали? А они мои крепостные.
– Мы же им вреда не принесли, только пользу, – попытался свести всё к шутке Арчин. – Да и не всех: малолетку и Клариссу никто не трогал.
– Могли залететь, могли заразиться, да и в принципе имущество моё! Я им прямо запретил! Насиловали, что ли? – стоял я на своём.
– Подпоили, уговорили, – вздохнул Крит, ещё один залётчик.
– Ригард, что за это по уставу?
– За воровство рубят руку, но тут вроде как взяли имущество, попользовались и вернули. Порка или десять дней ареста, но тут нет камеры нужной. По двадцать ударов розгами – нормально, но ката нет у тебя. Половины месячного жалованья, думаю, хватит. Ущерб, если таковой будет, отдельно. Ущерб чести аристократа – месячный оклад, думаю. Ну и я их отдельно накажу, своей властью. Не поймут – поедут в Эригские горы усмирять восстание. Наш полк там сейчас.
– Есть возражения? Вопросы?
– Возражений нет, вопросы есть. Нам полагается один выходной раз в три дня. Чем себя развлечь? Скучно тут, – без наезда спросил Арчин.
– За пару-тройку дней трактир поставлю, и девки там будут, трёх уже привезли, – успокоил я их. – На первый раз без штрафа обойдёмся.
Жаба давит прощать, но ребята мою жизнь охраняют. Достаточно просто поставить их в рамки, а то пацана не воспринимают. А деньги они мне и так принесут.
Все разошлись. Ожидали приезда повозок. Их долго не было, но, в конце концов, под вечер прибыли и две повозки, доверху гружённые припасами и вещами, и ещё три лошади, навьюченные в основном едой.
– Как добрались? – спросил я у Аньен.
– Муторно. И ста километров нет, а ехали больше суток. Я даже наших рабов-мужчин за вёсла посадила.
– Отдаю вам папину комнату и одну из старых служанок в помощь. Вам покажут, располагайтесь!
Всех остальных рабов я разместил в одной комнате, к себе вызвал только красотку повара. Длинные, ровные ноги, небольшая грудь, смуглое лицо. Стройная, но сильная.
– Как зовут, возраст, как стала рабыней, что умеешь? – задал я привычные вопросы.
– Лиска, двадцать шесть лет, родилась рабыней. Смею думать, хороший повар. Но делать буду всё, что хозяин скажет. Я чудом спаслась от смерти: у нас не принято оставлять слуг в живых.
– Хочу поставить трактир и бордель недалеко от замка и тебя туда определить! Что нужно, чтобы кормить путников? И, может, про бордель что скажешь?
– Про бордель не знаю, тут от клиентов зависит: чем богаче, тем больше изысков надо…
– Клиенты – солдаты да путники, – перебил я.
– Тогда просто: им изысков не надо, павлинов готовить тоже. С борделем то же самое. Те девушки, рабыни, для этого подходят. Ты бы поручил это кому ещё, а я могу услаждать исключительно только твой вкус.
– Заманчиво. Тем более с твоей внешностью ты и взор можешь удовлетворять, – задумчиво и нагло осмотрел я её.
– И взор, и чресла! Я буду стараться! Не надо бордель! – горячо поддержала мысль Лиска.
Хм, она подумала, что я её работать в бордель отправляю? То-то такая нежная со мной!
– Завтра попробуешь приготовить еду, а сегодня готовься к другой проверке, в постели.
– Мне бы помыться с дороги! А кушать я завтра сделаю как надо. Я вижу, ты и специи купил, и фрукты, – обрадовалась она.
– Иди к Клариссе, скажи, что я распорядился. И приходи потом на ужин. И пусть покажет тебе одежды, что я купил. Выбери себе.
Она умчалась, а я стал подумывать о водопроводе. У меня он был, но без магии не работал. И вообще, со смертью мамы многое в замке пришло в упадок.
Глава 11
Ужин не затянулся. Лиска и Аньен буравили друг друга взглядом и ни слова не проронили друг другу. Я посмеивался про себя. Еда была простая, но привычная, и стоит ли менять шило на мыло, я ещё не решил. Но сеанс массажа от Лиски после ужина дал ей сотню очков форы. Секс был тоже неплох, но я устал и быстро выгнал её из своей комнаты. Я по-прежнему не доверяю никому.
Утром я вызвал из деревни плотников, в том числе счастливого обладателя любвеобильной Гиты и нового раба. Раб был неплохим плотником, но, застав свою жену с другим, порубил обоих в куски! За это его и приговорили к рабству без права выкупа. Чё-то неуютно я себя чувствую, когда рядом этот псих с топором в руках.
– Так, орлы! В двух километрах от замка есть полянка с источником. Ставьте там таверну вот по этому плану. – И я достал план таверны, купленный мной за половину серебряка в книжной лавке.
Плотники повертели его и начали задавать вопросы.
– Лес сырой лучше не брать. В деревне есть сухой, но нужны лошади, чтобы притащить его, – высказал мнение муж Гиты.
– Лес брать разрешаю, лошадей тоже. И в деревне должен быть запас леса, так что надо пополнить его потом, – согласился я.
– Зачем так много жилых комнат и два зала на первом этаже? Для трапезы одного хватит, – недоумевал псих.
– Второй зал для борделя, три девушки будут там работать. Комнаты для их проживания там же. Кроме того, будет комната для тебя и для поварихи. И думаю пару помощников ей дать из мальцов, – подробно объяснил я.
– Далеко от дороги и реки, надо будет знак указывающий поставить, – дал дельную мысль ещё кто-то умный.
– Молодец! Вот и займись этим. – А что, пусть привыкают, что инициатива имеет инициатора. Хотя слов таких они не знают.
По оплате сговорились на два серебряка каждому. На постройку они просили неделю. Думал, надо ли платить рабу, в империи это не принято, но решил и ему выделить долю. Итого минус двенадцать серебра!
Раздал зарплату вперёд за месяц, и на руках после всех покупок в городе осталось восемь золотых. Да тут шесть, итого четырнадцать. Проживу!
– Барон, надо по жилью определиться! – остановила меня Кларисса.
– Слушаю. В чем вопрос? – повернулся я к ней.
– Нет вопроса. Нужно утвердить, – произнесла Кларисса и принялась перечислять: – Башня, три комнаты: вы, я и сын поварихи с конюхом. Комната первого сына: маг. Комната второго сына: свободна. Комната мажордома: свободна. Ваша бывшая комната: Аньен с дочкой. Комната отца: свободна. Комната матери: свободна. Комната четвертого сына: для нового конюха и помощника мага. Комната двух старых служанок: пока там живут они же и две новые. Комната: четыре рабыни. Комната: два раба. Казарма: десять гвардейцев. Дом конюха и поварихи. Дом дочек старосты. Итого в замке десять воинов, шесть рабов, две поварихи, шесть служанок, два конюха, я, помощник мага, Аньен, её дочка и вы!